постоянной основе. Если, конечно, ты не хочешь переехать в Стокгольм! Я уверена, что мама и папа разрешили бы тебе жить с нами! В Стокгольме есть очень хорошие университеты, ты же знаешь!».
«Ну, — осторожно сказал я, — я уже договорился об учебе на следующий год, снял квартиру и начал платить за обучение, так что не думаю, что это сработает. Кроме того, мне нужно будет получить визу, а это может занять несколько месяцев. Давай побеспокоимся о следующей неделе или около того, а потом мы сможем понять, что нас ждет в будущем».
«Что-то ты не уверен», — вздохнула Карин. — «Не так уверен, как я».
«Сейчас все, что я могу сделать, это воспринимать все по одному дню за раз. Как ты сказала, до окончания школы осталось три года. Давай просто будем проводить время вместе и работать над нашими отношениями. Все произойдет так, как должно произойти».
Она глубоко вздохнула: «Именно это сказала моя сестра много лет назад, когда рассказала мне о тебе. Я всегда удивлялась, как она могла быть счастлива таким положением дел. Она знала, чего хочет, но подходила к этому с умом. Мне гораздо труднее, чем ей, просто позволять всему идти своим чередом день за днем. Но я должна, я думаю. Я знаю, что мы обязательно увидимся в следующем июне. Мне не нравится, что приходится ждать так долго, но я не думаю, что у нас есть другой вариант».
«Я думаю, что твоя сестра поняла именно это», — сказал я. — «Учитывая обстоятельства, мы не можем сделать ничего другого. Вот почему она отправила меня к Мелани и почему она встречалась с Йонасом. Ты ведь ходила на несколько свиданий?».
«Да, ходила. Но ничего похожего на Биргит и Йонаса. Я просто ходила на вечеринки, на танцы или на кофе, и все в таком духе. Йонас был влюблен в Биргит и был очень расстроен, когда узнал, что ты приезжаешь жить к нам».
Старая мрачная мысль, которая пришла мне в голову в первый раз, когда я был в квартире Андерссонов, снова зазвучала в моей голове. Неужели Йонас намеренно попал в шторм? Я понимал, что нет способа узнать наверняка, но подозрение все еще оставалось.
«Карин, а Йонас обычно проверял прогноз погоды, прежде чем они с Биргит отправлялись в плавание?»
«Я не знаю. Почему ты спрашиваешь?» — Она сделала паузу на несколько секунд, выражение ее лица сменилось шокированным удивлением. — «Подожди! Ты думаешь, он мог сделать это специально?»
«Такая мысль приходила мне в голову. Это было в тот же день, когда Биргит сказала ему, что я приеду жить к ней на год в качестве студента по обмену».
«Я не могу представить, чтобы Йонас был настолько расстроен, что убил бы себя и Биргит».
«Мелани чуть не покончила с собой из-за проблем в отношениях».
«Господи!» — Карин резко выдохнула. — «Это так. Мы слышали об этом от ее родителей. Я думаю, что это возможно, но как мы можем знать?»
«Мы не можем. И я думаю, в конце концов, это не имеет значения, так как ничего не изменится. Мне жаль, что я об этом заговорил».
«Все в порядке», — сказала она. — «Пойдем в душ, а потом позавтракаем».
Мы встали с кровати, надели халаты и пошли в ванную. Каждый из нас принял душ, затем вернулся в комнату и оделся. Мы спустились к завтраку и застали Мелани и ее маму за столом.
«Vi har inte filmjölk i USA», — сказал я Карин. («У нас нет «filmjölk» в США»).
«Tja, jag ser inte flingor på bordet iallafall», — ответила она. («Я не вижу кукурузных хлопьев на столе, во всяком случае»).
Это было правдой. Там были бекон, яйца, блины, вафли и тосты — вполне типичный американский завтрак.
«Ладно, вы двое, достаточно того, что мы слышали, как Карин кричала всю ночь!» — поддразнила Мелани. — «Теперь вы говорите по-шведски!»
Я не собирался оставлять это без ответа.
«Это было не всю ночь, Мелани, это было четыре раза и, кроме того, она не была такой громкой! Ты подслушивала у двери?» — поддразнил я.
«Не обращай на нее внимания, Стив!» — Миссис Спенсер рассмеялась. — «Она просто ведет себя как обычно!»
«О, я знаю. Она просто завидует. Она привыкла получать такое обращение от меня и все еще хочет этого. Она просто не может этого получить!»
«Steve, nu blir du elak», — тихо сказала Карин. («Стив, ты ведешь себя некрасиво»).
«Förlåt, älskling», — ответил я. («Прости, милая»), а потом по-английски: «Прости, Мелани, это было грубо».
«Ну, по крайней мере, Карин это признает!» — Мелани усмехнулась, показывая, что обиды нет. — «Какой план на сегодня?»
«У меня его нет. Завтра я планировал сводить Карин в зоопарк посмотреть на белых бенгальских тигров, а в среду мы поедем на аттракционы Остров Кинга. В четверг у вас обед и вторая половина дня вместе. В субботу — вечеринка у меня дома. Сегодня, вторник, пятница, воскресенье и понедельник свободны. Мы найдем, чем заняться».
«О, не сомневаюсь!» — Мелани ухмыльнулась.
«Мелани, хватит», — твердо сказала миссис Спенсер.
«Да, мама».
«Я думаю, что хотел бы устроить небольшой ужин у себя дома», — сказал я. — «Мне нужно посоветоваться с папой, но, возможно, в четверг вечером мы могли бы пригласить Бетани, Ларри, Мелани, Пита, Эда, Стефани и Джойс на ужин. Я спрошу у мамы Кары, но подозреваю, что Каре не разрешат присоединиться к нам».
«Звучит заманчиво!»
«Миссис Спенсер, ничего, что мы позже воспользуемся телефоном и все устроим?»
«Конечно! Я всегда говорила тебе, что ты должен чувствовать себя здесь как дома».
«Спасибо!» — сказал я.
Мы закончили завтрак, и Мелани с мамой отправились в церковь. Я предложил Карин пойти ко мне домой и поговорить с папой, потому что мама тоже будет в церкви. Затем мы могли бы узнать о званом ужине. Она охотно согласилась, и мы отправились к моей машине, чтобы быстро доехать до моего дома. Мы вошли в дом и увидели, что мой папа пылесосит у бассейна.
«Папа, я решил, что можно зайти, потому что был уверен, что мама будет в церкви. Не хочешь выпить чашечку кофе и поговорить с нами?».
Он согласился и мы с Карин пошли на кухню, где я сварил кофе. Папа пришел примерно через пять минут и сел с нами. Мы хорошо поговорили, папа и
