Решение II Всеукраинского съезда Советов о вынужденном выходе Украины из состава Российской Федерации, обусловленном Брестским миром, еще острее поставило вопрос о необходимости создания общеукраинского партийного центра, определения единой обязательной для всех партийных организаций республики политической линии и тактики в борьбе за восстановление Советской власти. Классовые интересы пролетариев великорусских и украинских, глубокое понимание задач, рассчитанных на длительную перспективу, весь предыдущий исторический опыт революционной борьбы требовали самого тесного сплочения сил, нерушимого организационного единства партийных рядов. Вместе с тем нельзя было дать немецким империалистам повод для обвинения РКП(б) — правящей партии Советской России, несшей политическую ответственность за соблюдение условий Брестского мира, — в нарушении договора.
Определенное значение для объединения большевиков Украины в единую республиканскую партийную организацию имело совещание, состоявшееся 19–20 апреля 1918 г. в Таганроге. В нем приняли участие эвакуированные с Украины члены коммунистической фракции ЦИК Советов республики, Народного Секретариата, отдельные левые украинские эсеры и левые украинские социал-демократы, порвавшие со своими партиями, — всего 71 человек.
Главными вопросами на совещании были: определение принципов объединения большевистских организаций республики в Коммунистическую партию Украины и тактика борьбы с австро-германскими оккупантами. Совещание, отметив, что установленная на Украине силой штыков иноземных войск контрреволюционная диктатура «не пользуется поддержкой каких-либо широких слоев украинского населения», что «победа контрреволюции является целиком военною, но не политическою»[402], высказало твердую уверенность в неизбежности восстановления на Украине Советской власти. Для достижения этой цели таганрогское совещание признало необходимым овладеть стихийным движением масс против иноземных поработителей и буржуазно-националистической контрреволюции, организовать трудящихся на повстанческо-партизанскую борьбу. При этом подчеркивалось, что, готовя массы к восстанию, коммунисты обязаны разъяснять им «всю зависимость успеха этого восстания от сохранения и укрепления Советской власти в Российской Федерации»[403].
По вопросу о создании общеукраинской партийной организации было внесено два проекта резолюции. Первый из них (Э. И. Квиринга) гласил: «Образовать автономную партию со своим Центральным Комитетом и своими съездами, но подчиняющуюся общему Центральному Комитету и съездам Российской Коммунистической партии», второй (Н. А. Скрыпника): «Образовать самостоятельную коммунистическую партию, имеющую свой Центральный Комитет и свои партийные съезды и связанную с Российской Коммунистической партией через международную комиссию (III Интернационал)»[404]. После острых прении незначительным большинством голосов таганрогское совещание приняло вторую резолюцию, активно поддержанную «левыми коммунистами», которые стремились использовать будущую независимую от РКП(б) Компартию Украины для срыва Брестского мира и борьбы против ленинского большинства ЦК партии, и национал-уклонистами, также мечтавшими об отрыве парторганизации Украины от РКП(б). И хотя преобладающее большинство поддержавших ее руководствовалось желанием сохранить Брестский мир и считало организационный отрыв КП(б)У от РКП(б) лишь тактическим шагом, это решение таганрогского совещания было принципиально неверным. Оно противоречило марксистско-ленинскому положению о том, что нельзя определять основополагающие принципы, исходя из временных факторов.
Окончательное решение вопроса об объединении всех действовавших на Украине большевистских организаций откладывалось до всеукраинской партийной конференции, созвать которую было решено в Москве 20 июня 1918 г. Для подготовки конференции совещание избрало Оргбюро в составе А. С. Бубнова, Я. Б. Гамарника, В. П. Затонского, С. В. Косиора, Н. А. Скрыпника (секретарь) и др.
Сплочение партийных сил, выработка тактики большевиков в условиях подполья — эти и другие вопросы были в центре внимания совещания подпольных большевистских организаций Украины, состоявшегося 26 мая 1918 г. в киевском предместье Пуще-Водице. В его работе приняли участие около 70 человек, в основном делегаты съезда профсоюзов Украины, проходившего тогда в Киеве. Они представляли партийные организации Киева, Харькова, Екатеринослава, Одессы, Полтавы, Кременчуга, Чернигова, Каменского, Прилук, Богуслава, Ходоркова, а также Гомеля. Совещание констатировало нарастание повстанческого движения в городах и селах Украины, постепенную, неуклонную активизацию деятельности подпольных большевистских организаций.
