между отдельно совершенными случаями», а если брать новое определение ФБР, то получится, что в сороковых число серийных убийц и жертв было больше, чем в восьмидесятых. Определение серийным убийцам всегда давали мы сами под влиянием истории, политики, общества, психологии, криминалистики, торговли, общественного порядка, власти и естественной эволюции – и все эти факторы постоянно меняются и сдвигаются, подобно тектоническим плитам. Иногда они сталкиваются друг с другом в неуловимой исторической синхронности, и тогда, как при землетрясении, на поверхность выходят ударные волны в виде серийных убийств самых разных форм.
Даже если кажется, что новые серийные убийцы появляются реже, число убийств, совершенных преступниками, у которых статус отношений с жертвой «не установлен», а также «убийств, совершенных посторонним лицом» неуклонно продолжает расти. В девяностые, когда уровень убийств достиг максимального, их доля составляла чуть больше пятидесяти процентов. К 2015 году эта цифра увеличилась до пятидесяти восьми процентов. Несколько обескураживает, хотя не следует переоценивать значение характеристики «отношения между жертвой и преступником не установлены», поскольку она указывает лишь на то, что полиция окончательно не определила характер отношений между жертвой и преступником, а не на тот факт, что преступник и жертва совершенно точно не были знакомы [11]. Именно неверное истолкование статистики по «отношениям неустановленного характера» разжигало панику во время «эпидемии» серийных убийц в восьмидесятых и способствовало истеричным заявлениям о тысячах жертв серийных убийств в год [12].
Тем не менее некоторые из убийств из категории «неустановленные отношения» могут быть связаны с серийными убийцами, которые не опознаны по сей день и все еще находятся на свободе. Например, лонг-айлендский серийный убийца (также известный, как «Убийца с Гилго-Бич» или «Потрошитель с „Крейгслиста“[28]»), подозреваемый в тринадцати недавних убийствах; «Собиратель костей», которому приписывают одиннадцать жертв женского пола, найденных в массовом захоронении в Уэст-Месе (Нью-Мексико); «Убийца с Севен-Бридж-роуд» в Северной Каролине, обвиняемый в убийстве одиннадцати чернокожих проституток; «Джефф-Дэвис – 8» в Дженнингсе (округ Джефферсон-Дэвис, Луизиана), подозреваемый в восьми убийствах; «Убийца из Дейтон-Бич» во Флориде, четыре убийства; «Убийца 9 февраля» – убил как минимум двух женщин в Солт-Лейк-Сити в одну и ту же дату в разные годы; наконец, «Истбаундский душитель-футфетишист» из пригорода Атлантик-Сити, который душил своих жертв, а после укладывал их в положении лицом к востоку, сняв обувь и носки, причем существует подозрение, что эти преступления совершил лонг-айлендский серийный убийца. На момент написания этой книги в небольшом городке Ламбертон (штат Северная Каролина) пропала и была найдена мертвыми группа женщин, что может указывать на местного серийного убийцу.
Участок шоссе протяженностью в 720 километров в канадской провинции Британская Колумбия получил название «Шоссе слез» из-за произошедших на нем убийств женщин, которые до сих пор не раскрыты. Полиция официально заявила о девятнадцати жертвах, из которых тринадцать – девочки-подростки и десять – женщины из числа коренного населения, хотя активисты говорят о целых сорока убийствах [13]. Пока раскрыто лишь одно из них: в его совершении обвиняется серийный убийца Коди Лежебоков.
Только в придорожных канавах и на обочинах американских автострад за последние тридцать лет было убито более пятисот человек – ни одно из преступлений не раскрыто и как минимум двадцать пять дальнобойщиков осудили за серийные убийства. В 2009 году ФБР запустило специальную Программу по серийным убийствам на шоссе, нацеленную на серийных убийц, предположительно работающих дальнобойщиками [14]. Большинство дальнобойщиков – трудолюбивые, порядочные люди, но обезличенность и одинокий образ жизни дальнобойщика, а также постоянное передвижение с места на место играют серийным убийцам на руку.
Причины очевидного снижения числа серийных убийц
Исследователь серийных убийств Энцо Яксич, недавно получивший от журнала «Бостон мэгэзин» прозвище «Профайлер 2.0», опубликовал у себя в блоге весьма убедительный перечень причин, почему серийные убийства могут так навсегда и остаться в состоянии упадка, а не просто демонстрировать спад вслед за снижением общего количества убийств. Причины приводятся самые разные: от социальных, технических и судебных до психологических, культурных и исторических [15].
Техносоциальные
С девяностых годов повсеместное использование сотовых телефонов не только повысило уровень безопасности потенциальных жертв, но и существенно помогло полицейским легче отслеживать передвижение подозреваемых лиц.
Сегодня полиция в рабочем порядке отслеживает местоположение через сотовые вышки с помощью мобильного телефона подозреваемого, сразу выявляя ложные алиби. Очевидно, что умный, высокоорганизованный серийный убийца будет принимать контрмеры или пользоваться одноразовым мобильным телефоном, но не все серийные убийцы организованы или даже изначально знают, что убьют кого-то снова. Некоторые убивают подвернувшихся жертв спонтанно, не планируя преступление заранее.
Камеры наблюдения, установленные повсеместно, позволяют фиксировать передвижения подозреваемого. Они могут даже записывать передвижения подозреваемого на регулярной основе, прежде чем преступник решит совершить убийство. Нет способа предпринять контрмеры, если не знаешь заранее, что собираешься пойти на преступление.
Пользователи социальных сетей могут становиться жертвами незнакомцев, но все же в основном у них преобладают личные контакты, а общение с посторонними сведено к минимуму – к тому же перед началом любого взаимодействия они могут навести справки о незнакомце. Кроме того, из-за мобильных телефонов, интернета и видеоигр сократилось количество уязвимых детей и подростков, играющих на свежем воздухе без присмотра. Также потенциальные преступники раскрываются через свои собственные сообщения в социальных сетях. Были случаи предотвращения террористических актов и массовых убийств: злоумышленников задерживали до того, как они совершали задуманное, благодаря тому, что они публиковали посты о своих намерениях в социальных сетях.
Операции с мобильными телефонами, текстовыми сообщениями и социальными сетями помогают полиции установить и понять, в каких отношениях находились подозреваемый и жертва, какие были между ними контакты, что очень важно для расследования любого убийства. Локальное удаление записей на мобильном телефоне или компьютере ничего не меняет, так как поставщики услуг хранят эти данные на своих удаленных серверах. Адвокат, защищающий клиента, обвиняемого в серийном убийстве, пожаловался мне, что теперь невозможно сопоставить ресурсы, доступные полиции, чтобы «прочесать» огромные объемы данных звонков, сообщений и интернет-трафика. Обычному ответчику почти невозможно проанализировать огромное количество высокотехнических данных и выстроить
