замешкавшись лишь на мгновение, вынул сверкающую сталь из ножен.
Чистый звук разнесся над полем и осел тихо кружащейся духовной энергией где-то в груди, принеся уверенность и покой в разум Лю Синя.
– Этот меч должен был стать нашим даром по окончании последнего двенадцатого дня, – тихо прозвучал голос духа в его голове. – Но теперь демоны видят тебя, сейчас самое время для такого подарка.
Лю Синь положил лезвие на свое предплечье, не отрывая от него глаз, и удобнее перехватил длинную рукоять из белого железа с серебряной ивовой лозой, обернувшейся вокруг нее в несколько витков по всей длине. Филигрань из сложного серебряного плетения огибала всю гарду.
– У него есть имя?
Шаньшэнь улыбнулась уголком губ и отрицательно покачала головой:
– Меч, как и все живое, имеет душу. Дай ему имя, и он будет служить только тебе.
Лю Синь вновь опустил глаза на девственно-чистую сталь и на выдохе произнес слово, которое будто само по себе сорвалось с губ:
– Лимин[48].
Сталь мягко задрожала и засветилась еще ярче, принимая имя и словно оживая. Два иероглифа вспыхнули на лезвии у самой рукояти.
Лю Синь почувствовал тепло в ладони и содрогнулся всем телом, в ответ принимая меч. Прикрыв глаза, он ощутил духовную связь, что крепко сцепила их души.
Уже ночью, идя по полю в шаг с командующими, Лю Синь вспомнил о том, что сказал ему Ван Цзянь во время их короткой тренировки, где генерал обучал его азам ведения боя, чтобы юноша не погиб и знал, как использовать клинок.
– Если ты хочешь сражаться в полную силу, то у тебя не должно быть ничего, что отвлекало бы разум. Забудь обо всем и о том, что тебя держит. В бою есть только меч, ты и враг.
Ведя клинок по дуге и отбивая атаку, юноша воспротивился такому мнению:
– Вы неправы! Если я забуду о том, кто я и для чего сражаюсь, то, считай, уже проиграл.
Шагая по снегу, Лю Синь повернул голову и увидел призрачный невысокий силуэт, который с улыбкой кивнул ему, сияя чистыми синими глазами, и тут же растворился по ветру.
Командир отряда лучников что-то ворчал себе под нос по левую сторону от Лю Синя и приговаривал, что раз они всё испробовали, то нет никакого шанса победить вражескую армию.
Зайдя за одну из скал перед горой, в которой зиял провал, уходящий вниз и закрытый сейчас несокрушимым барьером, Лю Синь остановился, вскидывая бровь:
– Мы еще не использовали это.
Все командующие подошли ближе и изумленно приоткрыли рты.
Ван Цзянь довольно сверкнул глазами и одобрительно покачал головой.
Демонская рать с ревом неслась по лесу, подгоняемая трубящим горном, снося своими телами деревья и разбивая камни.
Подобно черной туче, они прыжком достигли холма, на мгновение закрыв собой звездное небо, чувствуя задор и голод, который собирались утолить горсткой людей.
Рев прекратился в одно мгновение, когда звери увидели лишь чистое белое поле перед собой, сияющее в ночной тьме.
С тихим рыком твари медленно спускались с холма меж небольших сугробов, крутя рогатыми головами по сторонам в поисках обещанной живой плоти, которую хотело разорвать все их существо.
Но на поле не было ни людей, ни следов их пребывания.
Огромный бык, идущий впереди, тихо ступал тяжелыми лапами, под которыми тут же таял снег, и смотрел на заветную гору впереди.
Звук взводящегося механизма, раздавшийся в оглушительной тишине, привлек его внимание.
Опустив голову, тварь замерла, а в следующую секунду зашлась в хриплом болезненном вое, как и все демоны позади, пронзенные лезвиями капканов. Пробив их грудь, ловушки сомкнулись с лязгом огромных стальных пастей.
Копьеносцы, вынырнувшие из сугробов меж демонов, принялись рубить тварям головы, и те валунами покатились вниз по склону.
– Цепи! – раздался крик командира отряда малых и больших секир.
Выскочившие из снега люди натянули железные тяги, стаскивая мертвые туши вниз и освобождая ловушки, которые с прежним запалом принялись жевать и пронзать вторую волну демонов.
Приказ прозвучал трижды, прежде чем оставшийся отряд людей ринулся вниз, оставляя демонов на холме.
