в каждом слове… Долбаную душность. Босс начал разводить токсичность. Знак вполне определенный и плохой. Я буду краток, обстоятелен и чуть-чуть суров.
«Почту за честь, Котян» — тогда ответил сразу, застыв глазами на козырной фразе про детские трусы, какой-то стиль и моду. Зачем мне этот пупс, а также новость с такой крутой по изложению подачей?
«Твоя об этом попросила сообщить. Я выполнил. Так что, всё шито-крыто. Смотрите, не подеритесь за внимание Тимоши, ладно?» — по-моему, начальник шутит? Это высший класс!
«Постараюсь к мелкому не ревновать, но ничего не обещаю, если парень к Лёльке станет приставать» — набрав, надеюсь, что смешную шутку, отправил и, не дожидаясь возможного ответа, спешно заблокировал экран.
Сейчас вот доберусь домой и сразу лягу спать. Никаких утех и никому не нужных разговоров. Обниму, сдавлю и притяну к себе. Хотя… Для начала не мешало бы пожрать.
Сегодня был предложен только завтрак. Как говорится, в сухомятку, на бегу и без наслаждения. Закинул что-то. Это что-то и глотнул. С обедом тоже грустно вышло: не очень щедрые клиенты с харчами знатно прокатили. А ужин? Ужин, как по написанному, я отдал «злейшему врагу», вернее, преподнёс Фролову, который странно и довольно громко сию минуту мычит и поднывает на моём плече. Писюша выпил. С ним иногда подобное случается. Но сейчас Сашуня сильно и конкретно перебрал.
— Не спать! — через зубы отдаю приказ и скашиваю взгляд на сонного героя, пристроившегося рожей на моем плече. — Фрол, ей-богу, ты, как малое дитя.
Два. Три. Четыре. Пять… Слежу за тем, как медленно на индикаторе сменяются подмигивающие цифрой этажи. Осталось нам немного. Совсем чуть-чуть. Сначала закину финансово-экономическое тело в норку под числом двенадцать и два пустых нуля, а затем… В кровать, в кровать, в кровать…
— Я не сплю, — бормочет Сашка. — Ромыч?
— Угу?
— А ты совсем не пьёшь, что ли? Трезв, как стёклышко. Смотреть на тебя противно. Или ты просто трус?
— Я просто трус, к тому же, сильно пьющий. Однако знаю свою меру. Тяжёлый день, много информации, мелькание людей. В такие дни в желудок ни черта не лезет. А у тебя, по-видимому, праздник? Карнавал или…
— Что-то типа того. Основательно замахался, Ромка. Хочу собраться и сдрыснуть в кругосветку, да мир без долбаных людишек посмотреть. Куда-нибудь на необитаемый остров, например. Задрали эти божьи твари. Что-то ищут, ищут, добывают, страдают, борются, за долговые ямы яростно сражаются, даже ножки подставляют. Фу-у-у. Солнце, океан, песок, большая черепаха и… Любовь! Ежедневно, в разных позах, где страсть меня настигнет. Понимаешь?
— Ага, — двумя пальцами, чересчур брезгливо поправляю финику упавшую на лоб от пота слипшуюся прядь. — Зарос наш путешествующий по кредитным справкам мальчик. Постричься не мешало бы. А ты татухи на спину острым шилом бьёшь. Приведи себя в порядок, Фрол. Глядишь, попутчица отдаст швартовы и подтолкнет хлипкое судёнышко в твой личный океан.
— Иди-ка ты… Отвали, придурок, — дёргается в попытках отмахнуться. — Что ж так бешено шатает? Бля-я-я-я, — теперь хватается с особой жадностью за рукав моего пиджака. — Штормит. Похоже, девять баллов. Не мень-ше! Ромка, я хочу сказать…
Ой-ой! А может быть, не надо.
— Ты очень, — придавливает пальцем лацкан пиджака, — очень, очень-очень хреновый друг. Напоил меня, а компанию не поддержал. Куда такое годится?
