Так они и лежали - напряженный, тяжело вдыхающий и выдыхающий мужчина с закрытыми глазами, и свернувшаяся на нем принцесса. Лежали, пока первые лучи выглянувшего из-за горизонта солнышка не развеяли дымку, исполосовав поляну светом и тенью. В какой-то момент ему стало легче, будто солнце перехватило влияние у луны и дало ему передышку. А принцесса, на лицо которой упал теплый лучик, сморщила лицо, повертела носом и чихнула. И проснулась - он ощутил это, даже не открывая глаз.
Не завизжала, не отпрянула от него, будто так и было нужно. Вытянулась, скользнув голой грудью по его груди, приподнялась над ним, с любопытством заглядывая ему в лицо. Мариан наблюдал за ней из-под ресниц, ничего не говоря. И она, помедлив, осторожно опустила голову и коснулась его губ мимолетным, едва ощутимым поцелуем. И подняла голову, улыбаясь.
И он сдался.
Одной рукой скользнул под плед, ощущая ладонью разгоряченную сном нежную кожу спины.
Другой нырнул в ее спутанные волосы, притянул ее к себе.
И впился губами в ее дрогнувшие губы.
Жесткий, голодный, обжигающий поцелуй, трепет тела лежащей на нем девушки, ее неопытные, робкие движения, только распаляющие кровь.
Ее тонкие пальчики, вцепившиеся ему в плечи.
Ее приглушенный, болезненный стон от прикушенной губы.
Мягкие ягодицы под ладонью.
Истома била обжигающими электрическими плетьми, заставляя рычать и подминать под себя, а она не сопротивлялась, только вздрагивала, когда руки или губы становились особенно смелыми.
И это доверие и бесстрашие, с которыми она принимала его ласки, заставило его в какой-то момент остановиться, отстраниться, перекатившись на спину. Он тяжело дышал, глядя в небо, и рядом раздавалось такое же затрудненное дыхание.
- Что мне делать? - прошептал он потерянно. - Я не могу жить без тебя.
- Ну, - она приподнялась, опершись на локоть, положила голову на ладонь, глядя на него. И было в ее взгляде что-то новое, уверенное и спокойное,что бывает только у убеженных в своей силе женщин. - Теперь, после всего случившегося, барон, вы просто обязаны на мне жениться.
Мариан молча протянул руку, взял ее за ладошку, положил к себе на сердце. Оно гулко и часто толкалось в ее ладонь, словно заходилось в ликовании. Все было понятно без слов.
Выдохнул, успокаиваясь.
Зверь никуда не ушел, просто затаился, настойчиво рыча и толкая к ней.
Он даже не мог вспомнить, почему так долго боролся с собой. Ничего больше не имело значения, кроме девушки, спокойно смотрящей на него и держащей его сердце в своей руке.
- Вы не пожалеете, - он словно давал ей клятву, и видно было, как трудно этому бесстрашному обычно мужчине подбирать слова. Словно он боялся, что она после его болезненных признаний рассмеется и скажет, что пошутила. И тогда останется только подохнуть от тоски.
- Никогда не пожалеете, принцесса. Моя жизнь, любовь и верность давно принадлежат вам. Я не в силах отказаться от вас.
Он повернулся, так, чтобы смотреть ей в глаза.
- Василина, вы станете моей женой?
- Конечно, - ответила она твердо. - Я точно знаю, что не пожалею, барон.
Тапочки она утопила в озере, благодаря разыгравшемуся медведю, и он снова нес ее на руках до дома, чтобы принцесса не поранила ноги. Пледом пришлось поделиться, и она во все глаза смотрела, как он разорвал плотную ткань так, будто это была тонкая бумага.
Она не пожалеет. Точно не пожалеет.
Было как-то легко и весело.
В холле было тихо и пустынно, и он донес ее до двери комнаты, легко коснулся лба губами, не удержавшись, втянул носом воздух у основания шеи и поспешно отступил к своим покоям.
- Как ты могла уйти? - бушевала Ангелина. - У тебя напрочь отрезало чувство самосохранения?!Почему ты голая? Что он с тобой сделал?!
Она не выспалась и была крайне раздражена. Тем более, что сестра сладко потянулась, не обращая внимания на ее крики, улыбнулась. Она как была в пледе, так и завалилась на кровать, обнимая подушку. А младшие сестры сидели, как мышки, переводя взгляд с одной на другую. Марина стояла, уткнувшись лбом в окно и пила воду из стакана.
- У него в состоянии оборота какой запах - звериный или человеческий? - поинтересовалась Алина, воспользовавшись установившейся паузой.
- Я тоже хочу на нем покататься, - заныла Полли. - Это же круто, Васют!
- Девочки, молчать! - рявкнула Ангелина. - Василина, это недопустимо! Он мужчина, ты компрометируешь себя!
- Он мой будущий муж, - сонно проговорила Василина, снова потягиваясь всем телом. Она выспалась, но хотелось выгибаться и тереться телом об простыни, как довольной кошке.
Ангелина потрясенно замолчала.
- Отец никогда не даст согласия на этот брак, Васюш, - уже достаточно хладнокровно произнесла старшая принцесса, внезапно успокаиваясь. - Барон достойный человек, но он не нашего круга.
- Какого круга, Ани? - со внезапной злостью огрызнулась Василина, садясь на кровати. - У нас нет ничего больше. Ни дома, ни матери, ни состояния, даже имя мы должны скрывать. Так почему я не могу выйти за мужчину, которого люблю? Из-за фамильной гордости? Да к демонам эту гордость! Если понадобится, я готова идти за ним пешком на его заставу, и варить ему там супы, и мыть полы, и спать с ним в одной постели! Даже если он откажется от меня, я все равно пойду за ним!!
Младшие сестры затаили дыхание: старшенькие буравили друг друга взглядами, и в комнате ощутимо похолодело, стало потрескивать электричество, потянуло ветерком. Наследница хмуро кусала губы. Привычка, от которой избавилась еще в детстве.
- Барон не тот человек, который откажется от своего слова, Вась, - наконец проговорила она. - Но он и не пойдет против воли нашей семьи.
- Значит, - с силой проговорила вторая принцесса, - ты, как глава рода, убедишь отца, чтобы он дал согласие на эту свадьбу. Иначе я, Богами клянусь, соблазню его и все равно женю на себе. Я уже совершеннолетняя, Ани. И способна понять, как поступить правильно.
Неизвестно, к чему бы привело все возрастающее напряжение между двумя сильнейшими дочерьми Ирины-Иоанны и выстояло бы после этого благополучно пережившее пять веков поместье, если б в этот момент третья дочь не швырнула в ярости стакан с водой в стену.
- Какие же вы мерзкие, - прошипела Марина, бледнея на глазах. - Еще двух недель не прошло с момента смерти мамы! А вам все равно! Вы жизнью наслаждаетесь, да? Пока она там гниет, да? Одной ничего не нужно, кроме ее книг, другая носится целый день, как дура. А старшая сестричка тоже хороша - трется по ночам с почти незнакомым мужиком, острых ощущений захотелось, да, Васька? Невмоготу, да? Мама бы никогда не согласилась на этот брак!!! А теперь она умерла, и можно и погулять, да?!!! И ты, - крикнула она в лицо Ангелине, - ты никогда ее не заменишь!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
