посмотрела на него. Наклонила голову так и сяк. Глаз нет, а поди ж ты, всё-таки смотрит! Ему показалось, что он даже начинает различать их по оттенкам чешуй. Потянулась зубами к сапогу и осторожно дёрнула, как обычно делают собаки, когда хотят чтобы человек пошёл посмотреть на что-то. Халлек пожал плечами и поддался на уговор.
Зверюга подвела его к каменному завалу у одной из стен пещеры, кивнула мордой.
— Разбирать, что ли? — Халлек прикинул объём работы. Дня два он тут точно провозится.
Ящерорысь снова кивнула.
— Надеюсь, оно того стоит, — буркнул нордхеймец и принялся за работу.
Убедившись, что он жив, звери куда-то убежали. Халлек, обойдя пещеру, пособирал неведомо как попавшие в неё ветки и прутья, сложил костерок. После пережитых приключений хотелось есть — он впервые провёл в облике дракона столько времени.
Обогревшись и перекусив, он приступил к разбору завала, пожертвовав на это дело кольчужные рукавицы, найденные в вещмешке. Сначала оттащил камни, скатившиеся в самый низ, потом начал убирать основание. Через несколько часов работы Халлек уменьшил высоту каменной кучи на полтрети, а когда сочившийся сверху свет померк, разгрёб её почти до половины. Зверюги вернулись среди ночи и улеглись вокруг него, возле костра. Утром Халлек увидел, что они притащили тушку какого-то степного животного, похожего на очень стройную козу. Острые как ножи зубы выели все внутренности и обглодали остальное так, что ему была оставлена левая задняя нога.
— С голоду я с вами точно не помру, — сказал он вожаку стаи.
Это было ещё одним удивлением, ведь обычные, настоящие рыси, животные одиночные, и в стаю не объединяются. Значит, те кто их переделывал, основательно покопался и в поведении. А потом Халлек подумал, не являются ли их шестиногие снежные барсы плодом ещё более старого творчества безвестных учёных или магов?
Нога была освежёвана, отмыта, разделана и зажарена над углями. Наевшись свежего мяса, Халлек с новыми силами вернулся к завалу. Раскидал он его под конец дня, открыв и расчистив дверной проём, забранный тяжёлой даже на вид дверью из потемневшего от времени дерева. Доски бугрились болотно-зелёными головками бронзовых стяжек. Ни ручки, ни отверстия под ключ не было. Устранив одно препятствие, он упёрся в следующее. Халлек потоптался перед дверью, послушал глухой звук от ударов рукоятью меча, тронул головки и решил что утро вечера мудренее. Ящерорыси, которые опять шатались где-то весь день, вернулись с новой добычей, на этот раз они притащили двух куропаток. А ночью Халлек, так и заснув, глядел на тлеющие угли и пытался вспомнить, что Сейда рассказывала ему об известных ей способах работы всяких хитрых дверей, перегородок и задвижек.
На третий день Халлек приступил к разгадыванию. «Обычно делают так, что механизм или очень сложный, или очень простой. Но с неочевидным способом включения. Если сложный путь ничего не дал, лучше поискать простой» — говорила эльфиня, и он для начала неторопливо, с какой-то гномской обстоятельностью, ощупал и простучал всю поверхность двери. Из неё торчало две дюжины головок. Угробив полдня на поиск разных сочетаний, он в расстроенных чувствах врезал по двери сапогом. Та отозвалась как всегда, глухим стуком.
Оставив дверь в покое, Халлек изучил стену возле неё, в поисках какого-нибудь поворотного валуна, но ничего, кроме неровно стёсанного серого гранита, не нашёл. Зверюги вновь принесли дичь, и нордхеймец решил отвлечься на ужин. Ломать деревяшку было бессмысленно и опасно, а открыть как-то надо. Он швырнул подвернувшийся камень в конец пещеры и попал в ручей, который там вновь нырял под скалу. От звонкого булька по всему залу отдалось эхо, придя от самой дальней стены с задержкой. Халлек повертел следующий камень в руке. Ещё не до конца понимая, на что его навёл этот отклик, он отошёл к самому истоку и запустил добрых два фунта с размаху. Камень гулко шлёпнулся в ручей, на этот раз «второе эхо» пришло ещё позже. Совсем чуть-чуть, но бросив ещё несколько камней с разных мест, он убедился, что ему это не мерещится. Ящерорыси с интересом следили за его упражнениями.
— Так, — пробормотал он себе под нос. — Пещера это полость. Звук приходит с задержкой. Задержка зависит от расстояния. Значит я мог бы по задержке узнать расстояние до стен, если бы умел её вычислять. И потом размеры полости. Полости…
Халлек почесал лоб, посмотрел на чешуйчатых тварей и потрепал вожака по загривку. Он встрепенулся, вскинул морду, потянулся почти совсем по-кошачьи. Почти — потому что мешало иное расположение лап.
— Ты можешь послушать эту дверь?
Ящерорысь повернула голову и посмотрела на него с задумчивым выражением.
— Ну я не знаю как тебе объяснить. Попробуй услышать, что за ней, в каких местах эхо самой двери слышится по другому?
Кажется, она поняла, чего хочет Халлек, подошла к двери, потыкалась рылом, обнюхала. Потом отошла на несколько шагов и внимательно посмотрела на неё, поводя головой. Вернулась, уверенно поскребла лапой место чуть выше середины, ближе к правому краю. На тёмном дереве остались треугольные канавки, а с бронзовой головки снялась завитушка стружки. Халлек криво усмехнулся. Коготки те ещё.
— Значит здесь. Попробуем.
Он подобрал небольшой гранитный обломок, взял его поудобнее и начал с силой нажимать стяжки там, где легли следы от когтей. Одна головка подалась, потом вторая… внутри заскрежетало, дверь вздрогнула и поехала вбок, обнажая бронзовые полозья. Халлек посмотрел на её толщину — локоть с гаком — и шагнул в тёмное помещение, дальняя стена которого угадывалась во мраке. Пахло травами и каким-то душистыми смолами. Время, проведённое в пещере, дало его глазам привычку к сумеркам, вскоре Халлек сумел нащупать на стене держатель с факелом. Он вернулся к кострищу, взял пучок хорошо просохших веточек, поджёг его и запалил почти окаменевшую смоляную розетку. Неровный желтоватый свет отбросил темноту, и взгляду нордхеймца предстал саркофаг из потемневшего от времени металла. На боковой плите была отлита сцена из какой-то битвы. Халлек отыскал ещё два факела и присел рассмотреть, что же там изображено. Увидев, мгновенно вспомнил письмо, оставленное Низой. Это была сцена из битвы. По размерам саркофага можно было предположить, что в нём покоится некто обычных человеческих размеров. Но если владыки пали в той битве вместе со своими армиями, кто позаботился о захоронении? Сдвигать крышку Халлек пока не пытался, одному это не под силу без инструментов. Не мечом же её сковыривать, здесь заступ нужен.
Он вышел из склепа и отошёл на такое расстояние, чтобы охватить взглядом пространство перед входом и местом, где раньше был завал. А откуда свалились
