полнейшая тишина.
Голос Тави звучал так уверенно и спокойно, что он сам не мог в это поверить.
– Но мое настоящее имя, – продолжал он, повысив голос так, что тот поднялся над стенами и руинами, – Гай Октавиан, сын Гая Септимуса, сына Гая Секстуса, Первого консула Алеры.
И когда эти слова прозвучали в вечернем воздухе, небо озарилось алым светом.
Тави не очень понимал, что произошло, но свет находился прямо у него за спиной, на юге, и озарял всю южную часть неба, словно он вызвал солнце из его ночного путешествия в темноту, чтобы оно возвестило о его присутствии. Стали видны руины и измученные, потрясенные лица легионеров, покрытые грязью и кровью. Тень Тави накрыла Валиара Маркуса, Красса и сопровождавших их рыцарей.
И тут к ним приблизилась вторая, более крупная группа людей, состоявшая из нескольких легионеров в доспехах сенаторской гвардии, командира Налуса и его старших офицеров, а также сенатора Гантуса Арноса, его телохранителей и прихлебателей.
Красс, который искал истину при помощи водяной магии, страшно побледнел, и его пальцы с силой сжали ладонь Тави. Через мгновение молодой трибун опустился на одно колено, а за ним его рыцари, Первое копье, потом и весь Первый алеранский легион последовали его примеру. Подобно реву прибоя, вдоль стен пронесся гром доспехов.
Сенатор застыл, широко разинув рот. Подол его мантии выпал из онемевших пальцев и окунулся в залитую кровью грязь.
– Я принцепс Гай Октавиан, – продолжал Тави громким ледяным голосом. – И я пришел сюда, чтобы призвать к ответу предательскую змею за ее подлые деяния.
Когда Тави произнес эти слова, из глубин земли послышался рокот, и она задрожала у него под ногами. Сердце Тави подпрыгнуло, и он едва не поддался страху перед зашатавшимися стенами. Ему ужасно захотелось поискать спасения под уцелевшей аркой.
Но он знал, что, если он так поступит, это произведет плохое впечатление на легионеров. Тави решил следовать за событиями. Он не понимал, что происходит, но проклятые вóроны, это только усиливало его позицию!
Он указал пальцем на ошеломленного сенатора:
– Гантус Арнос! За тайный сговор с врагами Короны, который привел к гибели сотен легионеров, за нападение на законную Первую госпожу Алеры и ее похищение твоими подручными по твоему прямому приказу, за убийство свободных алеранцев, жителей доменов и их семей, я называю тебя предателем твоего повелителя, предателем Короны и твоего народа!
Губы Арноса задергались, изо рта вырывались невнятные звуки.
– Я призываю тебя к ответу, предатель! – грохотал голос Тави, и ближайшая к нему стена зашаталась и рухнула. – Я вызываю тебя на журис макто, и пусть во́роны пируют над телом предателя!
Глава 52
– Если ты убьешь меня сейчас, – спокойно сказал Арарис, обращаясь к Наварис, – никто об этом не узнает.
Мертвые глаза стройной, как клинок, женщины остановились на нем, а в следующее мгновение она пожала плечами:
– Я это переживу.
Исана почувствовала, что убийца приняла решение, и в тот же миг Наварис окутала волна жуткой, безумной радости. Она подняла меч.
– Нет! – закричала Исана, отчаянно пытаясь разорвать веревки.
Неожиданно земля содрогнулась.
Наварис покачнулась и протянула руку, чтобы ухватиться за центральный шест палатки. Однако палатка начала оседать набок, входной клапан распахнулся, и все увидели жуткий мерцающий свет. Земля продолжала дрожать, и Исана почувствовала, как камни падают на камни. Где-то далеко громкий мужской голос произносил зажигательную речь.
Наварис злобно огляделась по сторонам и осторожно направилась, стараясь сохранять равновесие, к выходу из палатки.
Исана почувствовала недоумение Арариса, под стать удивлению на ее собственном лице, и в этот момент раздался пронзительный птичий свист.
