— Как там ловушки? — спросил Омфал.
— На каждом шагу! — солгал некромейстер и, пригласив за собой замешкавшегося Флютрю, нырнул в следующую дверь.
За второй дверью открылось огромное множество залов, где хранились летописи и некрософские сочинения из Приза, Цига, Кадуа, Абалона и других городов стонской и кранглийской земель. Здесь Флютрю без труда отыскал хорошо знакомые труды столпов западной некрософии — Алкана из Приза, раннего Цилиндиана, анонимных мёртвых мудрецов. Гны тоже обратил внимание на трактаты Цилиндиана и пересмотрел их все, но так и не нашёл ничего для себя нового.
В тупиковой маленькой комнатке на сей раз был представлен и малограмотный дальний запад человеческого мирового яруса, самым первым вошедший в состав Запорожья — Шинтон и Дахо с прилегающими местностями.
Третья дверь явила перед некромантами книжные сокровища Глукща, Карамца, Уземфа, Лопволарое, Гуцегу, Саламина и Адовадаи.
Здесь некромейстер впервые обнаружил потайной зал, запечатанный несколькими сильными заклятиями. Одно из этих заклятий Гны доверил снять Флютрю, с остальными разобрался сам. Показалось ли, что именно то заклятие, которое некромейстер посчитал недостойным своего внимания, таило в себе наибольшую опасность? Мёртвая плеть, молниеносно хлестнувшая по Флютрю из неприметной трещинки в стене, промахнулась не иначе как чудом.
В потайном зале некроманты нашли книги и свитки из Эузы. Зал по величине превосходил залы Приза или Цига — и был доверху забит. Флютрю аж присвистнул: он привык верить своему бывшему учителю Гру, а тот уверял, будто варварские народы Эузы вообще не имеют письменности.
— Так говорил не только Гру, — заметил некромейстер, — эта точка зрения бытовала во всех университетах Западного Запорожья. Разумеется, чтобы такое утверждать, литературу Эузы пришлось упрятать подальше и запечатать заклятиями.
* * *
Седьмая по счёту дверь открыла для Гны и Флютрю оглушительно стонущую реальность, искажённую боевой некромантией. Не успели они пройти по коридору до первого угла, как убедились в необычной подвижности его пола, стен и потолка. Коридор словно дышал: он то суживался, то расширялся, а потом куда-то пополз под ногами в такт раздающемуся отовсюду многоголосому стону. В камнях пола появились вздутия, которые лопались с неприятным подвыванием. Левая стена свернулась в трубочку, из полыхнувшего красным огнём отверстия полезли белые черви, разевая в сторону пришельцев фиолетовые воронки ртов.
— Нас отпугивают. Стало быть, мы на верном пути, — истолковал происходящее Гны и дальше пошёл прямо по червям, оставляя слякотные следы.
Потом сделался текучим чернокаменный потолок. Будто чёрная смола капала сверху на месиво из белых червей. Флютрю старательно уворачивался от капель, и не зря. Некромейстер удивлённо хмыкнул:
— Надо же, эта гадость жжётся!
Правая стена пошла глубокими трещинами и осыпалась. За ней во тьме угадывался очередной зал со стеллажами. Флютрю указал на него некромейстеру, но тот с сомнением покачал головой:
— Здесь должна быть ловушка. Пройдём-ка дальше по коридору.
Оставалось безропотно последовать за Гны, который здесь хоть что-то понимал. Флютрю сделал пару шагов, и за его спиной упала здоровенная каменная плита без признаков текучести. Плита наглухо перегородила путь обратно.
— А мы сумеем вернуться? — перекрикивая стон коридора, спросил Флютрю.
— Об этом сейчас думать не время, — отчётливо прошептал некромейстер, — нам ещё надо суметь дойти.
Флютрю заметил, что на всё время звучания шёпота Гны стон в коридоре прекращался. Неужели библиотека настолько уважает некромантов высших уровней посвящения, что стесняется их перебивать? Некромейстер, похоже, и сам обнаружил этот интересный эффект, ибо изобразил на лице улыбку польщённого человека.
Живой коридор среди мёртвого мирового яруса привёл некромантов к тупику. Крепкая чернокаменная стена, холодная на ощупь, не принимала участия в трансформациях коридора и потому выглядела здесь несколько инородно.
— Наконец-то, — сказал Гны, — мы пришли.
— Как пришли? — не понял Флютрю.
— Эта стена не настоящая, — чуть свысока объяснил некромейстер.
Флютрю сказал бы, что в стонущем коридоре всё не настоящее, кроме разве этой стены, но промолчал. А Гны подошёл к преграде вплотную и тихонько свистнул в серебряный свисток. В ответ раздался клёкот и биение тысячи каменных крыльев. Стена разлетелась на множество подвижных фигурок.
— Летучие мыши? — опешил Флютрю.
— Да, что-то наподобие. Вроде горгулий или нашего каменного дракона, только куда поменьше.
За стеной, озарённый неизвестно откуда льющимся багряным светом, обозначился новый зал книгохранилища — столь же изменчивый в объёмах и очертаниях, как и ведущий к нему коридор. И стеллажи с книгами в нём закрывали не одни только стены, но также пол и потолок.
— Заходим! — некромейстер уверенным шагом пошёл прямо по стеллажам, вглядываясь в чернокаменные переплёты под ногами.
Флютрю потоптался у входа, но всё же решился последовать за Гны. Названия на переплётах были даны на тайном языке некромантов, хорошо известном Флютрю: «Ритуалы вызова», «Боевая сила Смерти», «Управление мёртвым шаром».
— Каменные книги не читаем! — предупредил Гны. — Как бы самим тут не окаменеть.
Флютрю поспешно отдёрнул руку от «Руководства по приращению силы некроманта», которое вознамерился было вытащить из-под ног. А некромейстер уже переходил к следующему залу.
Вот любопытно: в следующем зале стеллажей не было вообще, а книги висели просто в воздухе.
— Что это они не падают? — чему-то удивился Флютрю, хотя мог бы давно привыкнуть.
— Книги наделены той же способностью к полёту, что и горгулии с каменными драконами. Собственно, о полёте они и рассказывают, — присмотрелся Гны к названиям на каменных переплётах. — Но превращаться в летучие скульптуры мы тоже не будем. Не трогайте их, Флютрю.
Третий зал по выходе из живого коридора содержал обычные книги по картографии нижнего и среднего мировых ярусов. И зачем их так далеко спрятали? Нижнего-то ладно, но среднего?..
— А вы вспомните хоть одну точную карту нашего мирового яруса, — Гны указал в потолок.
— Точную? — задумался Флютрю. — Нет, не встречалось. В каждой карте такие искажения, что в дороге лучше ими не пользоваться. Надеешься за день добраться, а тратишь неделю…
— Это не в картах искажения, а в самом мире! — вздохнул некромейстер.
— Мир меняется и перестаёт совпадать с картами?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
