– Что за… – пораженно прохрипел Грюм, прилагая бешеные усилия, чтобы высвободиться из невидимой хватки.
Ему никто не ответил – Кира, по-прежнему прикрываясь щитом, отходила в сторону от застывшей молнии, а я наводил на агрессора руку со свитком, прикидывая, как бы накрыть гада с гарантией и при этом не прибить собственную напарницу. Не до разговоров и размышлений нам было. Прибьем урода, а потом уже разбираться будем…
Грянувший с серых пасмурных небес голос был просто оглушителен. Голос женщины, шипящей словно разъяренная кошка, уже готовящейся вцепиться тебе когтями в лицо:
– Мужчина, поднявший руку на женщину… достоин лишь смерти! – грозное шипение сорвалось на дикий визг. – Мучительной смерти! Смерти!
Зависшая в воздухе молния резко налилась светом, извернулась и круто ушла в тянущиеся у нас над головами тучи. Раздался громовой удар, небеса зигзагом перечеркнула грозовая ветвистая молния, с сухим шорохом пронёсшаяся в воздухе и врезавшаяся в шлем неистово дергающегося Грюма Молота. Последовавшая за этим вспышка на мгновение ослепила меня, а когда зрение вернулось, я увидел медленно оседающий на землю сгусток серебряного тумана и витающие в воздухе серые облачка пепла.
– Мать твою! Елки-палки! – просипел я, повернувшись к остолбеневшей Кире. – А дойди у нас с тобой та недавняя ссора до боя? И я, скажем, посохом долбанул бы тебя… ну или пнул…
– Слышал же! Женщин обижать нельзя! – нравоучительно произнесла Кира, но в ее голосе слышалось нешуточное потрясение. – В целом логично: мы же в ее душе, в ее самых сильных чувствах.
– Значит, это был голос Мирты? Неприветливый голосок. И нападающих на женщин мужчин она не любит, – заключил я, шагая к поверженному телу Грюма Молота. – Едва не вляпались. Интересно, как эти ребятки здесь оказались… вернее не как, а зачем? Турнир они проиграли… опять пошли на реборн? Скорей всего. Маньяки, блин.
Присев у сгустка тумана, я деловито запустил руки внутрь и принялся «рыться» в имеющихся вещах. А их было немало. На секунду отвлекся и попросил:
– Кира, посмотри, что есть у Мирны.
– Не могу – я же паладин. Хотя… посмотрю…
– Ладно, не лезь. Я сам разберусь.
Здесь Кира не привередничала и не капризничала. Паладинам сам бог не велел обирать тела, то бишь мародерствовать. Одно из многочисленных правил, благодаря чьей сложности класс паладинов был востребован больше в кланах, чем у одиночек. Нет, снять доспех с поверженного собственной рукой врага они могли. Что с боем взято – свято. А вот если наткнуться на набитый дорогим лутом «труп» – обобрать ни-ни! Сразу карма падает… или что там у них вместо нее.
Так что я лучше сам. Благо мне заботиться о собственной карме ни к чему. Но сначала опустошим тушку Грюма… как только подтяну свою отпавшую и погрузившуюся глубоко в пепел челюсть на место.
Банки, склянки, бутылочки всевозможных форм и расцветок. Целебная и усиливающая алхимия. Причем великолепная алхимия, рассчитанная на самых высокоуровневых игроков. Четырнадцать свитков… странно, в наличии только боевые. «Ядовитый туман», «горная лавина», «огненный поток», «черный смерч», «кислотный водоворот», «призыв громыхалы», «снежная буря»… запас на все случаи жизни.
Крутая экипировка на семидесятый уровень, жалко, что сплошь из металла и с бонусами на силу. Но сохранившийся шлем очень красив – на аукционе за него хорошие деньги дадут. Открыв свой мешок, я перекидал туда все захапанные вещички, молясь, чтобы у меня хватило сил упереть всю добычу. Хорошо, что свитки практически невесомы, а алхимия весит не так уж много.
И самое главное… ну-ка, что это за штуковина такая?
Стальной жезл Громовержец.
Тип: вооружениеодноручное.
Минимальный уровень: 50.
Описание: В этом невзрачном на вид куске металла заключена разрушительная мощь грозовых небес! Одно ваше небрежное движение и во врага полетит сокрушающая все на своем пути молния!
Класс предмета: Редкий!
