У них имелось несколько старых русских истребителей, но не так много, как у американцев. Их пехоте нельзя было отказать в отваге. Майк хотел бы так сказать. Тогда он не нервничал бы так сильно.
Вскоре он начал палить по ним из пистолета-пулемёта. Он срезал одного япошку, который попытался швырнуть в его сторону гранату. Это произошло максимально близко к противнику. Как бы ни старались северояпонцы, пробиться в Уцуномию сквозь ряды защитников они не смогли.
Они угрюмо откатились назад, едва солнце утонуло в крови на западе. Майк обнаружил рану на руке. Он понятия не имел, когда её получил. Она даже не начала болеть, пока он её не заметил. Он посыпал рану стрептоцидом и замотал бинтом. Если офицер заметит её до того, как она заживёт, Майк, возможно, получит к Пурпурному сердцу ещё один зажим с дубовыми листьями. Если нет, поднимать шум он не собирался.
Он закурил сигарету. От такого дыма ему стало чуточку легче.
- Блядь, - устало произнёс он. - Похоже, мы их сдержали.
***
Из радиоприёмника раздался голос Джо Стила:
- Похоже, линия фронта в Японии стабилизируется. Теперь мы должны выгнать захватчиков из Конституционной Монархии и отогнать их до границ, которые они нарушили. Мне жаль об этом говорить, но это не будет быстро, легко и дёшево. Но мы всё сделаем. Обязаны сделать. Мир во всём мире требует, чтобы мы сдержали распространение коммунизма везде, где бы ни пролезали клевреты Троцкого. Подобно нацизму, мировая революция - это идея, время которой прошло, и ушло.
Он продолжил говорить о выкорчёвывании "красных" шпионов и предателей дома, и о том, как растёт экономика. Чарли слушал с неохотным, но подлинным восхищением.
- В этом старике ещё теплится жизнь, - сказал он.
- Похоже, что так. - Эсфирь ни разу даже не намекнула, что она думает о Джо Стиле, но у Чарли на этот счёт никаких сомнений не было. Она посмотрела на него.
- Сколько в этой речи твоего?
- Отдельные кусочки, - откровенно ответил он. - С полдюжины людей скармливают ему идеи и мысли. Он всё собирает, отбирает то, что ему нравится, и добавляет своё. Мысль о сдерживании коммунизма подсказал я. Ему чего-то такого и хотелось. Возможно, в Европе и Японии мы приведём эту мысль в действие.
- А как же Китай? - спросила Эсфирь.
- А что с ним? - невозмутимо переспросил Чарли. Мао продолжал отвоёвывать территории; Чан продолжал их уступать. - До выборов Мао в любом случае не победить. Они всего через две недели. Это даст нам время подумать, что делать, если Китай станет "красным".
- Если Джо Стил победит, - сказала жена.
- О, он победит, - Чарли говорил уверенно, поскольку был в этом уверен. Он был согласен и с Джоном Нэнсом Гарнером и со Стасом Микояном - Джо Стил останется президентом Соединённых Штатов столько, сколько пожелает.
Эсфирь снова посмотрела на него.
- Насколько результаты выборов, что они оглашают, соответствуют настоящим?
За все годы, что Чарли проработал в Белом Доме, она ему таких вопросов не задавала. Возможно, не хотела знать. Чарли и сам не знал, не полностью. Приблизительно? Ну, да, знал. Именно потому, что он знал, он сказал:
- Я тебе так скажу, милая. Если ты притворишься, что не говорила этого, я притворюсь, что не слышал.
Порой, то, что не являлось ответом, в итоге, становилось ответом. Эсфирь вздохнула. На этот раз, настал её черёд встать, сходить на кухню и вернуться со стаканом в руке. Чарли мог бы использовать этот факт, как оправдание налить и себе. Совсем недавно он так бы и поступил. Сейчас же он обнаружил, что начал чувствовать себя лучше, после того, как стал меньше пить. Если бы он сказал об этом вслух, его наверняка изгнали бы с позором из Гибернийского Клуба*, но это правда.
В ночь выборов он остался в Белом Доме. Эсфирь могла бы прийти и послушать о поступающих результатах, но необходимость присмотреть за Сарой и Пэтом стала для неё прекрасным оправданием остаться дома. Получив его, она им воспользовалась.
Штат Мэн остался за Сассеном. К нему присоединились Нью-Хэмпшир и Вермонт. Как и Мэриленд и Делавэр. Когда стало точно ясно, что Мэриленд потерян, Лазар Каган выругался. Тогда Чарли налил себе выпить. Кое-кто из штата, из которого был вырезан округ Колумбия, получит по шапке за то, что не посчитал бюллетени получше.
Однако крупные штаты, штаты, где имелись горы голосов выборщиков, остались в лагере Джо Стила. Нью-Йорк, Пенсильвания, а позднее Иллинойс - все поддержали пятый срок. Весь Юг, как один, остался с президентом. По крайней мере, так заявил радиоведущий. Если настоящие результаты отличались от объявленных, проверять это никто не собирался.
Некоторые штаты, где находилось много трудовых лагерей и ссыльных вредителей склонялись на сторону Гарольда Сассена. Должно быть, они пытались подать знак, но делали это недостаточно громко. У них не было много голосов выборщиков.
Ещё больше народу жило на западном побережье. Все три штата остались у Джо Стила в кармане. Он не победил с таким преимуществом, как в 1936 году, 1940 или 1944, однако состязание со Стассеном не стало серьёзным.
Примерно пятнадцать минут спустя, когда преимущество в Калифорнии стало всеобъемлющим, вниз спустились президент и Бетти Стил. Чарли присоединился к овациям. Если бы он этого не сделал, народ бы заметил. Джо Стил помахал помощникам и подручным.
- Что ж, мы снова справились, - произнёс он и вновь поднял руку. - Мы продолжим вести страну на правую сторону, а также продолжим делать всё, чтобы мир не сошёл с ума.
Когда Чарли подошёл к президенту, чтобы поздравить, тот травил байки с Энди Вышински и молодым помощником генерального прокурора.
- Благодарю, Салливан, - сказал Джо Стил. - Знаете, о чём я жалею, чего мы не сделали, когда летали в Японию?
- О чём же, сэр?
- Я сожалею, что мы не сбили самолёт Троцкого. Возможно, тогда коммунисты устроили бы у себя очередную гражданскую войну, выясняя, кто является его истинным последователем. - Президент раздражённо покачал головой. - А теперь, блин, слишком поздно. Второго такого шанса мне не подвернётся.
- Мне жаль, сэр.
Чарли как можно скорее поспешил к бару. Ему требовалась пара-тройка стаканов. Пусть это и не было ему нужно постоянно, но иногда всё же, нужно.
XXIV
Майк укрылся за камнем в снегу. Спереди в камень шлёпнулась пуля.
