ты читаешь? – поинтересовался Сергей.
– Я нашла книгу про природу Заполярья, она на русском. Читаю с трудом, а понимаю ещё хуже.
– Ну, мы таких книг закупили триста штук в рейс, чтобы вы, журналисты интересовались окружающей нас природой.
– Ха-ха, ты говоришь это человеку, который занимается этим профессионально.
– Я думал, что профессионально журналисты занимаются только сенсациями.
– Спасибо. Если бы сейчас всё осталось как прежде, я бы сделала про тебя разгромный материал: «Капитан российского ледокола ненавидит журналистов и считает их тупыми, а ещё он сластолюбец и развратник».
– Надо же, а я мог бы сказать то же самое про тебя. Скандинавская журналистка оказалась домогательницей, обольстила капитана ледокола, чтобы собрать провокационный материал.
– Один-один, – Маарика коснулась губами бороды капитана. – Это барьер между нами.
– Если хочешь – сбрею.
– Не надо. Так ты ещё брутальнее.
– Спасибо.
– Кстати, я тут нашла одну заметку, не могу её понять, думаю, что ошибаюсь. Вот, я пометила карандашом, – Маарика открыла на закладке нужную страницу и указала на подчёркнутый уголком абзац. Сергей напряг глаза – от голода зрение совсем испортилось – и прочитал его вслух:
– Исландский мох и ягель в голодные годы издревле использовались как запасной продукт питания. Из него варили кисель, добавляли в муку и готовые блюда. Бактерицидные свойства мхов позволяли использовать их от разных болезней пищеварительной системы, – Сергей посмотрел на Маарику. – Это про мох, растения такие, которыми питаются олени.
– И люди, – многозначительно добавила Маарика. – Хочу мох. Хочу кисель из него.
– А где мы его… – Сергей замер, подскочил и направился к выходу. – Я сейчас.
Он выбрался на палубу. Перепечка, облокотившись на борт, смотрел в сторону берега.
– Лев! – окликнул его капитан.
Перепечка вздрогнул.
– Что? – выглядел он, будто испугался спросонья.
– Дай рацию, – капитан выхватил рацию из рук помощника. – На мостике, это капитан. Лево руля, малый ход.
– Еда? – спросил голос из рации с надеждой.
– Да, мы пойдём добывать мох.
– Мох?
– Мох. Вы не знали, что в старину его уплетали за обе щеки?
– Хорошо, лево руля, малый ход.
Ледокол направил свой нос в сторону берега. Капитан смотрел на воду, разглядывая возможные подводные камни. Осадка ледокола была небольшой, на нём можно было без страха подходить близко к берегу, лишь бы не нарваться на острые камни. Метров за пятьдесят Сергей скомандовал остановку. Судно прошло по инерции расстояние ещё в полкорпуса и остановилось.
Буквально через десять минут к спуску была готова команда из добытчиков мха.
– А какой мох собирать надо? – спросил кто-то.
Капитан показал иллюстрации из книги.
– А, а я думал надо лишайник с камней соскребать.
– Лишайники с камней это только для себя, для остальных мох ягель, который едят олени.
– А он точно…
– Точно. Информация проверена на предках. Если бы они ошибались, нас бы не было, – успокоил капитан людей.
Васнецов сам решил сплавать за мхом. Ему хотелось скорее накормить супругу. Её измождённый вид подкашивал его психическое здоровье быстрее голода. Они спустились по верёвке с узлами, закрученными через метр. Капитан нырнул в воду, игнорируя её низкую температуру, и поплыл к берегу. Команда зашумела брызгами следом за ним. Скоро ноги стали доставать до дна. Капитан бросил плыть. От физической нагрузки перед глазами забегали радужные круги и зашумело в ушах. В раскачку, преодолевая сопротивление воды, Сергей направился к берегу.
Выбравшись на сушу, он помахал людям, наблюдавшим за ним с борта ледокола. Снял с себя штаны, выжал их и надел снова. Вынул из кармана пластиковый пакет и направился к зелёной поляне, игнорируя зябкую тряску охладившегося в воде тела.
Удача ждала его метрах в ста от берега. Ближе к воде росли растения, по-видимому попавшие сюда семенами во время урагана. А там, где росла эндемичная растительность, мхи повстречались сразу.
– Сюда! Они здесь! – позвал капитан команду, ползающую по камням у воды. – Там, где вы смотрите, была вода, мох там не рос.
За скалистыми выступами урожай мха был особенно хорошим. Растений было много, и выглядели они здоровыми. Там, где их потрепало ветром, мхи отходили с трудом. Команда, преисполненная важности от проделываемой работы, собирала «урожай» молча и сосредоточенно.
– Да, меня жена часто оленем называла, – признался кто-то из техников, бросая в пакет пучок ягеля. – Теперь и крыть нечем.
За два часа команда «тихих охотников» удалилась от ледокола больше чем на полкилометра, подобравшись к большой луже, источавшей несвежий запах. У воды роилась мошкара, облепившая полуголых людей сразу же, как поняла, что они представляют гастрономический интерес. Тихую охоту на мох пора было сворачивать.
Команда добытчиков мха вернулась на борт спустя шесть часов. Каждый набрал по два и даже по три пакета мха. Весил он мало, пах непривычно и сомнения в его пищевой пригодности были велики. На камбузе заранее нагрели воды, чтобы по возвращении сразу же сделать пробное блюдо.
Его долго отваривали в небольшой кастрюле. Главный кок регулярно пробовал отвар и морщился.
– Горчит. Мерзость какая-то, – приговаривал он.
Ему предложили добавить соды. Она убрала горечь. После нескольких часов варки отвар оставили остывать. К огромному удивлению он быстро загустел и превратился в кисель, безвкусный, но по виду питательный. Все понимали, что это не так, калориям взяться было неоткуда, но субстанция создавала иллюзию холодца. К тому же ослабшим от голода людям резко переходить на калорийные блюда было опасно.
Прошло ещё несколько часов томительного ожидания. Команда ледокола нервно ходила по каютам, принюхиваясь к запахам, доносящимся из коридоров. И вот раздался в динамиках голос:
– Свободная смена может пройти в столовую.
Коридоры, как по команде, наполнились топотом.
– Я принесу сюда, – пообещал капитан Маарике, не желая утруждать её долгим стоянием в очередях.
В столовой пахло непривычно, почти несъедобно. Первые счастливчики занимали место за столами, подозрительно принюхиваясь к непривычному блюду.
– Мы уже пробовали, все живые, – сообщил мужчина на раздаче.
– Сколько времени прошло?
– Два часа точно.
– Тогда ладно.
Застучали ложки. Кажется, у тех, кто попробовал варёный мох, претензий к нему больше не было. Они ели с удовольствием, облизывая ложки и вылизывая тарелки. Васнецов, глядя на это, мысленно поблагодарил Бога за идею, пришедшую в белокурую голову его Маарики.
Тухватян отобедал в числе первых. Проходя мимо капитана, стоящего в очереди, он произнёс:
– Дрянь какая-то, но такая вкусная.
– Наелся? – спросил его капитан.
– Ещё не понял. Пойду, полежу, чтобы жирок завязался.
Капитан усмехнулся. Кажется, народ немного воспрял духом, раз начал шутить. Очередь дошла до него. Как раз сменили кастрюлю с новым моховым бульоном. Капитан поставил перед раздающим термос.
– С собой, две порции.
Мутная киселеобразная жидкость плюхнулась на