Количество зарядов: 36/100.
Создатель: Мастер Зибте Фогель.
– Беда… – выдохнул я, поднимаясь на ноги. – Нехорошо получается…
– У Мирны оружие, немного алхимии и три боевых свитка. Все забрала, – произнесла подошедшая Кира, без особого любопытства взглянув на зажатый у меня в руке жезл. – И что за беда опять приключилась?
– Все-таки залезла в труп? И охота тебе карму портить было…
– Так что за беда?
– Эти ребятки очень основательно подготовились к вылазке. Мы с ними и рядом не валялись. Алхимия высшего класса, свитки, жезлы… кстати, у Мирны был жезл? – Дождавшись отрицательного кивка, я продолжил: – Но сейчас явное несоответствие – осталось четырнадцать свитков и непомерно огромная куча пузырьков. А на жезле всего тридцать шесть зарядов из ста. Понимаешь?
– Они с кем-то повоевали.
– Верно. И Мирна эту войнушку не пережила.
– Может, они схлестнулись друг с другом? Мы… я ведь тоже едва-едва на тебя не напала.
– И потратили на это дело целую пачку свитков и уйму зарядов из жезла? Очень сомневаюсь. Они же не терминаторы, тут одного удачного попадания из свитка высшего ранга по уши хватит.
– Гадать можно до бесконечности, Рос. Двинулись.
– Двинулись? А ты… да плевать! Двинулись.
Дождавшись, пока Кира отойдет шагов на десять, я пристроился ей в кильватер. Мешок на спине, подгузник на чреслах и по одному свитку в каждой руке. Все остальное надежно спрятано в мешке, где добыче не грозит опасность быть уничтоженной абразивным пеплом.
Оставшиеся от павших конкурентов серебристые сгустки остались далеко позади, впереди виднелась снежная белизна. Цель нашего путешествия выглядела словно вылепленный из снега холм с пологими склонами, в чью вершину воткнули уродливую сосульку. Дующий в лица ветер приносил с собой холод.
В моей голове царила полная неразбериха, но я и не пытался увязать все воедино. Плевать. Если сначала было интересно, то сейчас я просто-напросто устал.
У меня свои цели, у Киры – свои. А я лишь нанятый работник, квестовый мальчик для пары. Осталось недолго. Скоро все закончится, и я отправлюсь спать. А завтра… завтра будет новый день.
Мы беспрепятственно преодолели больше половины расстояния, отделяющего нас от конечной точки путешествия. На стелющемся под ногами пепле стали попадаться белые пятна изморози, в воздухе замелькали редкие снежинки. Я даже обрадовался – царящая вокруг серость начала серьезно утомлять.
А затем пепел зашевелился. Нет, он и так не был неподвижен, по нему гуляли мелкие волны, появлялась рябь, вихрились крохотные смерчи, но когда я опустил взгляд в очередной раз, то заметил мелкие пульсирующие точки, похожие на фонтанчики размером с мой мизинец.
Остановившись, я огляделся по сторонам и с нарастающей тревогой констатировал, что непонятные явления окружают нас со всех сторон.
– Кира! Притормози-ка!
– Немного осталось, Рос. Совсем чуть-чуть, – хриплый и усталый голос Киры никак не смог бы стать рекламой для Вальдиры. Скорее, антирекламой о том, как пагубно влияют современные игры на мозги.
– Остановись, – повторил я, опускаясь на колено. – Тут что-то странное происходит. Под ноги себе глянь.
– Не хочу. – На этот раз я уже испугался, бросив быстрый взгляд на сгорбленную фигуру девушки. Вот это да…
Как-то я прозевал момент, когда Кира из гордого паладина превратилась в это сломленное существо с обреченным голосом. Сказывается воздействие локации? Или она просто не пришла в себя после недавних приключений? Черт…
– Тогда просто стой, – велел я, и с тревогой покосившись на послушно застывшую Киру, вновь взглянул на странные пульсирующие точки, которые явно немного подросли, – Ну ка…
Осторожно шевельнув ладонью, я зачерпнул пригоршню пепла и поднес поближе к глазам. Да. На сером фоне отчетливо выделялось нечто вроде фонтанчика, выплевывающего из себя крохотные частички пепла. Секунду… нет, не выплевывающего, а наоборот – втягивающего в себя самые мелкие кусочки пепла, подобно махонькому пылесосу.
