мы еще познакомимся поближе, – без всякого веселья в голосе произнес он. – А я стараюсь выполнять свои обещания. Так что приглашаю тебя на небольшую прогулку в лес. И не надо пытаться от меня сбежать, все равно не выйдет.
Василиса ощутила, как ее охватывает паника. Юрий, поняла она. Когда они с Кощеем вышли из кабинета Горбунка, это был уже не он. А потом точно так же не Кощей вышел из здания Отдела…
Нужно было выбираться из машины. Но как? Выпрыгнуть на ходу? Не получится, двери заблокированы. Попытаться напасть на Лешего? Что-то подсказывало ей, что это не лучшая идея.
– Кощей найдет меня, – прошептала Василиса, отчаянно пытаясь придумать, что делать.
– Разумеется, найдет, – подтвердил Леший. – Ведь так и задумано. Но это случится только тогда, когда я ему это позволю.
– Ты не понимаешь, с кем связался! – воскликнула Василиса. Если у нее был шанс напугать его, то она должна была им воспользоваться.
– Да нет, – улыбнулся Леший. – Я отлично знаю, с кем связался. Я знаю о твоем муже куда больше, чем знаешь ты. Я потратил уйму лет на то, чтобы выяснить о нем все. И я пришел подготовленным.
– Он сильнее!
Леший вздохнул.
– А я и не питаю ложных надежд. Но чего только нет в артехранилище Лебеди. Она и сама давно не в курсе всего. И кое-что из имеющихся там игрушек помогало и поможет мне довести мой план до конца.
Василиса все-таки дернула дверь, но та ожидаемо не поддалась.
– Не стоит, – нахмурился Леший. – Не заставляй меня связывать тебя. Я могу накинуть на тебя путы, но мне не хочется превращать тебя в марионетку. Ощущения от этого так себе. Тем более, ехать осталось недолго.
Василиса огляделась. И впрямь, они уже выехали за город. Как это случилось так быстро? Еще один артефакт? Теперь стало еще страшнее. К тому же она никак не могла понять, почему молчит кольцо. Не чует опасности?
– Он убьет тебя, – прошептала Василиса, отчаянно желая этого в этот момент.
– О да! – мягко засмеялся Леший, и в выражении его лица появилось что-то мечтательное.
– Чего ты хочешь? – наконец спросила Василиса.
– Мести, – просто ответил он.
– За что? И зачем тебе я?
Леший помедлил перед ответом, а потом бросил на нее быстрый взгляд.
– За что и зачем… – повторил он. – А знаешь, пожалуй, у нас еще есть время, и я мог бы тебе об этом рассказать. В конце концов, наверное, ты имеешь право знать, почему должна умереть.
И чем все закончилось
Сто пятьдесят лет назад где-то в Тридевятом
В этот раз Софья беременна не была. Но это ее не спасало. Десять с половиной лет назад Волк предсказал, что придет день, и от былой ее красоты не останется и следа. Теперь ему казалось, что те мысли были не пророчеством, а проклятьем. Он смотрел на высохшую женщину, которой было всего двадцать шесть лет, и едва мог поверить, что это все та же девочка, которая когда-то беседовала с ним у костра. Только глаза и остались. Глубокие карие глаза, смотревшие на него сейчас спокойно и решительно. Ее взгляд пугал. Три года Волк представлял эту встречу, но ни разу не подумал, что она окажется так горька.
– Ты позвала меня… – неуверенно начал он.
– Позвала, – кивнула она. – Я решила покончить со всем этим. Но потом подумала, а вдруг у меня все же есть возможность, а я ее не использую. И я рассудила, что нужно спросить тебя еще раз…
– Покончить? – нахмурился Волк.
– Да, наложить на себя руки, – улыбнулась царица. – Ну что ты так побледнел? Неужто еще пугает тебя чужая смерть? Неужто хоть что-то она для тебя значит?
– Софа…
Что за страшный сон? Может, и правда спит он? Должно быть, потому что не могла же она впрямь решиться на такое.
– Я тебе не дам, – произнес он и сам испугался того, как хрипло прозвучал его голос.
– И что ты сделаешь? – наклонила голову Софья, посмотрела на него с любопытством.
Что с ней стало за те три года, что они не виделись? Что ее муж с ней сотворил? Или это не он…
– Я ему скажу. Пусть приставит к тебе охрану, пусть…
– М-м-м, – протянула она. – До этого просто в клетке жила, а теперь еще и под надзором денно и нощно буду.
