— Я… — начала было Лиандра, но тут ворота заскрипели.
— Полагаю, это решает дело, — мрачно сказал Янош и поспешил к колонне справа. Варош укрылся за окровавленным алтарем, а Лиандра быстро оттащила брата Герлона в сторону. Зокора и невидимка скрылись в тени.
Тяжелые створки ворот со скрипом распахнулись, явив военачальника в белых кожаных доспехах, двух темных священников по бокам от него и десять черных легионеров позади них.
Военачальник поднял бледный клинок, который держал в руках, и медленно подошел ближе.
— Я нахожу этот меч очень интригующим, — сказал он светским тоном. — Его возможности не соответствуют тому, что я знал о нем. Знаете ли вы, что он показывает мне, где вы прячетесь?
Никто ему не ответил, и он рассмеялся.
Что вы хотите сделать? Храм окружен пятьюдесятью людьми. Не знаю, как вам удалось зайти так далеко, но на этом ваше путешествие заканчивается.
Варош пробормотал молитву Борону и выпустил болт. Он хорошо прицелился, но болт не долетел до военачальника, а застрял в воздухе на расстоянии ширины ладони от левого глаза некроманта.
Пока Варош тихо ругался, военачальник посмотрел на болт, выхватил его из воздуха и тут же небрежно бросил.
— Я устал от этой игры, — сказал он со скукой. — Схватите их. Живыми мне нужны только королева и священник.
Один из темных священников в проеме поднял руки, и из них повалил темный дым; другой теперь держал в руке небольшой молитвенный барабан и неистово поворачивал его.
В то же время черные солдаты бросились вперед.
Один не успел далеко продвинуться — болт угодил ему в глаз, что заставило Вароша мрачно улыбнуться, перезаряжая арбалет. Его улыбка застыла, когда упавший солдат, порывисто двигаясь, попытался подняться на ноги. За алтарем тоже что-то зашевелилось: это был мертвый священник, слепо обшаривая руками вокруг себя.
— Кощунство! — возмущенно закричал Герлон и, прежде чем Лиандра успела схватить его, выскочил из укрытия, схватил помятую масляную лампу, которая все еще лежала там, и со всей силы швырнул ее в сторону входа.
Она, не нанеся никакого вреда, упала на пол перед военачальником, который улыбнулся, глядя на этот спектакль.
— Варош! — зашипела Зокора. — Это священник с барабаном! — Но и следующий болт стрелка не достиг цели и остался висеть в воздухе. Темный дым от другого священника, словно прокатный стан, повалил в большой храмовый зал, грозя заслонить от них врага. С одной стороны Янош уже вступил в бой. Лиандра подняла Каменное Сердце, и с громким раскатом грома молния устремилась к воротам храма и ударила в небольшой кристалл, который улыбающийся военачальник с издевательской ухмылкой зажал между большим и указательным пальцами.
— Разве это не поразительно? — рассмеялся он. — Вы словно сражаетесь против самих себя, так ведь?
На этот раз молния исходила от него, раскат грома потряс старый храм, и с потолка посыпалась пыль. Молния ударила в алтарь, который взорвался с громким треском, вокруг разлетелись осколки камня, большинство из которых пронзили незащищенную кожу, но свет молнии не смог проникнуть дальше, пролетев мимо брата Герлона, он встретился с клинком Каменного Сердца.
— Ха! — триумфально воскликнул Корвулус. — Вот видите…
Что им предстояло увидеть, осталось неизвестным. В кристалл между его пальцами ударил болт, и в этот момент словно разразился гнев самих богов: ослепительный шар голубой молнии заполнил почти все ворота храма, а раскат грома обрушился на прочные ворота, как удар кулака великана. Могучие створки разбились на десятки кусков и разлетелись во все стороны. Столбы, поддерживающие ворота, раскололись. Остатки ворот, камни, пыль и часть крыши, покрытой камнем, рухнули, похоронив военачальника и священников под обломками. Белая пыль вкатилась в зал храма, подгоняемая мощным порывом ветра, который сотрясался под их ногами.
В храме никто не смог устоять, даже Зокора упала, когда дрожь и грохот под ногами усилились, заставив содрогнуться весь храм.
