места в первый же день.
Конечно, если у шпиков при себе качественные направленные микрофоны, они записали разговор, ничего общего не имеющий с обычным любопытством, от первого слова до последнего. Или в распоряжении хозяев имеются какие-то средства наблюдения, которых наша аппаратура не в состоянии засечь. При том, что вся она – стационарная, установлена в резиденции, а у нас ради пущей конспирации нет при себе никаких детекторов, ничего такого…
И в первом, и во втором случае (гораздо больше верится во вторую версию) они нас быстренько расколют, если уже не раскололи. Но это, в принципе, неважно. Даже если раскололи, не кинутся моментально в атаку, не настолько они глупы. Будут какое-то время наблюдать самым пристальным образом – это закон любой спецслужбы, вдобавок можно уже сказать с уверенностью, что логика и способ мышления этих, из Радианта, во многом похожи на наши.
А вот времени мы им как раз не дадим. Все в точности так, как он говорил Яне, нисколечко не совравши: при удаче блицкриг во всей своей красе развернется завтра, спозаранку, при неудаче – все незамедлительно отсюда уберутся, и едва они окажутся в безопасности на орбите, флотилия примется за работу. Не дадим мы им времени. Подумаешь, одна бессонная ночь – для таких случаев и существует синенький «эликсир бодрости», каковой уже не раз приходилось пить, так что все пройдет гладко…
Резиденцию наместника обустроили на пустыре, в полулиге от городской окраины и уардах в трехстах от большого тракта, ведущего из столицы на полдень – кто бы указывал Высоким Господам Небес, где им располагаться? Устроено это было, в общем, из чистой вредности, чтобы затруднить кому бы то ни было наружное наблюдение, вероятность коего учитывали заранее. Чем бы ни располагал для данного случая противник, ему ни за что не устроить поблизости стационарного пункта. Любую аппаратуру придется устанавливать в ближайших домах – а если техника не будет в игре и все ограничится подзорными трубами, опять-таки ближе не устроиться…
Резиденция наместника (они все возводились по единому образцу), конечно же, должна была производить должное впечатление – роскошный дворец странноватой архитектуры, не имеющей аналогов ни в Империи, ни на обеих планетах (как оно и было задумано изначально, чтобы здание отличалось от любых земных построек, а кто-то в свое время решил – заодно и от имперских тоже). Конюшни, каретные сараи и прочие подсобные помещения в том же стиле. Как водится, окружено все это затейливой решеткой в два человеческих роста – из-за световых лучей густо-алого цвета, временами мерцавших золотыми искрами. Это уже не красоты ради, а пущей безопасности для: дотронешься рукой – останешься без руки, вздумаешь по дурости бодать лбом… Ну, соответственно.
Извозчик, завидев все это издали, поначалу собирался тормознуть на большом тракте и оставить их там – боязливость вовсе не свидетельствовала о его свободе воли. Как ни приглядывайся, классическая кукла. Видимо, заложенная ему в голову программа (а такие тут просто обязаны быть) предусматривала типичные для извозчика реакции на разнообразные ситуации. На двух других планетах, кстати, извозчики, в общем, не боятся подъезжать с седоками к резиденциям, но при этом всегда им чуточку не по себе…
Они пустили в ход тоже вполне стандартные ухватки, каких и следовало ожидать от дворян в таких случаях – пригрозили, что, во-первых, уши отрежут, а во-вторых, могут и не отрезать, ладно уж – добавят денежку. Судя по тому, что извозчик согласился на второй вариант и без всякого удивления принял первый, здешним дворянам программа предписывала держаться именно так, как держались бы в схожей ситуации их таларские и сильванские братья по классу…
Должным образом настроенная калитка при их приближении моментально исчезла. Сварог вошел во дворец первым, и, кивнув спутникам, направился на второй этаж, повернул направо, нажал на ручку двери в комнате, куда не мел права входить никто, кроме него и Каниллы.
Помянутая благородная девица (она очаровательный бесенок в юбке, ценный сотрудник и глава Ассамблеи Боярышника) пребывала на рабочем месте, как и два Золотых Обезьяна, которых Сварог вместе с кое-какой аппаратурой из Белордерана привез сюда. Что никаких технических сложностей не составило – Сварог их просто-напросто закутал в плащи до пят и велел надвинуть капюшоны пониже. Так что конспирация соблюдалась в отношении всего персонала резиденции, кроме Каниллы – что персонал принял со спокойствием профессионалов, каждый знает ровно столько, сколько ему положено знать, если шеф привез с собой двух закутанных с головы до пят незнакомцев, значит, так надо. Никто и не мог предположить, кто они такие, – благо роботы, в отличие от Каниллы, могли пребывать на своих местах круглосуточно, не нуждаясь в сне, еде и отдыхе.
Вся троица прилежно восседала за пультами, установленными в ряд у левой стены, каждый за своим. Пульты, как обычно, мигали разноцветными огоньками, показывали на экранах загадочные для непосвященных (и для Сварога тоже) разноцветные линии и загадочные символы. Премудрость, в который раз подумал он не без уважения и прикрыл за собой дверь.
Канилла повернулась к нему и встала из-за пульта, пересела в кресло у низенького стола из блестящего металла – тоже своеобразного экрана, которому предстояло заработать при удачном повороте дел. Обезьяны, по своему всегдашнему обыкновению, повернули головы на девяносто градусов, лицами к нему, как это делают совы, тем и ограничились. Ну, глупо было бы вводить субординацию в отношении роботов…
Сварог присел во второе кресло – их тут было только два, для него и Каниллы.
– Результаты? – спросил он.
– Никаких, – прилежно доложила Канилла. – За все время, что вы провели в городе, ни единой попытки к нам проникнуть… с помощью чего бы то ни было, – она подумала и предусмотрительно добавила: – По крайне мере, не наблюдалось ничего, что наша или ваша аппаратура могла бы выявить.
– Вот именно, – проворчал Сварог. В конце концов, аппаратура ларов тоже не способна была засечь работу наблюдательных устройств Велордерана…
– Отрицательный результат – тоже иногда результат, – сказал он старую банальность. – Если у них нет ничего, что мы не способны засечь нашими устройствами, задача облегчается. Если есть… если есть, пожалуй что, усложняется, так бы я сказал. А Радиант?
– Ну, этот постоянно бьет по Талару, Талар сейчас в периоде «встречи»… Сейчас это даже неинтересно, верно? Все параметры прежние, ничего нового, изменений никаких.
Сварог кивнул. Появился прекрасный способ узнать, когда именно Радиант начнет боевые действия – как только сигнал вместо обычного потока будет содержать какую-то из комбинаций для сработки «тарелочек», считай началось…
– Верно, – сказал он не
