— Боги, — вздохнула Лиандра и остановилась. Качая головой, она посмотрела на них, и искры вокруг неё исчезли, словно их и не было. — Вам обязательно было говорить это сейчас? Как я могу метать молнии, если вы заставляете меня улыбаться?
— Я думаю, Ваше Величество, — усмехнулся Янош, — что с таким пылом, как у Вас, это не должно быть большой проблемой. — Он посмотрел на её изумленное лицо. — Что такое?
— Никто ещё не называл меня вспыльчивой, — тихо промолвила она.
Он только рассмеялся.
— Если бы это было не так, тебя бы здесь не было. — Он указал на коридор Ледяной Защитницей. — Разве мы не собирались убивать врагов?
Тёмный эльф открыл глаза и потянулся, но тут же замер, когда острая сталь поцарапала ему шею.
— Зокора, — изумленно произнёс он. — Что ты делаешь?
Он оттолкнул её несопротивляющуюся руку, выпрямился и моргнул.
— Где мы находимся? — спросил он. — Неужели я так сильно пострадал, что меня пришлось нести в храм? И почему ты плачешь? Обычно ты никогда не плачешь!
— Это неприятное и странное чувство, — ответила Зокора, тяжело сглатывая. — Оно заставляет тебя погрузиться в размышления, когда мир вокруг важнее. — Она наклонилась к нему и уже собиралась поцеловать, когда он отпрянул.
— Варош? — обиженно спросила она.
Однако он вздрогнул не из-за неё, а из-за своих рук, на которые теперь ошеломлённо смотрел.
— Зокора, — тихо вымолвил он. — Что, ради чертогов Сольтара, со мной случилось? Почему мои руки чёрные… и такие маленькие?
— Ты умер, — тихо, но отчетливо ответила она. — Малорбиан украл твою душу, чтобы шантажом заставить меня избегать его. Теперь твоя душа находится в теле одного из моих сородичей.
Тёмный эльф посмотрел на неё округлившимися глазами, затем обеими руками схватил кинжал, который она всё ещё держала.
— Варош, нет! — закричала она, отчаянно удерживая кинжал, который он с неумолимой решимостью пытался вонзить в своё сердце.
— Я не позволю им торговать моей душой, — задыхался он, — и уж тем более не позволю шантажировать тебя ею!
— Остановись! — в ужасе воскликнула она. — Всё не так! Никакой сделки нет, тебя спас кое-кто другой!
Давление на кинжал ослабло, и чёрные глаза, совсем не похожие на глаза Вароша, вопросительно посмотрели на неё. Но лицо, как бы мало оно ни напоминало аколита Борона, имело знакомую мимику. Эта мимика и его реакция на предполагаемую сделку развеяли все её сомнения. Это был Варош, хотя Зокора всё ещё не могла в это поверить.
— Расскажи мне всё, что знаешь, — потребовал он, снова медленно опуская кинжал.
— Варош, — тихо сказала она. — Сейчас неподходящее время. Мы в Лассандааре, в храме мёртвого бога. Лиандра в опасности, и на кону судьба твоей родины, если не больше.
— В Лассандааре? — удивленно переспросил новый Варош, затем покачал головой. — Тогда говори быстрее, — потребовал он. — Я не сделаю ни шагу, пока не узнаю, что это: святотатство против моего бога или чудо! — Он посмотрел на неё полыхающими красным огнём глазами. — Я скажу тебе одно: я не просил об этом! Я поступил так, как считал нужным. Каждый день люди умирают за тех, кого любят, без того, чтобы их душами потом торговоали! Я был бы в безопасности в руках Борона!
— В этом нет сомнений, — улыбнулась она. — У тебя были прекрасные похороны в храме, и тебя назвали образцом веры в Борона.
— Никто из священников в том храме не знал меня, — прорычал он, выпрямляясь. — Тогда рассказывай. Но быстро.
Обычно Зокора была недовольна, когда ей отдавали приказы, но в данном случае она улыбнулась.
— Ласка, сводный брат императрицы… Совы Дезины, — добавила она, заметив его взгляд. — Он появился из ниоткуда и сказал, что украл твою душу с алтаря мёртвого бога и вживил в это тело. Как он сюда попал, что именно делал и какой причиной руководствовался, тебе придётся спросить у него. А про меня ты знаешь, что я не вру. Это чудо, но с объяснениями придётся подождать. Ты нам нужен. Ты нужен мне.
