озер. Еще раз увидеть златовласого ангела. Кто знает, будет ли у него еще такая возможность…
…Воздух, пропитанный запахами морской воды, песка, водорослей. Чистое, сильное небо. Такое невозможно голубое. Лучи дневного светила лениво прятались за склоны гор. Смех, визги детей, неспешные разговоры, расслабленные движения. Море по-прежнему, словно игривый щенок ластится у ног. Нет ни сил, ни желания прерывать эту пусть даже несколько затянувшуюся негу.
Слегка удивляет отсутствие чаек над водой.
Земля подпрыгнула и больно ударила в спину. Гигантский оползень, поднимая тучи пыли и камней на своем пути, начал бег по склону горы, обрушившись в воды залива. Море вздыбилось. Грозно восстало, поднялось, напитываясь силой. Огромная волна, разгоняясь, неслась, набирая скорость, сметая все, что попадалось ей на пути: лесные покровы высоких скал, дома, постройки, судна.
Там, где только что нежный послушный зверек ласково лизал ступни, поднялась разгневанная стихия. Закрыла небо, лишая возможности любоваться бескрайней синевой. Замерла, давая на короткий миг осознать всю ничтожность застывших перед ней и со всей своей величественной, бесспорной, губительной мощью обрушилась на сушу…
— Кладис! — Дим быстрыми шагами зашел в казарму, где отдыхали «летуны», ожидая начала очередной атаки. — Возьмите еще одного воина, на ярхов и за мной. Быстро! Сейчас же!
Объяснять времени не было. Да и что он мог объяснить? Его колотило. Так ощутимо, что приходилось стискивать челюсти, чтобы клацанье зубов не было слышно окружающим.
Он все время видел перед собой ту девушку, застывшую в толще льда и стену воды, обрушивающуюся на беззащитных людей, которым негде было искать спасения.
— Поднимаемся как можно выше, — Дим сидел на Хоруне на одной из еще уцелевших башен крепости, — чтобы нас не достали. Нам надо добраться до скал, а потом в Мерзлые Земли.
Не слушая, что ему ответят, он натянул поводья и взмыл вверх. Их заметили снизу. В лагере противника началось волнение, пришли в движение большие стационарные камнеметы. Однако следуя приказу командира, все устремились в небо, туда, где они были недоступны любым видам оружия. До скалы добрались быстро, нашли ровную площадку, на которую могли встать ярхи, приземлились.
Димостэнис остался в воздухе.
— Я вниз, — он махнул рукой в сторону заснеженной долины. — Вы остаетесь здесь и наблюдаете. Как только увидите изменения, летите назад в крепость, предупредите остальных. Они должны быть готовы.
— К чему? — Кладис расширенными от изумления глазами смотрел на командующего.
— Я не сказал задавать вопросы! — вызверился Дим. Нервы не выдержали. Здесь в этом месте стало еще труднее. Невероятная тяжесть придавливала к земле. Рев, накатывающей волны словно прорезался сквозь гущу снега. — Вы должны исполнять приказы, воины!
Он зло дернул поводья и ярх начал спускаться вниз.
Дим не представлял, что он должен сделать. В новом сне-видении он видел спасение для своих людей. Его он и искал. Димостэнис упал на колени в снег, быстро разгребая его руками, пытаясь найти подтверждение своей догадке.
Наконец пальцы наткнулись на что-то твердое. Он стал работать руками еще быстрее, пока не расчистил от снега площадку довольно приличных размеров. Поднялся на ноги, переступил насыпи сугробов, которые сам только что накидал и очутился в царстве прозрачного, чуть голубоватого льда. Сбросил перчатки, снял куртку. Временами ему казалось, что он еще не проснулся. Все те же тягучие движения, непонимание того, что происходит и что он делает. Зачем он это делает. Словно кто-то или что-то тянуло его, заставляло совершать эти поступки. А у него никак не находилось сил, чтобы сбросить с себя узы этого вязкого плена.
… водяное покрывало удерживало своих пленников более тридцати мен. И когда откатилось, не осталось ничего и никого, кто еще мог бы отстоять свои права на жизнь. Земля покрылась огромными трещинами, грохочущие волны грозно бились о подножия гор, наскакивая, обрезаясь об острые камни, отступая назад, отвоевывая территорию, отстаивая свое превосходство.
Это была всего лишь первая волна. Начало. Мир приступил к своему обновлению. Здесь не было места ничего старому. Планета сдвинулась со своего обычного маршрута.
Опоры неба рушились. Земля была потрясена до самого своего основания. Сдвигались полюса и раскалывались материки. Солнце и звезды переместились.
Над планетой взошло новое светило…
Димостэнис чувствовал холод. Он слегка пошевелил замерзшими пальцами рук и несколько раз с силой сжал их, разгоняя кровь. Открыл глаза и огляделся вокруг. Он лежал на кровати в комнате, похожей на одно из жилых помещений Эшдара. В камине горел огонь. Дим досадливо поморщился — он не почувствовал стихию. Встал, скидывая с себя несколько тяжелых одеял. Холод сильнее сжал свои объятия. Димостэнис поежился, пытаясь выставить хоть какое-то энергетическое поле вокруг себя — согреться.
В холостую.
Оставил попытки на потом. Дошел до окна. Пред ним лежала бесконечная снежная гладь. Эту картину все последние дни он наблюдал, находясь на башне надвратных ворот. Самих ворот не было. Впрочем, как и стены. Лишь камни, разбросанные по всему периметру двора и следы от костров.
Димостэнис в бессилии прижался к холодному стеклу. Все что было — всего лишь сон. Он ничего не смог сделать. Эшдар разрушен.
— Сэй, вы пришли в себя! — радостный голос Смайлса за спиной.
Дим отвернулся от окна. Адъютант, который бодро шел к нему от дверей комнаты, столкнувшись с ним взглядом, вздрогнул, резко остановился. Опомнился, взял себя в руки, подошел еще на несколько шагов. Почтительно склонил голову.
— Это будет лучшая новость для всех, с тех пор как мятежники были уничтожены.
Он еще раз поклонился. Замер, не поднимая глаз.
— А крепость? — Дим пока не стал заострять внимание на странном поведении офицера. — Почему она разрушена?
— Из-за воды, которая пришла со стороны Льдистого Моря.
Димостэнис прикусил губу.
— Смайлс, вы не могли бы оказать мне услугу и рассказать, что произошло, — язвительно поинтересовался он, — я, как вы соизволили заметить, отсутствовал некоторое время.
— Сегодня уже четырнадцатый день, сэй! — отрапортовал адъютант.
Дим проглотил заготовленные слова и ошарашено уставился на помощника.
— Рассказывайте.
— Вы все втроем вернулись через несколько сэтов. Мерас был ранен и еле держался на своем ярхе. На вашем ярхе Кладис, держа вас, — Смайлс прервался, — ваш летун был сильно ранен. У него из крыла и брюха торчали здоровенные болты.
— Что с ним? — онемевшими губами тихо спросил Димостэнис.
— Когда мы сняли вас с его спины, он улетел. Больше его не видели.
Дим отвернулся к окну, скрывая свою боль.
— Кладис сказал, чтобы мы начали укреплять крепость. Мы стали бросать к стенам все что было — мешки с песком, тяжелое оружие, все что находили. Не совсем понимая, что мы делаем и
