Читаем без скачивания Экскурсант - Константин Хвостополосатов

— Водки и девок, — лаконично подытожил Саныч. — Можно и без бани.

— Нет, Саныч, тогда баню без девок и водки, — мечтательно потянулся я в кресле. — Ладно, просто без водки.

— Серега, ты перегрелся, мы с тобой и в баню-то ни разу не ходили, — положил Саныч «слиток» на стол. — По сроку службы ты, балбес, пока до бани не дорос.

При своих скромных размерах — чуть менее полутора метров в длину — «слиток» имел очень большую массу. При родном землянам тяготении Санычу удалось бы его поднять с трудом только за счет своих симбов. При каждом касании поверхность «слитка» текла волнами, и он посылал очередную серию импульсов во всех наблюдаемых обычно диапазонах. Поскольку ученые уларсу уже пробовали «укусить» «слиток» всеми возможными способами, начинать это заново было не интересно, тем не менее, сделать это было желательно. Оставив дальнейшее изучение слитка киборгам под командованием Светланы, Саныч перешел к прочим находкам, начав с призмы. Как и все находки, призма была из материала, напоминающего обсидиан или вулканическое стекло. В высоту призма имела сантиметров пятнадцать. С помощью одного из киборгов подав поочередно на ее грани лазерный луч, Саныч получил уже знакомую нам карту Надежды. Поколдовав с настройками лазера, удалось получить и карту всей системы. Вдоволь полюбовавшись картинкой, пока Саныч с помощью второго киборга пытался облучать все остальные грани, включая нижнюю поверхность, мы решили оставить пока это бесполезное занятие. Всякого рода эксперименты с прочими предметами результата тоже не дали.

— Саныч, у меня появилась мысль, что уларсу могли по своей педантичности подобрать какой-нибудь мусор, оказавшийся в найденной «квартире», — сказал я, глядя на наши «великие» дела. — Может это просто обертки от хозяйских носок.

— Сергуня, тебе просто завидно, — продолжал Саныч насиловать с помощью киборга какую-то штуковину, немного походящую на каменную спираль с утолщением в одном конце. — Это не похоже на носки.

— Ой, было бы чему, — съязвил я. — Взрослый дядя на умняке изучает с помощью томографа детские игрушки. Папочка, у моего мишки лапка оторвалась…

— Ха-а-а… — радостно засмеялся Саныч, указывая на спиральную штуковину. — Это больше походит на инструмент для исследования хитрой задницы. Может, это ключик от Золушки?

— Саныч, ты давно курс психологической разрядки проходил? — поинтересовался я.

— А чё я, — якобы удивился Саныч. — Она сама…

— Кобелино! — сказал я романтично. — Какое красивое мужское имя! И все, Саныч, твое…

— Завидуешь, сопливая медуза, настоящим мастерам своего дела, — гордо сказал Саныч.

Первый день наших исследований остался за тайной. Второй день был начат по программе, разработанной совместными усилиями НИЦ «Светлано-Стекляшкинским». Поскольку ничего интересного во время исследований не происходило, Саныч стал скучать. По скуке он начал совершать весьма странные и неочевидные вещи. Сначала он пытался пристроить призму к «слитку», выискивая возможные пазы для интеграции. Совершенно ненаучная идея ничем не закончилась. Призма начинала слегка светиться во время очередного выброса импульсов «слитком», но никаких иных эффектов не сотворяла. Плюнув на разочаровавший его «слиток», Саныч занялся дурными упражнениями с остальными находками.

— Саныч, ты лучше «пружинку» вчерашнюю попробуй пристроить, и лучше всего к какой-нибудь хитрой заднице, — посоветовал я, зевая. — Самое то будет.

— Ага! — Саныч сделал вид, что воодушевился, схватив пружинообразную штуковину и пытаясь пристроить ее к «слитку».

— Саныч, ты не туда пристраиваешь, — не удержал я смех. — Судя по твоим действиям в течение дня, под определение «хитрая» явно подходит твоя часть тела.

— Ай-яй-яй, малчык, ти в КэВэЭну готовышса? — Разразился Саныч кавказским акцентом.