– Софа…
– Не перебивай, – нахмурилась Софья, и в голосе ее Волк услышал нотки, которых раньше не было, – холодные, словно зимний ветер, и колючие, будто лед. – Я предлагаю уговор, – продолжила она. – Ты хотел, чтобы я была твоей, и я буду, если ты отведешь меня в Кощеев замок и покажешь, где он хранит свои сокровища. Твой ответ, Слав.
– Софа… – начал было Волк, но замолчал, увидев, как заледенел ее взгляд.
– Да или нет, Слав? Я нужна тебе еще хотя бы на одну ночь или такую ты меня теперь и даром не возьмешь?
– Прекрати! – взмолился он. – О чем ты? Давай поговорим. Расскажи мне…
– Я зря позвала, – подытожила Софья и развернулась, чтобы уйти.
– Нет! – закричал Волк. – Но как же ты не понимаешь, это слишком опасно!
– А что, Кощей уже вернулся? – обернулась она.
– Я не знаю точно, но…
– Его никто не видел десять лет! – воскликнула царица. – Все те десять лет, что я здесь, хотя давно могла бы быть свободна! С чего ты взял, что он объявится в замке теперь? Отведи меня туда, я заберу шкатулку, получу силу и найду способ уговорить Лес открыть мне тропу туда, где никто меня не найдет. И ты сможешь приходить ко мне так часто, как сам того пожелаешь. Ну же, Слав! Это ты привел меня сюда! Ты украл меня! Посмотри же, во что я превратилась!
– Софа…
Она еще могла стать прежней, он верил. Просто дать ей отдохнуть. Ее бы и правда в Лес. Лес сам по себе умел лечить, и не только физические раны, но и душевные. Но чтобы черпать из него силу, нужно было быть колдуном или ведьмой. Люди не могли удержаться в нем.
– Софа…
– Моя смерть будет на твоей совести, – процедила она, а потом добавила, едва шевельнув губами, так тихо, что мог расслышать разве что оборотень. – А я так и не вышла в море…
Волк закрыл глаза. К Горынычу все. Он обрек на страдания единственную женщину, которую сумел полюбить. Как ему жить, если она и правда покончит с собой? А она ведь решится… Она уже все решила… Нет. Хватит с нее. Хватит с них обоих.
Слав сделал шаг назад, перекатился, оборачиваясь зверем.
– Садись, – рыкнул он. – Держись за шерсть, и держись крепко. Если боишься, закрой глаза.
Софья не стала закрывать глаза. Наоборот, смеялась от восторга всю дорогу. Не испугалась и когда Волк неожиданно нырнул в заметную лишь проводникам прорезь между тканью миров и выпрыгнул уже в Нави, оказавшись под темно-серым небом в обманчиво мертвой тишине среди темных махин деревьев.
– Быстрее! – в исступлении выдохнула Софья ему в шерсть. – Быстрее же!
И он побежал так быстро, как не бегал еще никогда.
Кощеев замок встретил их холодом и тишиной. И сразу было видно, что хозяин давно не появлялся в своих владениях.
– Как думаешь, куда он пропал? – шепотом спросила Софа, широко раскрытыми глазами оглядывая сводчатые потолки коридора, по которому они шли.
Слабый терпкий запах ее страха мешался с куда более острым запахом ее возбуждения. И было что-то болезненное в блеске ее глаз и в порывистых движениях.
– Никто не знает, – так же шепотом ответил Слав.
Секретный ход к лестнице, ведущей в подземелья, он нашел довольно быстро. Оттуда так и разило колдовством, а Волк был чуток к волшбе и разного рода секретам и тайнам, ощущал их за версту и всегда знал, как их выведать. Спускаясь по крутой лестнице, Софья то и дело принималась тихонько посмеиваться. Волк несколько раз протянул ей руку, но она не приняла. Он снял со стены факел, зажег его и теперь освещал ей путь, с нарастающей болью глядя на то, как огонь высвечивает безумие в ее глазах. И не мог понять, зачем тянул столько лет. Только потому, что она принадлежала не ему? Почему ему ни разу не пришла в голову мысль, что она могла бы принадлежать самой себе? Или потому, что не желал брать на себя обязательства, лишать себя свободы?
Огромные двери были приотворены. В заставленной постаментами зале было холодно, темно и сыро.
– Не трогай ничего, – прошептал Волк. – Не прикасайся, пока я не проверю на колдовские ловушки.
– Нам нужна только шкатулка, – возразила Софья, окинув безразличным взглядом ряды вещей, за которые Лебедь, Волк был в этом уверен, многое бы отдала. А может быть, не дала бы ничего, постаравшись отнять силой: всем было известно, как глубока неприязнь царицы