— Ты любишь меня, — с изумлением понял Варош, затем его лицо потемнело. — Из-за этого? — Он поднял руки, не принадлежащие ему, чтобы она могла их видеть. — Из-за того, что я теперь ношу тело эльфа?
— Это тело священника мёртвого бога, — холодно ответила Зокора. — На самом деле, у меня было большое искушение перерезать тебе глотку. — Она покачала головой. — Только этот хрупкий человек с его благоразумием, смелостью и преданностью переубедил меня.
— Я тебе верю, — просто ответил Варош. — Скажи, ты бы согласилась на сделку? — спросил он, пристально глядя на неё.
— Если бы я поверила, а я не поверила, то да, — вздохнула она. — Ты уже не раз слышал от меня, что я считаю любовь слабостью. Вот почему я не хотела любить.
— Зокора? — нежно спросил он.
— Да?
— Если что-то подобное повторится, не заключай сделку, — тихо сказал он. — Особенно если ты меня любишь. Это искажает ход вещей и принижает меня. Странно, — продолжил он, нахмурившись. — Мне кажется, что это не в первый раз. Пока я лежал там, мне снился странный сон: я был заточён во льду, и кто-то торговался за мою душу.
— Боги? — тихо спросила Зокора, вспомнив, что Герлон рассказывал ей о своём видении.
— Нет. Сержант, — ответил Варош. — Я был… Микаилом. Солдатом легиона.
— Призраком из ледяного подвала? — спросил Зокора. — Должно быть, это его воспоминания.
— Возможно, — признал Варош и выпрямился. — Боги, у меня всё тело затекло, — выругался он.
— А ещё я умерю от голода и жажды.
— Что это была за сделка? — спросила Зокора так тихо, что он услышал её только благодаря тому, что был теперь эльфом.
— Сержант обещал нам, что мы не умрём в той дыре. И он потребовал это от богов.
— Он требовал? — ошеломлённо спросила Зокора. — Да этот человек сошёл с ума!
Варош удивлённо рассмеялся, и, хотя голос звучал по-другому, это был всё ещё его голос.
— В этом ты права, — усмехнулся он. — Именно это и делало его тем, кем он был! Он заложил собственную душу, чтобы выполнить своё обещание! Потом я помню только, что Ледяная Защитница начала светиться голубым светом… а потом я проснулся и почувствовал твой клинок на своей шее.
— Зачем богам торговаться за души с солдатом? — недоверчиво спросила Зокора.
— Это был сон, — сказал Варош, с трудом вставая. — Это не обязательно должно что-то значить. Скажи, ты выросла, или я действительно такой маленький?
— Последнее.
Он вздохнул и огляделся.
— Тогда ничего не поделаешь. У тебя есть для меня оружие?
— Снаружи лежат два священника, у одного из них ещё есть кинжал, — отозвалась Зокора, поддерживая его, когда его ноги подкосились.
— Я бы предпочёл свой арбалет, — с тоской заметил он.
— Он будет нашей следующей целью. — Она закрыла глаза. — Соланте, Борон и трусливый бог, — прошептала она. — Неужели видение Герлона в самом деле было правдой?
— Что ты сказала? — переспросил Варош, но она лишь покачала головой.
— Ничего, — быстро ответила она. — Давай вернём твой арбалет. Ты что-нибудь помнишь о нём или знаешь, где может быть наше оружие?
— Нет, — сказал он. — У меня нет воспоминаний… предыдущего владельца. — Он снова посмотрел на свои руки и слегка покачал головой. — Если это был, как ты говоришь, тёмный священник, то, наверное, у меня есть все причины быть за это благодарным.
— Тогда просто следуй за мной, — прошептала она, глядя в коридор. — Я найду твой арбалет.
Поскольку она исследовала коридор, он воспользовался возможностью и приподнял свою священническую рясу, чтобы посмотреть на себя.
Зокора оглянулась.
— Что-то не так? — обеспокоенно спросила она. — Ты только что застонал?
— Ничего, — быстро ответил он. — Коридор свободен?
Она кивнула и поспешила вперед. «Я должен был догадаться», — мрачно подумал Варош, следуя за ней. Даже за чудо нужно платить цену.
Глава 38. Флаг легиона