Как оказалось, даже за дурными проделками Саныча НИЦ внимательно наблюдал. Сопоставив моменты свечения призмы и излучения «слитка», было вычленено несколько возможных излучений, оказывающих влияние на призму. Один из киборгов тут же получил задание произвести обработку остальных находок этими же типами излучений. Помимо призмы отозвалось всего две находки. Ими оказались почти правильной формы диск с отколотым краем и неправильной формы полусфера, похожая на обычный осколок чего-то круглого. Диск издал ряд тихих щелчков, а полусфера секунд десять несильно вибрировала после облучения. НИЦ перенес свои усилия на изучение диска и сферы. После серии попыток облучения выбранных находок всякого рода импульсами и их сериями, записанными при откликах «слитка», решили пойти по методу Саныча, пробуя совместить находки и «слиток». Диск остался безучастным, как и раньше издавая серии щелчков. При первом же прикосновении полусферы к «слитку» случилось событие, ставшее для нас ключиком.

При касании полусферой «слитка», как обычно, по его поверхности разошлись волны. Но в отличие от прошлых случаев, «слиток» попытался отреагировать по-другому. Волны разбежались и вернулись к полусфере, но не вытолкнули ее. Полусфера наоборот на несколько миллиметров погрузилась в «слиток». Через несколько секунд «слиток» все-таки выбросил полусферу наружу. Но самым интересным оказалась активность «слитка» во время слитного контакта с полусферой. «Слиток» выбрасывал целый ряд серий различных сигналов в диапазоне ультразвуков. Перед отторжением полусферы «слиток» несколько раз выдал одну и ту же серию импульсов, повторяя их в ультразвуке, инфразвуке, одном из оптических диапазонов и с помощью жестких излучений. Все испускаемые слитком сигналы были записаны Светланой.

— Ты, как и я, думаешь, что мы что-то нашли? — спросил я Светлану?

— Это первый нетипичный отклик «слитка», что-то это должно значить, — отозвалась Светлана.

— А пробы состава этого объекта делали? — спросил я.

— Да, — ответила Светлана. — Материал такой же, как у прочих находок, сплошная неорганика с отсутствием каких-либо особенностей в структуре.

— Думаю, что стоит еще раз проделать ряд анализов, — предположил я. — Поискать следует внимательнее, может, внутри этого осколка что-то находится.

— Эй, халявщик, — нахально заявил Саныч. — Не отвлекай занятого дядю от работы своим лепетом!

Пока киборг потащил образец на анализы, мы решили облучить диск потоком сигналов, полученных со «слитка» в момент контакта с полусферой. К сожалению, ничего нового мы не получили. И диск и призма реагировали на эти серии сигналов, как и не предыдущее излучение «слитка». По большому счету, это меня очень сильно разочаровало. Честно сказать, я надеялся, на что-то большее. Оставив Саныча наедине с находками, я ушел перекусить. Мою трапезу прервала Светлана, сообщив, что есть кое-какие интересные результаты. Заинтересовавшись, я попросил вывесить мне голографическую проекцию. Как оказалось, пока один из киборгов продолжал методично облучать диск различными комбинациями из полученных сигналов, Саныч, присмотревшись к нему, вдруг поставил в центр диска призму. При очередном повторении комбинаций, призма начала выдавать различного рода варианты карт, меняющиеся в зависимости от смены типа облучения диска. Получив же один из сигналов, она свернула картинку и перестала реагировать. Прокрутив медленнее полученные от разных сигналов карты, мы увидели сильно искаженные схемы, какие-то объемные построения. На одной из схем все места под поверхностью Надежды, нанесенные на карту, были соединены какой-то многоуровневой сетью, явно повторяющей линии, виденные нами на первой карте. К сожалению, даже повторение серии облучений, вызвавших всплеск активности, ни к чему более не привело. Призма не отзывалась даже на проверенное излучение лазера, ранее проецировавшее карту Надежды. Сменив картинку с записи на реальную трансляцию, я увидел киборга, продолжавшего облучать конструкцию «диск плюс призма», и Саныча, наблюдавшего этот процесс со стороны.

— Саныч, может ее убрать с диска? — спросил я. — Мало ли что там у них происходит парой.

— Я уже об этом думал, — серьезно ответил Саныч. — Решили пока не убирать до конца тестов, возможно, повторить последовательность событий уже не получится.

— Ты давно стал таким педантичным? — поинтересовался я. — Теперь водку будешь пить только после пива, а не перед?

— Это все — Светлана, — гордо ответил Саныч, показав мне средний палец.

Чем наблюдать за нудным процессом, я решил закончить прием пищи под названием «обед». Личо я бы на месте Саныча не утерпел. Хоть я и люблю всякого рода приключения, квэсты вряд ли можно отнести к любимому мной жанру игр, хотя, зачастую мои мысли оказывались весьма полезны моей боевой подруге Яне, фанатично преданной этому жанру игр. Вернувшись в боевую рубку, я опять включился в систему «Ботаника». Облучение различного рода комбинациями сигналов было в разгаре.