ты не вернёшь кольцо с камнем душ. А то, прости за прямоту, шансов у тебя будет меньше, чем у монашки разразиться любовным экстазом от чтения псалмов.
— Ты предлагаешь дуэль, Вилл? — с угрозой прошипел я, направив остриё тонкого клинка ему в грудь. — А может, мне стоит убить тебя прямо здесь и сейчас, пока ты безоружен? Разве ты забыл, кто я? У подобных мне нет воинской чести. Мы предпочитаем разить врага, когда тот наиболее уязвим.
Эллисандра тихонько запищала, всё ещё прячась под одеялом. Эквион поджал губы. Пожалуй, я впервые увидел своего старого друга таким напуганным и смущённым. Его яркие синие глаза метались в поисках спасения из западни. Сначала они на долю секунды задержались на стуле за моей спиной, где лежали его вещи с двумя мечами, затем скользнули к окну. Он явно прикидывал, как лучше поступить — попытаться добраться до оружия или сигануть со второго этажа через стекло голой задницей прямо в снег.
Представив эту абсурдную картину, я всё же не сдержался и разразился хохотом. Эквион посмотрел на меня, словно на умалишённого. И даже Эллисандра высунула мордочку из-под одеяла. Не прекращая смеяться, я указал клинком на одежду, а затем аккуратно убрал его обратно в трость.
— Нокс, с тобой всё в порядке? — пробормотал агонист, бочком пробираясь мимо меня к своим вещам.
— Более чем, Вилл, — сквозь смех ответил я. — И если ты думаешь, что я буду требовать у тебя сатисфакции, то можешь расслабиться. В некотором смысле я тебе даже благодарен.
— Правда? — поспешно натягивая штаны, озадаченно вопросил агонист. — Ты на меня не сердишься?
— Сержусь, — резко посерьёзнев, ответил я. — Но прощаю.
— Прощаешь?! — радостно воскликнул Эквион. — Братец Нокс! Я… я… Во всём виновата эта ведьма! Ты же знаешь, я бы никогда тебя не предал, но, клянусь своим чревом, она меня околдовала! Я перестал соображать… Скажи только слово, и я снесу этой мерзкой потаскухе башку, проткну её чёрное сердце, затем расчленю и закопаю куски по всем сторонам света, чтобы она была проклята на веки вечные!
— Эй! — подала испуганный голос Эллисандра, но, встретившись со мной взглядом, снова скрылась под одеялом.
— Ну зачем же портить такой ценный товар, Вилл, — вновь усмехнулся я. — Знаешь, лучше я тебе её подарю. Делай с ней что хочешь, она полностью в твоём распоряжении.
— Эй! — вновь воскликнула Эллис. — Я больше не рабыня, ты сам это сказал, Нокс! При свидетелях!
— При свидетелях? — угрюмо повторил я, метнув в неё испепеляющий взор. — Что ж, ты права, принцесса. Ну а теперь я при свидетеле разрываю нашу с тобой помолвку. Отныне ты свободна и можешь делать всё, что пожелаешь. Наслаждайся своей свободой.
Затем я подошёл к Эквиону и с угрозой произнёс, глядя ему прямо в глаза:
— Если вздумаешь хоть пальцем тронуть Аурелию или Кайру, клянусь милостью лунной богини, я сотру тебя в порошок и сделаю всё, чтобы твоё имя было предано забвению. Ты знаешь мои возможности, дружище. Я не шучу.
Эквион лишь нервно сглотнул и кивнул. Похлопав его по плечу, я развернулся и направился из комнаты прочь.
— Нокс! — позвала Эллисандра, выбираясь с кровати. — Постой!
Белокурая элле догнала меня на полпути к комнате Кайры, умудрившись на ходу натянуть на голое тело ночную сорочку. Босоногая, с растрёпанными кудрями и следами пота на лице, она встала прямо передо мной, преградив путь. Я нехотя остановился, поддавшись её умоляющему взору.
— Послушай, Нокс… — начала она скороговоркой, её голос дрожал, как пламя свечи перед сквозняком. — Я совершила ошибку, но ты сам виноват! Ты игнорировал меня долгое время, будто я перестала для тебя существовать! Хотя обещал уделять мне внимание! Но ты постоянно с этими девками — Аурелией и Кайрой, тебе нет до меня никакого дела! Что я должна была чувствовать, а? Ты хоть раз об этом подумал?
Она сделала паузу, переводя дыхание, а затем продолжила чуть тише:
— Хорошо… Я виновата. Прости меня. Этого больше не повторится, клянусь тебе…
— Эллисандра Пристинна Арвэлле, — перебил я, схватив её за плечи. — Не нужно пустых слов, я всё понимаю.
— О чём ты? — её глаза наполнились тревожным блеском.
— Ты права, принцесса, — я выдержал паузу, тяжко вздохнул и продолжил: — Я тебя не люблю и никогда не любил. Ты всегда была для меня всего лишь красивой игрушкой, которую я держал подле себя только потому, что тебя хотели заполучить все вокруг, и мне это льстило, — при этих словах глаза Эллис сузились до щёлочек, а губы искривились в гневе. — Да и ты меня не любишь и никогда не полюбишь. Особенно после всего зла, что я причинил тебе и твоей семье. И даже целые миры, брошенные к твоим ногам, этого не искупят. Всё, что я могу теперь, это попросить у тебя прощения, пожелать счастья и пообещать, что ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. Я сделаю для тебя всё, что в моих силах, но нам не суждено быть вместе. Ещё раз прости, мне правда жаль.
В моих ушах зазвенело, а щека вспыхнула жгучей болью от хлёсткой пощёчины. Но я никак не среагировал на эту вспышку гнева оскорблённой элле. Лишь с пониманием кивнул и побрёл прочь с проклятиями, которые она кидала мне в спину.
* * *
На сей раз я проявил благоразумие и тихонько постучал, прежде чем войти. Второго подобного открытия за одну ночь мне очень хотелось избежать.
— Войдите, — послышался голос Кайры за толстой дверью.
Я не преминул воспользоваться приглашением.
Кайра Веспера сидела на диване в шёлковом халате поверх белоснежной сорочки, держа в руках раскрытую книгу. При виде меня она удивлённо вскинула брови, а затем печально улыбнулась.
— Ваша принцесса вновь устроила истерику, сударь? — спросила она с лёгким оттенком иронии.
— Вы ведь всё слышали, сударыня? — в свою очередь спросил я, плотно затворяя за собой дверь и поставив трость у порога. — И наверняка всё поняли.
— Я не лезу в ваши отношения, — с напускным безразличием пожала плечами демоница. — Но вы зачем-то держите эту взбалмошную особу рядом, а значит, у вас есть на то веские причины.
— А любовь вам не кажется веской причиной? — ненадолго задумавшись, спросил
