– они навлекли на них беду и бросили в самый трудный момент. Людям нужны были знания и технологии Севера, чтобы просто выжить, и ради этого южане были готовы на всё, даже подчиниться пугающему Ванну. Полнейшая, даже постыдная капитуляция. Вся гордость, вся холодность и надменность по отношению к представителям Севера исчезли, сдавшись на милость обычной зиме. Норт не желал принимать предложение южан, но старейшины и его друзья настояли на том, что нужно соглашаться, хотя бы для того, чтобы подтвердить свою мирную позицию. Таким образом, был запущен процесс утверждения власти Норта Ванна по всей Земле.
Новорожденные дети Норта быстро набирали вес, обследования показывали, что с ними всё хорошо, и опасения врачей сходили на нет. Даже девочка, больше всего тревожащая докторов и Норта, набиралась сил. Северянин проявил себя как заботливый и внимательный отец – каждый день он проводил в больнице рядом с детьми, обсуждал с докторами их состояние, смотрел, как за ними ухаживают медсёстры, и учился. Он был категорически против того, чтобы к детям были приставлены няни, хотел всё делать сам, чем крайне смущал медперсонал. Такой грозный и сильный мужчина, а всеми силами старается заменить детям мать.
Спустя месяц детей разрешили забрать домой, и Норт принялся за обустройство спальни. Ему помогали Елена и Хельга, как самые опытные и близкие женщины. Приехала Зарина, чтобы тоже помочь, и дом наполнился криками дочерей Герольда. Норт не разрешил делать детям отдельную комнату, а поставил кроватки в их с Юмитой спальне – места там было достаточно. Все видели, как он нервничает и радуется одновременно. Правитель практически забыл о своих основных обязанностях, полностью доверив их выполнение друзьям, и погрузился в бытовые заботы. Конечно, без участия близких, ему было бы трудно справиться, но Норт проявил чудеса такта и внимательности, выслушивая все советы и доводы, и применяя их так, как считал нужным.
Когда всё было готово, детей привезли домой. Суета поднялась невообразимая. Хельга, Елена и Зарина рассматривали малышей, устраивали их поудобнее. Дочери Герольда скакали вокруг кроваток, подавали погремушки, одеяла и пытались всеми силами тоже помочь, потому что считали себя очень важными и взрослыми. Норт стоял чуть в стороне и улыбался. Он был рад такому участию и поддержке и бесконечно благодарен своим друзьям.
– Норт, у вас с Юмитой такие замечательные дети! Спокойные, нам с Герольдом не так повезло, – Зарина с радостью смотрела на Норта. – Как вы их назвали?
– Пока никак, Зарина. Я хочу выбрать имена вместе с Юмитой, – Норт пожал плечами и помрачнел.
– Уверена, что имена будут самыми лучшими, настоящими северными, – женщина чуть смутилась, поняв свою оплошность. – Жаль, что мы живем так далеко от вас, мне бы очень хотелось, чтобы наши дети подружились.
– Подружатся обязательно. Нам с Герольдом расстояние не помешало стать лучшими друзьями, – Норт с усилием улыбнулся.
Но, несмотря на радостные моменты, большую часть времени Норт был мрачен, оживлялся только тогда, когда возился с детьми. Он по-прежнему принимал минимальную помощь, ночами вставал к детям самостоятельно. И только днем, когда они засыпали, он оставлял их на попечение женщин и сразу уходил в больницу к Юмите. Она всё так же безжизненно лежала, укрытая белым одеялом. Норт заходил в палату и, следуя выработанной за последнее время привычке, проходил к окну, открывал его, чтобы пустить внутрь свежий прохладный воздух. Поправлял одеяло и волосы Юмиты, просматривал показания приборов и садился рядом с женой. Каждый раз он рассказывал ей, как прошёл день и ночь, про детей. Не забывал ни одну мелочь, а потом молчал, держа Юмиту за руку, поглаживал шрам на ладони, оставшийся от венчальной клятвы. Он никак не хотел смириться с тем, что она никогда не очнется. Норт знал, что сейчас жизнь в ней поддерживают только с помощью лекарств, знахарей и техники. Если убрать всё это – то вполне возможно, что Юмита тихо умрет, не приходя в сознание. Думая об этом, Норт ощущал безысходность, он хотел помочь Юмите, как и когда-то давно. Но тогда рядом с ним была Хельга и Вальх. Такого сильного знахаря на Севере больше не было, а значит и шансов на исцеление – тоже практически нет. Норт отчаянно желал, чтобы Юмита вылечилась, чтобы разделила с ним радость. Он не представлял, как будет жить без неё, словно забыл, что совсем недавно был один. Понимал, что сможет, ради детей, ради Севера. Но знал, что вместе с Юмитой потеряет гораздо больше, чем просто любимую женщину.
Документы о признании Норта Правителем Южных земель были готовы и подписаны, это не заняло много времени, южане торопились в страхе, что северянин передумает. Мировое сообщество так же поспешило с поздравлениями и предложениями о дальнейшем сотрудничестве. Норт никак не отреагировал, просто пожимал плечами и дипломатически сдержанно отвечал на сообщения. Казалось, что ему абсолютно всё равно, что теперь вся Земля в его руках, и жизнь Севера изменится.
Его друзья понимали, что Норт не готов впускать в северную жизнь чужаков, обсуждали с ним как быть, как выстраивать линию управления. Слишком разными людьми были эти два народа, на Юге давно отказались от общего прошлого, забыли его, вычеркнули. Катастрофа – вот что было их чистым листом, с которого они начали свою новую историю, в отличие от Севера. Как управлять и руководить людьми, которые смотря разными глазами на одни и те же вещи? Стоит ли пускать их в свой мир, не опасаясь разрушения устоев и традиций? После долгих и жарких обсуждений, Норт решил, что Артур самый достойный и опытный человек, которому можно доверить решение вопросов Юга. Сам он не хотел никуда ехать, не считал столь важным представиться Югу вживую. Все понимали, что он всё ещё злится и возможно ненавидит южан, вопреки своим убеждениям о невиновности простых людей. Поэтому Артур снова отправился на Юг, чтобы заняться обустройством жизни южан более плотно в новых условиях и наладить контакт с южным сообществом, узнать о настроениях среди мирных жителей и познакомиться с ними чуть ближе.
Всё происходило так, как и предполагали многие северяне ещё задолго до этих событий. Предания о великих переменах, которые произойдут, когда престол будет принадлежать самому сильному мужчине из рода Ваннов и его жене-ведунье, видящей тоже, что и он, оказывались правдивыми. Земля получила лучшего Правителя за многие столетия. Никогда ещё не существовало единого государства на этой планете и теперь, под управлением сильнейшего представителя могучих Ваннов, объединение всей Земли стало возможным. Сквозь боль и страдания, сквозь