– Стрелы!
Опыленные в духовных кристаллах древки со свистом, подобно стае диких гусей, настигли черную плоть демонов, с клекотом неся с собой смерть.
Лю Синь припал на одно колено, как и еще десяток людей рядом, держа зажженный сигнальный огонь. По приказу Ван Цзяня он запустил его на пригорок. Светящиеся вспышки грохотом и клубами жара пронеслись по снегу, сметая новую волну проклятой рати.
Запах пороха и дыма опустился на все поле, а когда ветер развеял морок, люди увидели, что прямо по трупам павших демонов к ним лезут новые твари.
Воины медленно отступали к горе, без страха глядя на врага.
– Ждем! – громко крикнул Лю Синь, увидев, как один из солдат хотел ринуться вперед, обнажив меч. – Ждем!
Быки принялись крадучись подбираться к людям, и в следующий миг череда оглушительных взрывов пронеслась по пригорку, ровняя его с землей и снося демонов ударной волной.
Лучники окровавленными пальцами натягивали тетиву, без устали выпуская град стрел.
Оттолкнувшись от камня, Лю Синь снес голову твари, что ринулась прямо на них.
Прокрутив легкий меч в руке, он рыскал глазами по полю, подмечая, что демонское войско заметно поредело. Как и людское.
Сильные порывы ветра поднимали в воздух пыль и грязный снег, местами закрывая обзор.
Кроме Лю Синя, никто из солдат раньше не видел столь ожесточенного сражения.
Даже храбрые воины и командиры отрядов, которые прошли не через одну битву, сейчас были скованы ужасом, видя, как погибают их друзья и товарищи.
Оставшаяся сотня тварей носилась по полю, топча людей, словно яблоки.
Лю Синя пробрало до костей осознание того, что и сегодня они могут проиграть.
Крепче перехватив меч, он мотнул головой, отгоняя мысли.
В какой-то момент демоны стали обступать воинов, которые бились поодиночке, на что те с обреченной уверенностью во взгляде, наоборот, старались привлечь к себе внимание. Оказавшись в плотном кольце, люди обхватывали себя руками и с криком расправляли их, выпуская ударную волну ци, разрывая свою плоть и сметая демонов вокруг себя.
Подобно вспышками жестоких фейерверков, они озаряли кровавое поле, жертвуя собой, чтобы утащить как можно больше тварей за собой.
Женщина, которая вечно пеняла Лю Синю за безделье, завидев, как ее супруг унес собой дюжину демонов, растянула окровавленные губы в скорбной улыбке и, откинув копье, с криком выпустила духовную ци одной из последних.
Густой запах крови, казалось, забил легкие выжившим, нахлынув с новым порывом ветра.
Изо всех сил стараясь вдохнуть немного воздуха, Лю Синь повернул голову и увидел Ван Цзяня, что защищал провал в горе, разрубая демонов своим духовным мечом.
Свалив очередную тварь, Лю Синь взглядом нашел бойкого мальчишку, кружащего в смертельном танце с длинным мечом наперевес.
Все прошлые разы этот ребенок погибал жестокой смертью, и, сколько бы Лю Синь ни приходил к нему на помощь, погибель настигала Сай Юэ несмотря ни на что.
Лю Синь хотел бы разорвать все демоническое войско разом, не щадя ни одну скулящую тварь, но его сил было попросту недостаточно. Ярость, клокотавшая в груди, не могла найти выхода и опаляла его изнутри, лишь всполохами вырываясь наружу, чтобы сразить очередного демона.
Вспоминая все те дни, когда мальчишка в слишком большом шлеме кружился рядом с ним, рассказывая истории из своей жизни, и храбрился перед битвой, дрожащими руками затачивая стрелы и копья, Лю Синь подавил горестный рев.
Почти обезумев, он с трудом прорывался в гущу сражения в этом бушующем кровавом море, сражая тварь за тварью и крича имя мальчика, который перемещался, гонимый черными волнами.
– Юэ-эр!.. Юэ-эр, где ты?.. – звал Лю Синь, оглядываясь по сторонам.
«Прости меня, глупый ребенок, прости, что не уберег тебя все те разы…»
Видя словно в тумане, двигаясь как сквозь толщу воды, он кричал изо всех сил, вскользь отмечая, что уцелело десяток людей против полусотни тварей.
Ван Цзянь загонял в угол демонов, когда его спину закрыл собой командир