— Есть оправдание, — посмеиваясь, отвечаю. — Сашка, не заваливайся. Стой ровно.
— И не шатайся?
Рад, что Фрол в сознании.
— Да. Надо же было кому-то оставаться трезвым и при силе, чтобы доставить нас сюда.
— А Платоша?
— Платоша убрался на хрен два часа назад.
Никита встретил девку, от которой у него снесло к чертям стоп-кран.
— Надеюсь, детка просвещён в вопросах контрацепции. Наш игривый Аполлон не подцепит на мраморное хозяйство какую-нибудь мерзость? Блин, тут, что ли, мыши крутятся? Гляди, вон бегает малая серая. Привидится такое. Тьфу ты! Набрался я изрядно. Ваш милый Саша — молодец! — он возится на моём плече, устраивается поудобнее и, прищурившись, засматривается на тёплое свечение огоньков. — Чего-то мне нехорошо. Тошнит, пиздец. Приехали?
— Ага.
Амортизаторы срабатывают чётко, створки плавно открываются, а мы, поддерживая друг друга, выползаем из лифтовой кабины в холл.
— Самостоятельно дойдешь или сопроводить в палаты? — отпихиваю Сашку. — Не наглей, старик.
— Конечно, — Фролов старательно наводит резкость, но пьяненько присматривается к обстановке. — Ром, а это точно наш этаж? Что-то я не узнаю ковры.
— Наш, — зевнув, лениво отвечаю. — Всё, спокойной ночи. Вали! Тебе туда.
— Ага-ага, — лениво отвечает, повернувшись раскачанной спиной ко мне. — Я люблю свою работу. Я люблю свою работу. Я обожаю дело, которым занимаюсь. Я профессионал с заглавной буквы «Пэ». Я прекрасный и ужасный, мать его, Фролов! Алекзандр — грозный хрен, — бормочет, едва ворочая здоровым языком, но всё равно к своей двери идёт. — А где мой ключ?
— Во внутреннем кармане.
— Merci, mon cher. Позже рассчитаемся, я не люблю быть должным. И даже тебе! — пытается отдать мне честь, но спотыкается и вынужденно упирается в дверь плечом. — Стоять! Тшш. Блин блинский. Что ж меня так буйно-то ведёт?
Пока он возится с электронным замком на своей двери, я ещё раз прочитываю то, что в заключение отправил сегодня «очень неприятный» босс:
«Юрьев, планирую вернуться завтра утром, в районе шести-семи часов. Наберу тебя, чтобы не будить Тимошку и неадекватную соседку. Передашь мне сына и можешь быть свободен. Завтра делать ничего не будем. Я запарился с этой бандой. Пусть валят на все четыре стороны. Планы останутся планами и только на бумаге, а за реализацию проекта в этом месте должен взяться кто-нибудь другой. Глава в курсе. Я созвонился и всё отменил. Если они исправятся… Вернее, когда внесут все правки и учтут выдвинутые нами требования, тогда вернёмся к этому вопросу. По всем позициям пока даю отбой. Сворачивай свою розыскную деятельность, а сметы так и останутся планируемыми расходами. Сашке я тоже написал, но он почему-то недоступен. Короче, парни, лавка Тереховой находится в приоритете, поэтому Оля займётся этим и временно возглавит фирму. Не подеритесь за сферы влияния. У твоей Юрьевой карт-бланш. Разрешено всё, что не запрещено. Она справится. Я завтра же свяжусь с Ингой. Появился шкурный интерес. Пробей ещё раз все её каналы. Мне не нужны сюрпризы и подставы. Бизнес должен быть кристально чистым, а хозяйка девственна в вопросах финансирования. Никаких теневых схем, никаких откупных, шантажа, неравнозначного бартера и тому подобной хрени. Она нужна мне в качестве делового партнёра Аси. Вы с Сашкой Олю прикрываете. Друг за друга стоять горой. Держи писюшу, чтобы он в ФЭО ничего со злости не разнёс. А почему я,
