держалась.
Императрица подошла и встала рядом с Лето.
– Вы остановили это, герцог. Вы спасли меня – и всех нас.
Все еще кашляя и постанывая, Якссон поднялся на ноги, изо всех сил втягивая воздух отбитыми легкими. Он бросил на Лето взгляд, полный мучительного разочарования, с ужасом посмотрел на разбитый камень памяти и, пошатываясь, направился вглубь хранилища.
Лето чувствовал себя как выжатый лимон – у него не осталось сил преследовать Якссона и бороться с ним дальше. Пришло время передать его имперскому правосудию – как герцог и намеревался сделать с самого начала. Он исполнил свой долг, ожидая, что на него обрушится дождь смертоносных игл, и теперь знал следующий шаг.
Он и Ариката должны действовать до того, как подбегут остальные фанатичные охранники Якссона.
– Держитесь рядом со мной, императрица. – Герцог слышал в глубине хранилища крики – повстанцы спешили остановить его любой ценой.
– Если не выберемся отсюда как можно быстрее, нам конец, – сказала Ариката, колдуя над пультом коммуникатора, однако экран на стене оставался пустым. – Это наше единственное средство связи с внешним миром, но Шаддам разорвал контакт. Что-то его взбесило, и теперь он жаждет крови.
Гулкие взрывные удары продолжались – сардаукары, несомненно, были близки к тому, чтобы вскрыть хранилище. Но зачем Шаддаму так хладнокровно подвергать опасности любимую императрицу? Учитывая его очевидную ярость, он может пустить в ход даже атомные бомбы, чтобы сравнять хранилище с землей, и Лето сомневался, что ур-директор сумеет удержать Императора.
– Мы должны предостеречь его от дальнейших ошибок! – Лето подбежал к главному пульту управления гигантскими дверями в надежде отыскать способ обойти защиту. Но Якссон их запер, а у герцога не было необходимого доступа. – Система меня не признает! – Он попытался найти кнопку аварийного открытия, чтобы распахнуть огромные ворота и впустить сардаукаров внутрь.
Ариката встала рядом с ним:
– Дайте-ка я попробую. – Она положила руку на считывающее устройство и замерла, глубоко сосредоточившись. К удивлению герцога, программа идентификации сработала и опознала ее. – В конце концов, я ведь императрица, – пояснила Ариката со странной улыбкой. – Как только я вышла замуж за Шаддама, мне предоставили самый высокий уровень доступа к системам безопасности Империи – на случай чрезвычайных ситуаций вроде этой. Я надеялась, что Картель использует те же самые протоколы.
Эта идея показалась Лето маловероятной, и все же он видел, как на панели переливаются огоньки. Массивные двери завибрировали – заработали внутренние двигатели, нарушив их герметичность. Мощные удары снаружи прекратились, неприступное хранилище начало открываться.
Лето услышал крики за спиной. Двое охранников увидели, что они с императрицей открывают двери, но уже никак не могли это предотвратить. Щель ширилась.
Стоя чуть сзади Арикаты, Лето заметил пятно на спине ее платья. Что это? Кровь?
Когда имперские бойцы ворвались в хранилище, герцог быстро прикрыл императрицу собой, опасаясь, что сардаукары начнут без разбора стрелять во всех, кого увидят. Лавина вооруженных солдат хлынула внутрь, и Лето вскинул руки в знак капитуляции. Он едва успел перевести дыхание, как раздались оглушительные боевые кличи, а перед ним вырос лес из обнаженных клинков. Герцог застыл на месте, стараясь не делать резких движений, а просто защищая Арикату.
– Императрица здесь! – закричал один из солдат. – Императрица Ариката! Она жива! Доложите об этом Императору! Хватайте герцога Атрейдеса!
Лето ожидал, что его сразу убьют, но тут заговорила Ариката. Каким-то образом ее голос прорвался сквозь шум:
– Герцог Каладанский находится под моей защитой! Любой, кто причинит ему вред, столкнется с гневом моего мужа!
Грубое обращение сардаукаров лишь слегка смягчилось, когда они повели герцога и Арикату к выходу из хранилища.
* * *
После ареста Лето предстал перед Падишах-Императором Шаддамом IV весь в синяках и ссадинах, но Ариката не отходила от него ни на шаг.
– Он спас меня, любовь моя, – настаивала она. – Лето не принадлежит к этой буйной группировке; он просто играл роль. Я говорила тебе, что с ним можно иметь дело.
– И все же он был там вместе с лидером террористов, который пока остается на свободе. – Шаддам трясся не только от гнева, но и от волнения. Похоже, он не ожидал увидеть Арикату. – Франкос Ару сказал, что тебя убили! Он якобы видел это собственными глазами!
Ариката моргнула, затем рассмеялась:
– Уверяю тебя, я цела и невредима! Неужели ты сам не видишь? – Она всплеснула руками, затем сменила тему: – Вы схватили лорда Лондина?
Император свирепо воззрился на капитанов сардаукаров, которые покачали головами:
– Появился только Франкос Ару.
– Значит, Лондин нашел другой выход, – невозмутимо произнесла Ариката. – В стенах хранилища есть и другие аварийные коридоры. – Она фыркнула. – Кажется, Лондин хорошо умеет ускользать от сардаукаров.
К ним приблизилась ур-директор Малина Ару. Она взглянула на Лето, и ее щеки порозовели:
– Я понимаю, что вы помогли освободить Франкоса, и глубоко за это благодарна. – Она покачала головой. – Я сама его допрашивала. Его показания сбивают с толку и противоречивы.
– Туман войны, – пожал плечами Лето. – Вряд ли мы когда-нибудь получим четкие и окончательные ответы на все вопросы.
Ур-директор окинула герцога загадочным взглядом:
– Якссон лишился камня памяти, но сам он все еще там. Его будет нелегко оттуда вытащить, хотя я окажу любую помощь, которая в моих силах.
– Ему некуда бежать, негде спрятаться, – вмешался Шаддам. – Не ждите, что я проявлю к нему хоть какое-то милосердие.
Малина бросила на Императора испепеляющий взгляд, и Лето понял, что отношения между ними ухудшились.
– Я уверена, что в настоящий момент Якссон укрылся в центральном бункере – самом защищенном помещении на Танегаарде. Вы можете попытаться проникнуть внутрь, Ваше величество, но сомневаюсь, что вам это удастся.
Она повернулась и вышла, направляясь к хранилищу.
* * *
Якссон Ару сгорбился в глубине центрального бункера – маленькая одинокая фигурка в самом сердце огромной крепости Картеля. Он готовился к последнему бою. Его телохранители отступили сюда вместе с ним, но остались снаружи. Они намеревались защищать его до конца – хотя наверняка проиграют. Якссон знал, на что способны сардаукары.
Герцог Лето разбил камень памяти, уничтожив главный козырь Якссона, но не все «черные» архивы пропали. Лидер повстанцев держал кое-что про запас, и Шаддам Коррино об этом не подозревал.
Этот бункер в форме куба был покрыт толстым слоем пласталевой брони и свинцовой защиты. Ни единой щели. Ни пылинка, ни даже фотон не могли проникнуть внутрь или вылететь наружу. Теперь оставалось только надеяться. Чувствуя себя очень одиноким, Якссон дотронулся до серьги, ощутив ее плавные изгибы. Это его всегда успокаивало.
Лето, верный союзник, в конце концов действительно его предал. Возможно, герцог Каладанский