Исана узнала боевой клич маратов, а в следующее мгновение ткань палатки была разорвана, и Исана успела заметить пару длинноногих рысаков маратов, которые утащили с собой обрывки палатки.
Небо озарял красный свет, не имевший ничего общего с обычным закатом, но Исана почти сразу поняла, в чем дело, – жутковатое зарево находилось на юге, а не на западе.
Из тени разрушенного здания появилась Китаи. Девушка-марат не успела переодеться, в руках она держала тяжелый лук, на тетиве которого лежала стрела с наконечником из острого гладкого черного камня.
Наварис также ее заметила, сделала быстрый шаг к Исане и приставила к ее шее лезвие своего меча.
– Китаи, – выдохнула Исана.
– Добрый вечер, – вежливо сказала Китаи, посмотрела на южное небо и повернулась к Наварис. – И что это такое?
Наварис лишь бросила на Китаи подозрительный взгляд.
– Ты не знаешь. Впрочем, я тоже, – продолжала Китаи, покачала головой и повернула лук. – Отойди от них, Фригиар Наварис, или ты умрешь.
Наварис презрительно усмехнулась.
– Да, – признала Китаи. – Возможно, ты сумеешь остановить мою стрелу. А как насчет двадцати стрел?
Она пронзительно свистнула, и из теней выступили воины-мараты в кожаных латах. Каждый из них держал в руках лук со стрелами с каменными наконечниками.
– Стрелы с наконечниками из камня, Наварис, – спокойно продолжала Китаи без тени злобы в голосе. – Они тебя окружают, но ты не в состоянии увидеть их все. В них нет металла, который ты способна почувствовать.
Лицо Наварис стало неподвижным, и она принялась оглядываться по сторонам, оценивая ситуацию.
– Уходи, – повторила Китаи.
Двадцать воинов-маратов одновременно натянули тетиву луков. Гибкое дерево тихонько запело, так постанывает старый амбар при сильном ветре.
Наварис даже не вздрогнула.
– Если ты выстрелишь, я успею ее убить.
– Да, – терпеливо сказала Китаи. – Именно по этой причине я в тебя не стреляю. Пока. Уходи.
– Если я от нее отойду, что помешает тебе меня убить?
– Твоя смерть мне не принадлежит, – сказала Китаи. – Мы кинули монетку, я проиграла.
Наварис приподняла брови.
– Уходи, – повторила Китаи и заговорила громче, обращаясь к своим соплеменникам: – Ни я, ни мои друзья не причиним тебе вреда, если ты сейчас уйдешь.
Наварис на секунду задумалась. Одно ее веко несколько раз дернулось, и у Исаны закружилась голова из-за силы эмоций, хлынувших на нее от убийцы. Наварис одновременно испытывала ужас, презрение, радость, голод, страсть и жуткое удовлетворение. И еще Исана уловила волю, пытавшуюся взять все эти чувства под контроль.
Барьер колебался, как земля у них под ногами, но так и не рухнул. Воля победила, эмоции исчезли в пустоте, которая и являлась сущностью Фригиар Наварис. Она опустила клинок, коротко кивнула и быстрыми шагами покинула круг лучников-маратов – как раз в тот момент, когда красный свет на небе начал тускнеть.
Китаи тут же оказалась рядом с Исаной и опустилась рядом с ней на колени, одновременно продолжая наблюдать за удаляющейся фигурой Наварис. Как только она исчезла, Китаи вытащила нож.
– Безумная сука, – пробормотала она.
Она разрезала веревки Исаны и Арариса и встала.
– Торопитесь, – сказала Китаи. – Времени нет.
Арарис умудрился подняться на ноги, но Исане это не удалось. Ноги и спину свела судорога, она ужасно смутилась, но не смогла даже пошевелиться.
– Помогите ей, – бросила Китаи, и Исана почувствовала, как пара сильных всадников поднимают ее на ноги.
Китаи нетерпеливо фыркнула и