В этих условиях, указывалось в решении совещания, задачей большевиков является налаживание тесных связей с трудящимися и развертывание среди них агитационной работы. Совещание избрало руководящий орган большевистского подполья на Украине — Временный всеукраинский комитет рабочей коммунистической партии — в составе Л. И. Картвелишвили, М. М. Майорова, М. В. Реута и др.
Расширение сети большевистского подполья. Обескровленные в тяжелых боях с интервентами и националистической контрреволюцией большевистские организации Украины постепенно восстанавливали свои силы, росли численно, укреплялись организационно. Если в мае 1918 г. число коммунистов на Украине не превышало тысячи человек, и даже в таких центрах, как Харьков, Киев, Одесса, оставалось по 40–70 большевиков, то вскоре положение изменилось.
Важную роль в создании большевистского подполья на Украине сыграло избранное на таганрогском совещании Оргбюро. С помощью ЦК РКП(б) оно сплачивало коммунистов, эвакуированных с Украины в Советскую Россию, и наиболее опытных направляло на оккупированную Украину. Всего в течение мая — июня Оргбюро направило на Украину со специальными заданиями более 200 человек. Оргбюро заботилось об обеспечении подполья партийной литературой, в частности газетами «Правда», «Беднота», «Красная Армия» и т. п. Десятками тысяч экземпляров в украинские города и села были посланы Манифест сессии ЦИК Советов Украины, состоявшейся в Таганроге, инструкция по организации подполья и партизанского движения, брошюры, воззвания Оргбюро.
Большое значение для создания сети подпольных организаций, налаживания их работы имело то обстоятельство, что и в условиях оккупации большевики Украины работали под руководством ЦК РКП(б), с которым поддерживали тесные связи. В мае 1918 г. в Центральный Комитет партии приезжали представители Киевской, Харьковской, Екатеринославской, Луганской большевистских организаций. Созданием большевистского подполья на оккупированной территории непосредственно занимался Я. М. Свердлов.
ЦК РКП(б) оказывал большую материальную помощь Оргбюро и подпольным организациям. В частности, по его указанию СНК РСФСР ассигновал для нужд Оргбюро 34 млн. руб. Десятки тысяч рублей ЦК передал Одесской, Екатеринославской, Крымской и другим партийным организациям.
Благодаря усилиям Центрального Комитета РКП(б) и Оргбюро Украина покрылась разветвленной сетью подпольных партийных организаций. Крепкое и активное подполье возникло в индустриальных центрах республики.
С первых же дней оккупации Харькова в нем начала действовать оставленная Харьковским комитетом группа коммунистов-подпольщиков во главе с Н. Н. Бесчетвертным (Николаевым). Ее деятельность была настолько успешной, что в начале мая стало возможным избрание подпольного горкома партии. В его состав вошли: Н. И. Бесчетвертный (Николаев) — секретарь, Н. М. Кабаненко, Г. Л. Сапожников, А. П. Хоперская и др. В городе были созданы районные партийные комитеты — Иваново-Холодногорский, Основянский, Петинский (Журавлевский), что способствовало организации партячеек на предприятиях. Через них горком партии налаживал работу среди трудящихся города и всей губернии, руководил их борьбой с оккупантами и гетманщиной.
В Екатеринославе для подпольной работы были оставлены 250 большевиков, заранее подобраны конспиративные квартиры, выделены материальные средства. В конце апреля состоялись выборы городского подпольного партийного комитета. В его состав вошли И. К. Амосов, Т. С. Быченко, Н. И. Варлен и др. К июню в городе действовало 18 подпольных групп и ячеек. Екатеринославский партийный комитет установил связи с подпольщиками ряда уездов и районов Донбасса и Криворожья. С 17 апреля в городе нелегально издавалась большевистская газета «Молот».
Разветвленная сеть подпольных организаций и групп большевистской партии была создана в Донбассе. Подполье действовало в Луганске, Юзовке, Дебальцево, Дружковке, Краматорске, Макеевке, Мариуполе, Горловке, Гришино, Славянске, Бахмуте, Алчевске, Лисичанске, Старобельске, Лозовой, Павловке, Боково-Антраците, Ровеньках. Нелегальные партийные организации возникали не только в городах, но и на отдельных предприятиях и в селах.
