- А я тебе малины принесла, - она взяла на ладошку несколько ароматных ягодок, протянула ему под нос. - Будешь?
Лесной хозяин понюхал ягодки и быстро-быстро слизал их языком, закатывая глаза и урча. Огромные клыки влажно поблескивали в жаркой пасти. Затем требовательно ткнулся в ладонь.
- Жадина, - Василина снова высыпала на ладошку ягоды, протянула ему. - Ай! Щекотно же! Какой у тебя язык шершавый. Вот смотри, все рассыпала из-за тебя!
Молча стоящие на балконе Ангелина и разбуженный ею Святослав Федорович напряженно наблюдали, как их укутанная в плед сестра и дочь кормит с ладони страшного зверя, гладит его, треплет за уши, что-то спрашивает и сама за него отвечает. А затем - как он ложится перед ней на брюхо, а она бесстрашно садится на него верхом, хватает за загривок, легонько шлепает, потому что он начинает баловаться, подпрыгивая на месте. Он обиженно ревет, и от этого рева волосы встают на затылке от страха, а она смеется и чем-то грозит ему. И затем огромный медведь увозит сидящую на нем девушку в глубь сада.
- Ты знаешь, что она давала ему свою кровь? - Святослав отвернулся от созерцания сада, в дымке которого растаяли силуэты большого зверя и прижавшейся к нему девушки. Его дочери, которую он может и не увидеть больше.
Ангелина немного нервно всхлипнула.
- Знаю. Она сегодня рассказала. Думаешь, это из-за нее барон начал оборачиваться?
- Я могу только предполагать, дочка. Ирина..., - лицо его дернулось, - не раз говорила, что кровь Рудлог, отданная добровольно, усиливает магию. Любую магию.
- Но, отец, это произошло три года назад. А Вася сказала, что у него это первый...точнее, уже второй оборот. Или это он так на нее отреагировал?
- Остается только догадываться, Ани. Давай спать. Все равно мы сделать уже ничего не можем.
И если Святослав уснул достаточно быстро, то наследница из-за тревоги за сестру так и не сомкнула глаз до утра.
***********
Медведь бежал довольно долго, и Василина снова слушала его хриплое дыхание, прислонившись щекой к горячей спине и крепко держась за шерсть на загривке. Мысли в голове, видимо, от тряски, были все какие-то легкие и радужные. Ночь была теплой, и вокруг таинственно пели свои шелестящие песни деревья, качая ветвями в призрачном свете голубоватой луны. Вдали светились редкие огоньки домов с неспящими в них по каким-то своим причинам людьми.
Под лапами несущего ее зверя вдруг заскрипел песок, по коже мазнул теплый влажный ветерок. Она подняла голову. Лесной хозяин медленно приближался к неподвижной, светящейся глади озера. Принцесса торопливо скинула плед на песок, потому что он и не думал останавливаться. Зашел в воду, громко сопя носом и отфыркиваясь, поплыл, и вдруг нырнул, оставив ее на поверхности. И сразу поднырнул обратно, скользнув по ее животу лбом и обдав брызгами.
"Неужто поплавать привез?" - удивилась Василинка, двигаясь к берегу. На глубине ночью было страшновато.
Медведь снова скрылся в воде, через какое-то время оказался перед ней, напугав ее до визга. Она могла поклясться, что он довольно и снова нырнул. И появился прямо под ней, подняв ее над водой своей спиной. Играет, чтоб его.
- Фу, какой ты мокрый, - она шлепнула по воде рядом с его мордой, и тот недовольно заурчал от прилетевших брызг. Мокрая сорочка неприятно липла к телу и холодила, поэтому она соскользнула с покатой спины в теплую воду, поплыла рядом. Медведь косился на нее и старательно перебирал лапами, вытянув голову и часть спины над водой. Затем перевернулся на спину и задвигался быстрее, вышел на берег, отряхнулся, как большая собака, обернулся, встал на задние лапы и внимательно наблюдал, как она выходит из воды.
Василинка быстро сбросила мокрую рубашку, закуталась в теплый плед, села. Мишка расположился чуть в отдалении, брезгливо отряхивая светлый песок с мокрых лап. После подошел, положил мокрую тяжелую голову ей на колени, мученически вздыхая и втягивая воздух ноздрями. Уткнулся носом в складочку под животом и прикрыл глаза. Она посидела, погладила его, затем вместе с пледом откинулась на землю. Над ними, завораживая, опрокинутой темно-синей чашей медленно дигался по кругу огромный звездный купол, и через несколько мгновений вглядывания в небо ей уже казалось, что она отрывается от земли и летит туда, в эту манящую и пугающую бесконечность.
Уже сонная, она забралась обратно на подсохшего зверя, и ее снова понесли куда-то. Оставалось только крепче держаться, чтобы не соскользнуть с перекатывающей спины во сне.
********
Снова болит все тело, и снова голова тяжелая и гулкая. Под спиной сухие и немного колючие листья. И снова ноздри ловят сладкий мускатный аромат женщины, и кто-то лежит, прижимаясь, и дышит в шею горячим воздухом. И внутри все то же желание смять и подчинить, такое же яростное и сильное, и кулаки сжимаются, помогая человеку восстановить контроль.
Барон открыл глаза. Его безумие спало на его плече, и ресницы ее трепетали в такт дыханию. Удивительно, но сейчас, когда она была так близко, он ясно видел в ней черты прежней Василины, будто проступающие через незнакомое лицо.
Такая близкая и такая недоступная.
Запах выкручивает все изнутри, а внизу живота собирается томительное напряжение.
Закутанная по грудь в плед, и все равно ощущаемая всем его телом.
Рука, протянувшаяся погладить теплый затылок, отдернута назад.
Спящая...значит ...не заметит? Не узнает?
Она же не против, когда его зверь трогает ее?
Она же его не боится?
А если испугается?
А если он дотронется и потеряет контроль?
Не имеющая представления о том, какие силы сейчас борются в его душе, Василина сонно повела рукой, натянула плед на плечи, зябко поджала ноги под поднявшееся покрывало, буквально забравшись на лежащий рядом источник тепла. От этих манипуляций ткань немного распахнулась, и ее маленькая грудь, и мягкий живот прижались к нему.
Мариан зарычал, выдохнул. В голову одна за одной били волны сокрушительного вожделения. Выдохнул сквозь зубы, потом еще и еще. Отвел руки в стороны, впился пальцами в листья, превращая их в труху. Снова вздох, выдох, и снова, потому что если он сейчас не выдержит, то потом только стреляться. Потому что в картинках, которое принесло с собой яростное желание, нет ни капли нежности или деликатности. Только ее крики и его рычание.
Так они и лежали - напряженный, тяжело вдыхающий и выдыхающий мужчина с закрытыми глазами, и свернувшаяся на нем принцесса. Лежали, пока первые лучи выглянувшего из-за горизонта солнышка не развеяли дымку, исполосовав поляну светом и тенью. В какой-то момент ему стало легче, будто солнце перехватило влияние у луны и дало ему передышку. А принцесса, на лицо которой упал теплый лучик, сморщила лицо, повертела носом и чихнула. И проснулась - он ощутил это, даже не открывая глаз.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
