некоторых условиях вернуться после смерти. Вот наши и решили подстраховаться, — принялся рассказывать бородатый карлик, глотая слова и целые окончания, — видоизменили все сканеры…
— Очень интересно, — вскинул брови Бримс, в котором моментально проснулся маг-исследователь. — Это по каким же таким признакам ваши приборы возрождённых отслеживают? Аура? Отголоски Дара? Что-то ещё? — Впрочем интерес угас столь же быстро, как и возник. И он перешёл к гораздо более важной теме: — Хотя к мархузу всё… Что за противник? Имя у него есть?
Однако вопрос уже явно запоздал. К гному вернулся рассудок, и он, стряхнув заклинание, со злобным оскалом выдал:
— Конечно есть… Старый монстр! Монстр, которому место в прошлом!!!
Последнее он практически выкрикнул, после чего его правая рука нырнула за отворот сюртука — из-за чего Бримс мгновенно ощутил смертельную угрозу! — и… и ничего не произошло. Потому что из астрала вновь вернулся Каштанчик и, не забыв шумно испортить воздух, с независимым видом откусил коротышке голову.
— Никогда не думал, что это скажу, но ты удивительно вовремя… — пробормотал Бримс, весьма обрадованный тем, что ему не придётся спешно уходить в мир теней. После чего склонился на телом бородача, кончиками пальца сдвинул мешающую обзору одежду и тут же присвистнул, обнаружив известный ещё в его время одноразовый амулет Бешеного пламени. Пожалуй, опоздай Каштанчик на секунду или же откажись Бримс от идеи спрятаться среди отблесков Тьмы, и от его нового тела не осталось бы и костей.
— Всегда ненавидел фанатиков, — зло бросил он, поднимаясь и в пару движений создавая простенький компас.
Раз у гномов настолько всё серьёзно с их отношением к непонятному возрождённому, то задерживаться в их владениях было как минимум небезопасно. Поэтому увидев, что до выхода на поверхность всего полсотни саженей, и сориентировавшись с направлением он тотчас двинул к нужному проходу. Подчищать за собой следы или давать соответствующие указания Каштанчику — вдруг поможет? — Бримс и не подумал. Он как никогда остро ощущал, что время убегает, точно песок между пальцев, а значит следовало спешить.
Вот только как возрождённый великий маг ни старался, но далеко убежать он всё равно не успел. И после секундной пробежки по коридору, едва ли ни нос к носу столкнулся с мчащими навстречу паукообразными големами. За время его отсутствия на Торна гномы-таки научились компенсировать свою малую численность преимуществами развитой промышленности и теперь явно заменяли живых воинов механическими тварями везде, где только можно.
— Хитрецы хфурговы… На моём нынешнем уровне из тёмных чар против вас кроме Мечей больше ничего и нету! Обидно… — прошипел Бримс, раздражаясь собственной невезучести и в то же время выращивая из ладоней два чёрных как ночь клинка. Взмахнул ими для пробы, а потом слитным движением развалил подобравшегося слишком близком паука на две неровные части. И довольно засмеялся. — Ага, мархузовы выкидыши! Бу-то, голова!!!
Он уже приготовился с безудержной яростью нырнуть в грядущую свалку, как стена позади механических воинов внезапно взорвалась тысячей осколков — заодно изрядно проредив шеренгу пауков! — и из образовавшегося прохода вышел пусть изрядно постаревший, но вполне узнаваемый Олег. И было это настолько неожиданно, что подходящей случаю реплики не нашлось даже у до хфурга умного Бу.
Сюрприз, поимей его мархуз!
Глава двадцатая
Птоломей никогда не любил Нолд. Да и кому он вообще мог понравиться? Унылый, ничем не примечательный остров, лишённый как блеска остатков империи Заката, так и аляповатой роскоши потихоньку выбирающихся из варварства государств Грольда. Даже природа была здесь какая-та серая и убогая. Ни дремучих лесов, ни заливных лугов, ни даже смертоносных пустынь — всё средненькое, невзрачное и унылое. Периферия цивилизованного мира, что тут скажешь!
И вот именно здесь, в этой дыре, Гийом Диран, почтенный магнат из Джуги и по совместительству отец Грасса, задумал создать фундамент своей будущей всемирной торговой империи. Словно уже имеющихся богатств ему недостаточно! Да, разумеется Птоломей понимал, что чем больше денег, тем больше желающих их отнять, и после достижения некоторого уровня благосостояния неизбежно вовлечение в борьбу за власть, но… но мархуз побери, Гийом ведь задумал ни много, ни мало, а сломать уже сложившийся миропорядок! Уж это-то Птоломей понимал совершенно чётко. И такую дерзость никакими словами о конфликте с аристократами и никакими «обычными для богача» амбициями не объяснить.
Неужели и вправду всем так поперёк горла стоит власть старых имперских родов, что козни против них строят не только эльфы, но и представители людской элиты? И та война, предвестники которой он замечал последние годы, действительно неизбежна?
Увы, если кто и мог дать ответ на этот вопрос, то только Гийом — человек, под покровительство которого их троица сбежала сразу после драки в порту Гамзара и ради аудиенции с которым он собственно и прибыл в строящийся Муар. В город, который со слов Грасса в будущем обещал стать одной из архитектурной жемчужиной Нолда.
— … А ещё вон там на холме видишь башню? Её в изначальном плане застройки не было, по замыслу архитектора там задумывалась обзорная площадка, но отец велел заменить пустую достопримечательность на что-то полезное. И после обсуждений маги из его окружения предложили вариант с астрономической обсерваторией, — продолжал рассказывать Грасс, взявший на себя роль гида и вот уже битые три часа таскавший Птоломея по гигантской строительной площадке, в которую превратился некогда никому не нужный торговый городок.
То, что изрядно подуставший коллега периодически выпадает из реальности, пропуская его истории мимо ушей, выходец из Леса Смерти кажется не замечал.
— Слушай, я уже после нашего визита в школу морских магов понял, что господин Диран человек разносторонний и не сосредотачивается на одном лишь развитии своих предприятий, — наконец не выдержал Птоломей. — И это прекрасно. Но всё же, когда ты прекратишь водить меня кругами и представишь отцу? Как-никак я именно ради этого оторвался от своих тренировок и покинул Семь Башен…
— Скажешь тоже, тренировки… Можно подумать ты не рад был отвлечься, — фыркнул было Грасс, но заметив мелькнувшее на лице коллеги недовольство, вовремя одумался и вернул разговор в нужное Птоломею русло. — Ладно, ладно, я понял. Не злись и не уничтожай меня взглядом. Мы уже на месте.
И махнул рукой в сторону уютного на вид двухэтажного особняка, построенного в характерном для Джуги стиле, где стены из тёмно-красного кирпича сочетались с белыми колоннами и белыми же каменными наличниками вокруг окон. Судя по виду, дому было как минимум лет двадцать, не совсем новодел, а значит и к площадке под будущий город амбициозный магнат Диран начал присматриваться
