Читаем без скачивания О завтрашнем дне не беспокойтесь - Николай Симонов

Московский гость, страшно волнуясь, сообщил им о том, что ему позарез нужно выяснить некоторые подробности и обстоятельства своей прежней жизни, которую он, по его словам, начал вспоминать с раннего детства. Он, якобы, являлся белым офицером, подполковником, служившим в армии Колчака, и ему будто бы был вверен обоз с частью золотого запаса Российской империи. Во время поспешного отступления белой армии из Читы он, будто бы, приказал сбросить ящики с мерными золотыми слитками в какую-то выработанную шахту, а вход в нее замуровать. Это место им было помечено на карте, которую он спрятал в стельке сапога, но вскоре был убит в бою с красными партизанами, и карта пропала вместе с ним. Сергей Сергеевич и Аркадий Моисеевич призадумались. После того, что они сами пережили во время своих путешествий в прошлые жизни, не верить Павлову они не могли. Их смущал предмет интереса потенциального гипнотика — Aurum (золото). С этим металлом, как известно, шутки плохи: Желтый Дьявол завораживает и ведет к краю пропасти, в которую свалился уже не один человек. С другой стороны, они не были уверены, что в результате прослушивания сохраненной Аркадием Моисеевичем магнитофонной ленты Павлова не занесет куда-нибудь во времена Ивана Грозного или вообще в другую звездную систему или галактику.

— Я не против того, чтобы вам это устроить. Но… — сказал Аркадий Моисеевич и посмотрел на коллегу Мерцалова.

— Вы должны дать клятву, что никому не расскажите о том, как мы помогли вам заглянуть в одну или некоторые из ваших прошлых жизней — потребовал Сергей Сергеевич.

— Клянусь! — не моргнув глазом, обещал Павлов, хотя историю с золотом придумал не он, а старший лейтенант госбезопасности Светлана Викторовна Оленина, как один из возможных поводов «расколоть» профессора Мерцалова и его коллегу Фишмана на предмет методики прогрессивного гипноза, которую они использовали в своих «психологических опытах». И Павлова, конечно же, предупредили о том, что за ним будет вестись видеонаблюдение, и, как только он подвергнется «психотропному воздействию», ему, буквально в течение пяти минут, будет оказана срочная медицинская помощь. Сохранившаяся магнитофонная лента находилась в домашнем кабинете доцента Фишмана в нижнем ящике письменного стола. Поверх звуков, издаваемых Y-хромосомой человеческой половой клетки, на ней были записаны музыкальные этюды из балета С.П.Прокофьева «Ромео и Джульетта». На Аркадия Моисеевича, который успел поэкспериментировать с разными записями, эта магнитофонная лента действовала наиболее благотворно. Он обычно слушал ее перед тем, как заснуть, и после этого видел прекрасные сны: Лазурный берег Средиземного моря, солидные гонорары и внушительные банковские счета, роскошную виллу, яхту, стройную красавицу-жену, кучу детей и богатых американских родственников. Аркадий Моисеевич включил стереомагнитофон «Юпитер», поставил на воспроизведение вышеупомянутую магнитофонную ленту и попросил Павлова расслабиться. Затем он нажал клавишу «play» и сообщил московскому гостю, что они оставят его одного, а минут через 15–20 вернутся, чтобы обсудить проблему регрессивного гипноза, с точки зрения волновой функции генома. Столичный гость пожаловался на то, что ему душновато, и Аркадий Моисеевич открыл окно, выходящее во двор. Свежий прохладный воздух, напоенный ароматом весны, ворвался в комнату. Опасаясь, что Павлов простудится, Аркадий Моисеевич предложил ему клетчатый шерстяной плед, но тот отказался, сославшись на «внутренний подогрев». Вернувшись в гостиную, профессор Мерцалов спросил коллегу Фишмана, не заметил ли он, что у тов. Павлова как-то уж очень подозрительно блестят глаза. Аркадий Моисеевич в ответ только рассмеялся и сказал, что после хорошей дозы пятизвездочного армянского коньяка, не только глаза должны заблестеть, но и нимб золотой над головой образоваться. К сожалению, Сергей Сергеевич оказался прав. Павлов, действительно, находится под воздействием наркотического препарата, разработанного в фармакологическом научно-исследовательском институте одной из братских социалистических стран. Этот препарат (действует одуряющим образом, как, например, опий и белладонна) в виде долго растворяющейся капсулы ему предложил принять старший лейтенант госбезопасности Мурадов, когда привез его на замаскированном под такси, специально оборудованном автомобиле «Волга», в Академгородок. При этом он ввел Павлова в заблуждение, убедив в том, что, якобы, это — наиновейшее спецсредство для нейтрализации вредных токсинов. Таким образом, всё было сделано для того, чтобы профессор Мерцалов и доцент Фишман, гарантированно, «попались с поличным».

Когда Мелисса узнала от дяди Аркадия о том, что ее жених застрял не в туалете, а в его домашнем кабинете, немедленно отправилась его проведать, надеясь остаться с ним наедине. С момента включения магнитофонной записи прошло уже 15 минут, поэтому Аркадий Моисеевич удерживать ее не стал. Через пару минут Мелисса вернулась в гостиную совершенно расстроенная, потому что Павлов, по ее словам, в указанном месте отсутствовал. Сергей Сергеевич даже посмеялся, предположив, что Павлов сбежал от Мелиссы, как нерешительный жених Подколесин в пьесе Н.В. Гоголя «Женитьба». Столичного гостя стали искать по всей квартире, даже заглядывали на антресоли, но не нашли. К тому же в прихожей остались его полуботинки. Неужели он ушел в одних тапочках? И тут в квартиру позвонили. Аркадий Моисеевич открыл дверь и замер: перед ним стояли двое мужчин в одинаковых плащах и фетровых шляпах, которые предъявили ему соответствующие удостоверения и ордер на обыск. От такого неожиданного поворота событий у Аркадия Моисеевича случился сердечный приступ и вскоре его отвезли в карете «скорой помощи» в 1-ю городскую больницу с подозрением на инфаркт. Профессора Мерцалова доставили на автомобиле «Волга» с тонированными стеклами на какой-то секретный объект, находившийся, как он заметил, неподалеку от областного телецентра. После томительного ожидания, где-то в половине одиннадцатого вечера, его провели в маленький кинозал, где его встретила старший лейтенант госбезопасности Светлана Викторовна Оленина.

— Объясните, что это такое?! — потребовала она от доктора физико-математических наук Мерцалова и продемонстрировала ему записанный на видеомагнитофон эпизод таинственного исчезновения секретного сотрудника по кличке «Геолог» из пространства домашнего кабинета Аркадия Моисеевича.

— Фантастика!!! — изумился Сергей Сергеевич, наблюдая за тем, как тело заснувшего в кресле Павлова стало туманным, потом прозрачным и, наконец, совсем исчезло. Он попросил открутить магнитофонную ленту еще на 10 метров назад.