ничего не хочет. Ведь это же так отвратительно — спуститься с небес и встать на одну ступеньку с теми, кого они считают рабами рабов. — Тут выдержка магнату несколько изменила, и он словно выплюнул: — Грёбаные ублюдки!!!
— Погодите, но ведь пока речь идёт только о развитии одного конкретного острова… В чём проблема? Что с того, что вы и ваши партнёры станете чуточку богаче? — нахмурился Птоломей, действительно не понимая мотивов старших магов.
— Ну во-первых, не чуточку… — не без самодовольства заметил господин Гийом, — а во-вторых, надо понимать, что взрывной рост доходов от контроля над путями только начало. Это ещё и появление свободный денег для найма молодых амбициозных магов, ныне прозябающих по всяким академиям да полевым лагерям на малозначительных должностях. Это неизбежное развитие морского и военного дела. Это появление условий для развития магии как науки и… многое, многое другое. Уверен, родовитые даже не понимают всей глубины связанных с Нолдом замыслов, однако то, что угрозу своему единовластию они всё же чуют, тут нет никаких сомнений!
Птоломей согласно качнул головой, впрочем мысленно он сосредоточился только на одном. На теме молодых и амбициозных магов. Потому что к стыду своему он только сейчас понял, сколь много чародеев низких — даже для него низких! — рангов без капли древней крови встречалось ему в Нолде с той поры, как они бежали сюда из Гамзара… Тысяча мархузов, да их тут сотни!! Все заняты, все при деле. Дай им время, деньги, соответствующие знания, и под рукой ушлого торгаша будет целая армия колдунов, способная конкурировать если не со всеми Колониями разом, то хотя бы с некоторыми из них наверняка.
Что ж, теперь было понятно, зачем Гийому нужен Птоломей. Да, имея в кармане Грасса, его потребность в ещё одном выходце из Леса Смерти вряд ли можно было назвать такой уж высокой, но с другой стороны, два фарлонга всегда лучше, чем один. И иметь у себя ещё одного обладателя Наследия вартагов это совсем не то же самое, что не иметь.
Вот только… так ли уж слепы аристократы, как утверждает магнат? И не является ли относительно спокойное существование Гийома Дирана плодами усилий некоей фракции недовольных дворян, жаждущих кардинального изменения сложившегося положения вещей?
— Чуять мало, надо ещё действовать, а с этим у ваших оппонентов пока не очень. Если, конечно, не считать административные препоны реальным противодействием… — решил-таки закинуть удочку Птоломей. — Или… есть причины, почему вам позволили столь далеко зайти?
Повисла короткая пауза, в ходе которой маг ждал реакции на свои слова, а отец Грасса кажется пытался сначала понять, на что намекает собеседник, а затем, в свете открывшейся осведомлённости последнего, пытался переосмыслить своё к нему отношение.
— Кажется вы понимаете несколько больше того, что можно ожидать от неопытного юноши, долгие годы прозябавшего под пятой Кии’л’дорега, — вынес он, наконец, свой вердикт, и сразу куда-то делись как чрезмерное радушие, так и наигранные улыбочки. Теперь перед Птоломеем сидел тот Гийом Диран, каким он являлся в действительности — жёсткий делец, прожжённый интриган и безжалостный властолюбец.
— Что не знаю, то домыслю, — пожал плечами Птоломей. — Сами понимаете, кто-то простой, обычный, Наследие вартагов не получит и живым из Леса Смерти не выйдет.
— Ну да, ну да… Грасс рассказывал, насколько у вас там всё сложно вышло, — протянул толстяк, поставив на стол локти и изучая молодого мага поверх сложенных в замок пальцев. — Хорошо. И что же вы тогда… домыслили?
Намёк на убийство коллег Птоломею нельзя сказать, чтобы сильно понравился, но назвался груздём — полезай в кузов. И он, нацепив маску полной невозмутимости, принялся рассуждать.
— Например то, что в развитие Нолда вложились не только вы, но ещё и множество тех, кто предпочёл остаться в тени. А так как я не слышал, чтобы в газетах печатали о создании каких-то масштабных консорциумов или возникновении соответствующих акционерных обществ… с длинными и скучными названиями, за которыми скрываются всякие интересные секреты… так вот, раз ничего такого нет и не было, а масштаб строительства слишком велик даже для десятка магнатов вроде вас, значит деньги вкладываются тайно. И участников надо искать не только среди верхушки Джуги, но и среди торговый элиты соседних стран, включая Колонии и… — Тут Птоломей вспомнил про то, как его словно горящий брандер на корабль врага, подвели к необходимости посещения храма знаний, и добавил с кривой усмешкой, — да, и пожалуй что Перворождённых! Как вам такое, уважаемый?
— Блестяще, блестяще… — господин Гийом изобразил вялые аплодисменты и в который уже раз откинулся на спинку кресла. — Признаюсь, с догадкой насчёт эльфов вы меня удивили. Грасс оказался менее прозорлив и ограничился лишь родовитыми «элитариями» из Колоний. Может ещё, что скажете интересное тогда?
— Да тут уже и говорить больше не о чем, — растянул губы в усмешке Птоломей, выдержал секундную паузу, после чего чуть подался вперёд и вкрадчиво сказал: — Разве что… добавить про войну. К которой вы на самом деле готовитесь и которая стоит за всеми теми изменениями, что мне так увлечённо демонстрировал сегодня ваш сын. Никакой мирной гонки за лидерство не будет, впереди у нас война, и не началась она до сих пор лишь потому, что вы для неё ещё не созрели. Я прав?
Опасные слова повисли в воздухе. Птоломей молчал, потому что всё необходимое уже сказал и теперь ждал реакции, господин Гийом же молчал, явно мысленно что-то прикидывая. И выходец из Леса Смерти надеялся, что это как минимум улучшение тех условий контракта, которые ему должны были предложить по итогам беседы.
— Х-ха, а вы не боитесь острых тем, юноша! — наконец, сказал Диран, видимо прийдя к какому-то решению. — Несмотря на то, что все всё понимают, даже в нашем кругу единомышленников бросаться столь сильными терминами не принято.
— Революционеры боятся сделать последний шаг? — усмехнулся уголком рта Птоломей.
— Революционеры всё ещё надеются, что мы успеем стать достаточно могучими для того, чтобы связываться с нами не рискнули даже самые отмороженные боевые маги Колоний, — вернул ухмылку господин Гийом. — Вроде бы уже столько всего сделали, так далеко подошли к точке невозврата, а всё равно питаем какие-то надежды на мирный исход. Представляете?
— И даже… — Птоломей помедлил и вдруг спросил, — глава рода Шаа’б’сутэх? Он вроде не из пугливых, раз постоянно самому Дыханию Бездны вызов на тренировочных дуэлях бросает. В его осторожность я как-то вообще не верю!
— Ну это вы зря. Вопреки сложившемуся мнению отец вашей подруги отличается редкостным здравомыслием, но… — живо возразил господин Гийом и тут же вопросительно изогнул
