воле председателю нашего скромного общества письменно или печатно. А за то, что вы уже сделали для моих братьев и сестры, примите мою искреннюю благодарность.
Письмо это я намерен напечатать в одной из здешних газет. Но если вы найдете его почему-либо неудобнопечатным, то известите меня. В ожидании вашего благосклонного ответа остаюсь готовый к услугам вашим
Г. Ш.
С.-Петербург,
27 июля 1860 года.
Адрес: в С.-Петербурге, в Императорскую Академию
Художеств. Академик Тарас Григорьевич Шевченко.
175. В.Г. ШЕВЧЕНКО*
29 июля [1860, Петербург}.
Посылаю тебе 1000 рублей. Если можно будет разделить плату за землю на три срока — раздели, а нет — заплати сразу за 10 десятин земли, а купчую крепость сделай на свое имя. О хате напишу тебе, получив твое письмо.
Друг и брат Ш.
P. S. Пусть мне Прися напишет, что она вычитала из тех книг, которые я ей послал. Скажи Васе,— будет учиться, я ей будущей весной монисточко привезу.
Йосип — пьяный и глупый, прости его. А сестрам, когда увидишь, поклонись от меня. У сестры Ярины спроси, как увидишь, женила ли она своего несчастного сына, или нет?
На хату купи только сосны, на двери и косяки — дубу или ясеню. Хата чтоб была 10 аршин в ширину и 20 в длину.
Найдешь сухого бересту — бери, пригодится на что-нибудь, хотя бы на лавки.
Почему мне Прися и Ганнуся ничего не напишут? Вася эта, думаю, и читать еще не умеет.
176. Н.Я. МАКАРОВУ*
30 июля 1860 года, [Петербург}.
Бог в лице Надежды и Александры Михайловны помогает мне жениться на вашей дочери и сестре Ликерии, помогите же и вы вместе с Варварой Яковлевной. Потому что она (Ликерия) 28 июля при общих наших друзьях сказала мне, что без братнего и отцовского вашего святого слова она не даст мне своего такого же слова (разумная и искренняя душа). Возвращайтесь поскорей к нам и благословите и соедините Ликерию с Тарасом, с вашим искреннейшим другом. А покамест напишите ей и мне, что вы думаете и советуете.
Искренний ваш Т. Шевченко
P. S. Увидите Марью Александровну, поцелуйте ее хорошенько за меня.
177. В.В. ТАРНОВСКОМУ (МЛАДШЕМУ)
Милостивый государь Василий Васильевич!
100 экземпляров «Кобзаря», взятые вами у Д. С. Ка
менецкого для передачи Михаилу Корнеевичу Чалому, инспектору 2-й киевской гимназии, я эти сто экз[емпляров] «Кобзаря» подарил моей невесте, и она покорнейше вас просит, и я тоже, 50 экз. переслать в. Чернигов, в пользу воскресных школ, на имя Романа Дмитриевича Тризны, а 50 экз. в пользу тех же школ в Киев, на имя М. К. Чалого. И будущая жена моя, и я будем вам благодарны, если вы исполните нашу просьбу.
Готовый к услугам Т. Шевченко
1860,
7 августа,
С.-Петербург.
178. М. К. ЧАЛОМУ
1860,
С.-Петербург, 11 августа.
Милостивый государь Михаил Корнеевич! Убедительнейше прошу вас получить (с почты)
50 экземпляров моего «Кобзаря» и по вашему усмотрению передать помянутые 50 экз. одному из киевских книгопродавцов, а вырученные деньги отдайте в кассу киевских воскресных школ и на досуге известите меня о вашем здоровье, вашей супруги и о здоровье И. М. Сошенка, за что будет вам благодарен и на услуги готовый
Т. Шевченко.
Адрес: С.-Петербург, в Академию Художеств, Тарасу Григорьевичу Шевченку.
Получили ли вы «Кобзаря», надписанного моею рукою на ваше имя?
179. В. Г. ШЕВЧЕНКО*
22 августа [1860, Петербург].
Мы с тобой, кажется, и умные люди, а получается у нас черт знает что: ты моего письма не дождешься, пишешь мне, а я, на тебя глядя, тебе отписываю, не зная, что ты мне напишешь. Умные люди, кажется, так не делают. Я сегодня пишу тебе, так как у меня есть время, но на почту письма не отдам, пока не получу извещения от тебя о получении 1000 рублей. Если бы, для начала, до весны обошелся этими деньгами, хорошо было б, а если нет, так напиши,— я еще пришлю, только немного.
Я это собрался жениться, так мне, видишь, и тут нужны деньги; а вся надежда на «Основу» и на «Кобзарь». Будущая супруга моя зовется Ликерия — крепостная, сирота, такая же наймичка, как и Харита, только умнее, грамотная, а по-московскому не говорит. Она землячка наша из-под Нежина. Здешние земляки наши (особенно панночки), как услыхали, что мне бог такую благодать посылает, то еще малость поглупели. В один голос кричат: не пара, не пара! Пусть им кажется, что не пара, а я хорошо знаю, что пара.
Осенью, когда управишься с полем и окопаешь наш будущий участок, выбери на этом участке лучшее место и посади яблоню и грушу на память о 1860 годе, 28 июле.
Поженимся мы после покрова. Хорошо бы ты сделал, если бы к нашей свадьбе прислал сушеных карасей десяток-другой, а то и третий, и копченых днепровских лещей — один-два, а то и три. Ты писал мне, что в Каневе этого добра хоть лопатой греби, а тут и за деньги не достанешь: вот тебе и столица!
В Пекарях какая-то вдова-попадья продает хату,— купить бы да к осени перевезти на участок и поставить. А весной сестра Ярина с меньшим сыном переехала бы в ту хату, да и хозяйничала, а я тем временем с женой приехал бы; Ярина бы и нам советом помогла. Ведь я и жена моя, хотя и в неволе и в труде выросли, но в простом крестьянском деле ничего не смыслим,— так совет сестры Ярины был бы очень кстати и мне и Ликерии.
Вот как вышло! Неожиданно я к тебе приеду в гости С женой — сиротой и наймичкой! Известно, если человек хорошо ищет, то и находит: так вот и я. Мне теперь не жаль, что Харита малость с придурью.
25 августа.
Хорошо я сделал, что позавчера не дописал этого письма и не послал тебе: сегодня я получил твое письмо и вижу, что вы с Кулишем чересчур расфантазировались. Книжник Кожанчиков сегодня сказал мне вот что (а он это дело хорошо знает): «на три тысячи наличными и на три тысячи кредита в книжной торговле можно получить 10% с усиленным трудом». Мне самому не нравится твоя служба на панских экономиях, да некуда деться! Бумага и чай это другое дело. Напиши ты мне хорошенько, большой ли тебе кредит нужен на это дело? А пока этой проклятой службы на экономиях не бросай: она тебя хлебом кормит, а хлеб великое дело!
Посылаю тебе план хаты. Если