Лиандра оглушено покачала головой и огляделась. Чаша с маслом, служившая единственным источником света в храме, упала, и горящее масло разлилось по мраморному полу, в котором образовывались все новые и новые трещины. Едкая белая пыль наполнила воздух, лишив ее зрения и дыхания, а в боку она чувствовала холодное жжение.
Она непонимающе посмотрела на солдата, чьи черные кожаные доспехи посерели от пыли. Он лежал на земле рядом с ней, готовый нанести второй удар своим окровавленным мечом.
Не успела она осознать, что делает, как бледный клинок Каменного Сердца опустился, пронзив кожу, кость и камень под ними, и мужчина взглянул на неё, будто хотел пожаловаться, а затем затих.
У ворот раздался хруст, затем тяжелые куски камня отлетели в сторону, словно их запустили из катапульты. Тот, кто поднялся перед ней, пошатываясь, имел мало общего с военачальником, кроме бледного клинка, который он держал в руках, и убийственного взгляда его глаз. Обугленные, обожженные до костей сухожилия, кости, мышцы и бледная кожа вновь соединились перед ее неверящим взглядом, только одно не выросло заново — левая рука мужчины, державшего кристалл.
Из разрушенных ворот на него упал камень, достаточно большой и тяжелый, чтобы разбить повозку, но военачальник лишь пошатнулся в сторону, но тут же восстановил равновесие. Он выпрямился, стянул с себя остатки обугленных кожаных доспехов и посмотрел на нее горящими глазами, а затем пошел к ней. В то же время его кожа стала серой и тусклой, а шаги — тяжелее, заставляя мраморные плиты хрустеть и ломаться под его дымящимися сапогами.
С криком, который едва услышали оглохшие уши Лиандры, Янош выскочил из облака пыли, подняв над головой Ледяную Защитницу для мощного удара, но проклятый отмахнулся от него, как от назойливой мухи, и отбросил почти на двадцать шагов, где тот с силой отскочил от стены зала. Оглушённый, здоровяк вырубился, на его голой груди остался кровавый след, свидетельствующий о том, что он едва избежал удара бледной стали Искоренителя Душ.
Лиандра из последних сил бросилась на Корвулуса, но военачальник даже не потрудился парировать ее удар: бледный клинок с громким звоном отскочил от его кожи и вылетел из ее рук, онемевших и ослабевших от удара.
Лиандра беспомощно наблюдала за тем, как военачальник сделал жест, и невидимые руки схватили её. Рядом с ней Герлон встал на ноги и, кашляя, бросился к военачальнику, но и сам оказался пойман в мерцающую паутину.
— Двое по цене одного, — прогремел Корвулус. Он мрачно огляделся, посмотрел сначала на Яноша, который с трудом пытался встать, потом на темного эльфа и Зокору, лежавших под обломками потолка. — Похоже, это все, — заметил он, повернулся и зашагал прочь. Позади него раздался грохот и гул, стена сломалась, и ледяная вода хлынула в храм, снося колонны и толкая перед собой лавину из камня, пыли, грязи, живых и мертвых тел, чтобы обрушиться на разрушенные ворота. Но позади военачальника волна разделилась, пронося мимо них мертвые тела, и хлынула на террасу храма, даже не задев военачальника и его беспомощных пленников.
Паря в воздухе в горизонтальном положении, Лиандра увидела пламя на месте префектуры и шеренги солдат перед ними, отступающих в сторону перед потоком, который теперь вытекал из ворот храма. Звуки рогов и громкий рев диковинных зверей сотрясали воздух. Когда военачальник вышел на дорогу у края потока, которая теперь заливала ступени храма, она увидела бегущих там солдат, выстраивавшихся в строй. Дрессировщик сидел на спине своего зверя, который тащил за собой тяжелую катапульту, а сержанты заставляли солдат выстраиваться в шеренгу, выкрикивая приказы и нанося сильные удары древками копий.
По сигналу военачальника солдаты бросились и схватили Герлона и королеву, после чего мерцающая паутина отпустила их обоих.
— Что… что здесь происходит? — выдохнула Лиандра, из ее бока ручьем лилась кровь. Она была близка к обмороку, и если бы её крепко не держали, она бы наверняка упала.
