перестань убегать от своих чувств. Ты умная, сильная, но боишься посмотреть правде в глаза. А правда в том, что ты не можешь вечно разрываться между Маркусом и Айкером. Это не честно ни по отношению к ним, ни к себе самой.
Я опустила глаза, ощущая, как что-то внутри меня болезненно сжалось. Его слова задели меня глубже, чем я ожидала.
– Но что мне делать? – спросила я, чувствуя, как голос слегка дрожит. Тео протянул руку и подтянул меня к себе, по-приятельски обняв за плечи. Я глубоко вздохнула и продолжила: – Я… я не хочу ранить Айкера. Он хороший человек, и определённо заслуживает кого-то лучше, чем… я, – моё лицо скривилось от отвращения на последнем слове.
– Знаешь, что он заслуживает больше всего? – тихо спросил Тео, но не дал мне возможность ответить. – Правду. Ты не делаешь ему одолжение, скрывая то, что происходит в твоей голове и сердце. Айкер сильнее, чем ты думаешь. Он поймёт.
Я виновато опустила взгляд, рассматривая грязь облупившуюся со множества колёс и лежавшую под нашими ботинками. Этот внезапный сеанс психотерапии был тем, что мне было нужно, но то, что сейчас говорил мне Тео, совсем не вязалось с его обычным поведением. Он говорил так правильно, но внутри меня всё ещё бушевал страх.
– А Маркус? – тихо спросила я. – Что, если я всё разрушу и потеряю его?
Тео приобнял меня чуть крепче.
– Маркус знает, на что подписался, Мэди, – уверенно сказал он. – Я знаю его, как облупленного и он точно не из тех, кто отступает или совершает необдуманные и глупые поступки. Но если ты хочешь, чтобы всё это имело смысл, ты должна быть честной со всеми. И самое главное – с самой собой. Никто не сможет решить за тебя. Ни я, ни Маркус, ни Айкер. Ты должна понять, чего хочешь, и принять решение. А потом просто сказать это вслух.
Я глубоко вздохнула, пытаясь переварить слова своего новоиспечённого психолога. Его голос был неожиданно мягким, почти братским, и в нём звучало больше заботы, чем я могла себе представить. Он не отпускал моё плечо, поддерживая не только физически, но и морально.
– Это страшно, Тео, – с трудом призналась я. – А если я ошибусь? Если разрушу всё? Не только свои отношения с ними, но и их дружбу? Они ведь друзья, Тео. Я не могу стоять между ними.
Тео чуть отстранился и посмотрел мне в глаза.
– Ошибаться не страшно, – тихо сказал он. – Страшнее всего ничего не делать и смотреть, как всё рушится само собой. А дружба Маркуса и Айкера сильнее, чем ты думаешь. Да, будет непросто, будет больно, но они вместе видели дерьмо, которого ты даже не представляешь, и прошли через него вместе. Ну, не без моей помощи, конечно, – Тео самодовольно ухмыльнулся, и я тоже расползлась в улыбке, но потом он быстро вернул серьёзное выражение на лицо. – Мэди, это их выбор – как реагировать и что делать. Но это не значит, что ты должна избегать правды. Наоборот, честность может быть тем самым якорем, который удержит их обоих. Поверь мне, Маркус и Айкер разберутся. Они взрослые люди. И, зная их, я уверен, что они найдут способ сохранить всё. А ты… ты должна дать им эту возможность.
– А Амелия? – тут же спросила я и внимательно посмотрела на него.
Тео заметно напрягся, как будто не ожидал этого вопроса. Он на мгновение отвёл взгляд, словно раздумывая, стоит ли отвечать честно. Затем тяжело выдохнул и вернул на меня взгляд.
– Амелия… – начал он осторожно, подбирая слова. – Это другая история. Не та, о которой я должен тебе рассказывать.
Я нахмурилась, чувствуя, как тревога нарастает.
– Тео, если она важна для Маркуса, я должна ждать, чего ожидать, – сказала я.
Тео лишь покачал головой.
– Важна? – с лёгкой усмешкой повторил он, после чего сразу же осёкся. – Дай возможность Маркусу самому разобраться с Амелией.
Я посмотрела на него, чувствуя, как страх внутри медленно уступает место слабой надежде.
– Легко тебе говорить, – пробормотала я. – У тебя, наверное, никогда не было таких сложных ситуаций.
Тео фыркнул, и на его лице появилась кривая усмешка.
– О, у меня их было полно, – ответил он. – Я просто мастерски избегаю их последствий.
Я невольно улыбнулась, а он театрально вздохнул и добавил:
– Но если тебе нужен ещё один совет от взрослого и опытного дяди, то вот он: скажи им обоим, что любишь меня. Это решит все твои проблемы. Мы сбежим вдвоём, откроем бар где-нибудь далеко в пустошах, и все забудут, что такое драма.
Я рассмеялась, чувствуя, как с моей души упала часть тяжести. Тео похлопал меня по плечу и подмигнул.
– Ты справишься, принцесса. Только не затягивай. А то мне придётся устроить вам всем групповую терапию с попкорном. Ведь что может быть интереснее, чем наблюдать, как ты пытаешься разрулить это?
С этими словами он перекинул рюкзак на другое плечо и направился в сторону лифтов.
– И, предупреждаю, – громко добавил он, оборачиваясь и широко улыбаясь, – во время сеансов я буду брать двойную плату за мои бесценные советы.
***
Через час, когда я уже успела принять душ и переодеться в чистые спортивные штаны и футболку, в дверь моей комнаты постучали. Перекинув мокрые волосы за спину, я поспешила открыть её. Передо мной стоял Маркус одетый в совершенно обычную одежду, которую я не привыкла видеть на нём: чёрные джинсы и чёрную футболку, беспощадно подчёркивающей его широкие плечи и руки, испещрённые тёмными узорами татуировок. Даже на шее угадывались чёрные линии, исчезающие под тканью.
Будь чуть смелее, я без сомнений уже висела бы у него на шее, вымаливая повторить тот поцелуй, от воспоминаний о котором, у меня предательски начали подкашиваться коленки. Но мне удалось сохранить самообладание.
– Привет, – выдохнула я, проклиная дрожь в голосе.
– Привет, – ответил Маркус, и на его лице заиграла едва заметная улыбка. Он быстро оглядел меня с ног до головы, а затем его глаза вновь встретились с моими. – Есть минутка?
– Конечно, заходи, – ответила я, отступая назад, чтобы дать ему пройти.
Он шагнул внутрь, закрыл за собой дверь и оглядел комнату. Несколько секунд тишины между нами казались бесконечными, пока Маркус не сделал шаг вперёд, сокращая оставшееся между нами расстояние. Его руки обхватили моё лицо с такой нежностью и уверенностью, что я на миг задержала дыхание, а моё сердце пропустило удар.
Его ладони были такими тёплыми, и я почувствовала, как они слегка дрогнули, прежде чем он наклонился так близко, что его дыхание
