жесткого мужчины, которому Лиза и пыталась соответствовать.
Но внутри Миша другой – ранимый, заботливый, уютный. Он такого себя от всех охраняет, но я еще в домике в лесу смогла пробраться под его браню и теперь Мише от меня никуда не деться.
Глава 60
С каждым днем я потихоньку меняюсь рядом с Мишей.
В движениях и характере появилась плавность, расслабленность, уверенность в себе. Плечи расправлены, спина прямая, поступь мягкая и воздушная. Хочется летать и постоянно улыбаться, делиться с окружающими этой наполняющей меня до краев любовью.
В связи с этим возникла странная закономерность, заставляющая меня смеяться, а Мишу доводящая до белого каления. К счастливой женщине хочется тянуться, она привлекает. И мужчины вокруг меня тянутся – делаю комплименты, приглашают на кофе или свидание. Некоторые в наглую игнорируют наличие у меня официального парня.
Срок поездки в Женеву все приближается и Миша не то, чтобы нервничает или злится, но однозначно мрачнеет от моих воодушевленных рассказов об этом городе и сколько всего интересного меня там ждет на протяжении недели.
С Лавровым наши отношения медленно, но уверенно налаживаются. Мы часто встречаемся по работе, поскольку после новости о том, что он мой отец, Демид не преминул воспользоваться этим и все вопросы, где ему хотелось на Лаврова хоть как-то повлиять, вешал на меня. Мотивация проста, дочери нельзя отказать, особенно той, которой двадцать четыре года задолжал.
Так вот эта поездка позволит нам с отцом, иногда про себя я называю его так, сблизиться еще сильнее. Мы будем жить в одной гостинице, ежедневно проводить бок о бок более десяти-двенадцать часов.
С нами будет еще Демид, второй переводчик Денис, которого я у босса отвоевала и который мне за это очень благодарен, и наша неразлучная немецкая парочка Штефан – Томас.
Коллектив подобрался мужской, молодой и Мишу напрягающий.
– Все собрала? – он взялся за ручку дорожной сумки, куда мне приказано было сложить самый минимум и закинул ее за плечо.
– Да, – поправляю на себе модный спортивный костюмчик, который без белья выглядит довольно порнографично и иду к выходу из спальни, – а можно хотя бы примерно узнать, куда мы едем?
– Нет, – Миша пропускает меня вперед, не забывая сально задержаться на моей груди и погладить попу через тонкую ткань.
– Ладно, – грустно вздыхаю и направляюсь к лифту. Как хорошо, что весна в этом году теплая и ранняя, даже ветровку сейчас одевать не обязательно.
Мы загружаемся во внедорожник на парковке и отправляемся в путь. Миша тихонько напевает под любимых Prodigy, постукивает пальцами по рулю и расслабленно везет нас в какое-то сюрпризное место. Я только любопытно и слегка опасливо на него посматриваю.
Мишины сюрпризы бывают очень разными. Мне по итогу всегда нравится, но иногда я испытываю вначале и шок.
– Если хочешь, можешь поспать, – он оборачивается ко мне и сжимает ладонь, – дорога долгая.
– Если только чуть-чуть, – удобнее устраиваюсь на сиденье и пытаюсь расслабляюсь. В конце концов, проще всего переложить сейчас всю ответственность на Мишу и перестать волноваться. Изменить что-то я все равно не могу. Поездка в Женеву стартует в понедельник, а до нее мы обязательно вернемся, как заверил Миша.
Свежая зелень полей за окном перетягивает мое внимание на себя. За бесконечной работой и городскими развлечениями в клубах и ресторанах, я уже и забыла, как хорошо бывает на лоне природы. Свежий воздух, все оттенки зеленого и коричневого вокруг, щебетание птичек.
К маме выбраться так пока и не получилось, хотя я и стараюсь созваниваться с ней раз в несколько дней. Об отце пока молчу, решив, что о там следует говорить лично. Малодушно с моей стороны, конечно, но я все никак не могу набраться смелости.
Причина в том, что мои хорошие отношения с отцом маме не будут приятны. Она решилась дать мне его имя лишь в момент отчаяния и искренне жалела об этом потом, я это чувствовала.
Каждый раз, когда мы с Лавровым встречаемся и проводим вместе время, у меня появляется ощущение, что я ее предаю. Ведь именно от общения с этим человеком я была ограждена всю жизнь и вроде как за дело. Он тогда отвратительно поступил, ужасно.
И что сейчас, все было зря? Все эти годы, которые она положила на мое воспитание в одиночку, лишая себя многого.
Становится жутко стыдно перед ней, что я оказался такой слабой, легко простила и тянусь к Юрию Петровичу.
И в то же время я постоянно себя дергаю. Я была ребенком, выбор был сделан за меня. Мне хочется общаться с отцом, хоть и спустя столько лет. Не такой он и плохой. Да, много лет назад совершил ошибку, но уже достаточно за нее заплатить. Да мы все трое за нее заплатили.
И если у меня не было отца, то пусть хотя бы у моих детей будет дедушка. С Мишей Лавров общается хорошо, периодически приглашает нас двоих к себе в гости в загородный дом. Мне там нравится. И вот этим хочется поделиться с мамой, но слова при каждом звонке застревают в горле, а поездка к ней откладывается.
Так, за невеселыми думами я прикрываю глаза и просыпаюсь только тогда, когда Миша осторожно толкает меня в плечо. Он уже выбрался из машины и стоит у открытой пассажирской двери.
– Приехали, хотя ради такого милого храпа можно было еще кружочек в сотку км и навернуть, – скалится Миша.
– Я не храплю, – тру сонные глаза ладонями и бросаю на него хмурый взгляд.
– Ну конечно, – протягивает весельчак мне руку и тянет из салона.
– Миша, – в одну секунду стряхивая с себя сон и приходя в себя, я выпрыгиваю на улицу и нетерпеливо шагаю в сторону дома. Как давно мы тут не были, с самого января.
Вокруг все изменилось и преобразилось. Дом больше не окружен снегом, вокруг него буйство красок. Трава вымахала почти в пояс. Тут и там среди нее виднеются полевые цветы, разбавляя основной зеленый всеми оттенками голубого и желтого. Лужайка обрамлена кустами и
