так испортятся? Вы же, Иван Иванович, сами сказали, что вот только всё испытывали, после нашего с вами разговора получается, верно? А ведь и двух месяцев не прошло с того времени-то…
— Не прошло, да только после испытания труб мне уже стало понятно, что больше года они не протянут. Сами посудите, ежели вода то есть, то нету, разве дерево не потрескается? Вот потому медь перед деревом, даже перед самым крепким деревом, всегда выигрывать будет.
— Ладно, допустим, что я соглашусь на ваши медные трубы…
— Ну, так после сего вам только на огонь и на воду останется согласиться, — неожиданно пошутил Модест Петрович. — Хотя… вода у вас и так по трубам вроде как течь собирается…
— Вот вы шутите, Модест Петрович, а мне это денег совсем иных стоить-то будет, — пробормотал Прокофий Ильич. — Вот вы тоже, Иван Иванович, с самого начала отчего мне не сказали, что и такой вот вариант имеется?
— Ну так, а зачем я вас буду беспокоить деталями, с которыми ещё испытание проходило…
— Так вот и получается, что уговор мы с вами составили на материал, который только испытывали, — резонно возразил Пуртов.
— Прокофий Ильич, так разве я вас принуждаю сию водяную систему устанавливать-то, вот, и Модесту Петровичу в лазаретную она тоже ведь вполне подойдёт, — посмотрел на штабс-лекаря Иван Иванович и улыбнулся.
— Ладно, ладно, не надо меня так подпирать-то… — Прокофий Ильич кашлянул в кулак. — Хорошо, это наше дело вроде как теперь выяснилось, так ведь, Иван Иванович?
— Совершенно верно, сие дело теперь полностью прояснилось, осталось только понять ваше к нему расположение. Остаётся сие расположение или нет?
— Иван Иванович, расположение моё остаётся, только тогда и со своей стороны я прошу добавить одно непременное условие.
— Я вас слушаю.
— Уговор наш такой, что вы в моём доме делаете водяную систему, а я избу под общественную школу предоставляю, так?
— Так, — кивнул Ползунов.
— Трубы медные отливать нынче денег стоит хороших, но раз уж я эти деньги потрачу, то ведь не только на своё удовольствие, верно?
— О чём это вы, Прокофий Ильич, говорите?
— Так ведь как только такая водяная система в моём доме появится, то ведь сразу и другие такую же захотят, это же ясно как день божий! — воскликнул Прокофий Ильич.
— Хм… допустим… — Иван Иванович уже понял, что Пуртов сразу сообразил общую выгоду всего предприятия с установкой водяной системы в купеческом доме.
— В общем, я уже изложил Модесту Петровичу моё предложение про открытие при общественной школе мастерской по изготовлению вот этих ваших щёточек для зубов. В аптеке их продавать конечно удобно и хорошо, но вы же сами понимаете, господа, что очень быстро всю эту вашу идею воспроизведут другие мастеровые. А посему надобно иметь какой-то секрет, который вашу работу сделает особенной. В общем, я знаю какой такой секрет можно организовать, только есть ещё у меня и возможность продавать сии щёточки для других горных контор. В общем, предложение моё такое, что ваш Архип, который здесь в лазаретной сии щёточки так ловко делает, станет при общественной школе с подмастерьями всё сие мастерить, а я уже займусь торговлей с горными конторами.
— А при чём здесь, Прокофий Ильич, водяная система в вашем доме? И горные конторы, там разве не смогут те же мастеровые повторить наши зубные щётки?
— Потерпите, сейчас всё станет понятно, — Пуртов сделал успокоительный жест ладонью и опять кашлянул в кулак. — При горных конторах мастеровых особых нет, ну то есть они есть, да только не до щёточек им, там же с рудников подводы идут, всякие дела по шахте, что любой мастеровой три десятка лет не доживает, а уж щёточки повторять… — Пуртов безнадёжно махнул рукой. — А вот посёлки и крепости народом торговым и мелкими чиновниками умножаются, да крестьяне некоторые, что из раскольнических общин, всё больше народу-то здесь становится. Стругать сии щёточки им дела нет, а вот купить вполне возможно. Ежели правильно рассказать, да ещё и указать, что заменять надобно сии щёточки каждое полугодие, а старыми можно да хоть вот кафтаны чистить, или сапоги, то от покупателей отбою не будет.
— Ну, допустим, что всё это так и получится… — Иван Иванович нахмурился. — Так что же, вы предлагаете мне Архипа, одного из самых опытных на заводском производстве мастерового, поставить щёточки стругать, так что ли?
— Так ежели Архипа не поставить, то можно и кого другого. Здесь же только надобно суть вещицы этой понять, да иметь сноровку работать с материалом.
— Ладно, с этим понятно, а что же с водяными трубами тогда? Они-то здесь каким образом надобны окажутся?
— Нет-нет, Иван Иванович, к этому конкретно делу водяные трубы никакого отношения не имеют, — отрицательно покачал головой Прокофий Ильич. — С трубами я сейчас подумал кое-что вам предложить.
— Послушайте, Прокофий Ильич, может быть нам лучше сие дело позже обсудить?
— Не извольте беспокоиться, предложение моё не требует долгого изложения. Да и дело ведь, с одного боку ежели посмотреть, требует средств хороших, верно ведь?
— Да, ежели уж делать, то теперь совершенно ясно, что делать надобно из медных труб, а сии трубы изготовить либо на уральском заводе, либо на нашем, но тогда на казённом производстве. Только средства на сие и верно требуются заметные.
— Вот посему дело сие нуждается в первом купце, который в него свои средства решится положить. Но мы с вами об этом уговор составили, а значит есть и ещё с одного боку смотрение на сие дело. Ведь первый раз такое организовать не каждый решится! Вот этот-то бок рассмотреть надобно особо внимательно!
— Так вот вы же, Прокофий Ильич, решились, — посмотрел на Пуртова штабс-лекарь. — Отчего же сейчас на сем такой упор делать?
— Так не во мне и дело! — воскликнул Прокофий Ильич. — Это же я вам общую, так сказать, ситуацию показываю. Сами посудите, ежели у тебя крепостных имеется деревня, да прислуги или работников наёмных в необходимом количестве, так для чего же тогда всю эту водяную систему устанавливать⁈ Это же одно утруждение и затраты средств. Намного ведь привычнее и проще пригнать работников, пущай они и таскают воду, да баньку тебе греют.
— Так… А тогда вам-то зачем сия водяная система?
—
