Фарадор так долго ждал своего часа, что лишняя неделя ожидания для него ничего не решит.
– И все же, вы так спокойны, князь, – обратилась к Вересу Карина, – Вы знаете, что нам делать?
– Прежде всего, не будем забегать вперед, – тут же ответил ей Верес, – Теперь-то уже точно собрались все заинтересованные стороны. Теоретически здесь еще мог объявиться кошачий альянс. Но Коты оставили север и, насколько мне известно, возвращаться не собираются. И, кстати, это означает, что альянс Азума здесь тоже присутствует в сущности только формально. Давайте для начала уточним, кто здесь лишний.
– И кого же это вы считаете лишним? – насмешливо спросил Фарадор.
– Я вижу здесь атмана Бенака, – Верес пропустил слова воловьего царя мимо ушей и повернулся к Мангусту, – Вы желаете дать пояснения?
– Да, желаю, – Мангуст Бенак, наконец, спешился, объясняться из седла было бы невежливо, – Но прежде я хочу извиниться перед полковником Такамоном. Сначала было не до объяснений, а позже мне стало любопытно, как будут развиваться события. Так что наш Змей до сих пор остается в неведении.
– Что это значит, Бенак? – нахмурился Такамон, – Потрудитесь объясниться.
– Как я уже говорил, мы не могли выйти с вами на связь, – пояснил Бенак, – Поэтому мне пришлось гнать во весь опор, чтобы сообщить об отмене приказа.
– Что значит об отмене? – возмутился полковник, – Я потерял здесь две трети своего полка. Приказ, оказывается, отменен?
– Именно, – подтвердил Бенак, – И, если б не я, от вашего полка и этой трети бы не осталось. Вам еще предстоит держать ответ перед ханом, насколько оправданы были такие потери.
– Отвечу, – проворчал полковник.
– Так что же вы собираетесь делать, атман Бенак? – не удержался от вопроса воловий царь. Хотя уход войска Азума в этом противостоянии особо ничего не решал, но ему было бы спокойней, зная, что Азум-хан принимает в нем его сторону.
– Ничего ровным счетом, – Бенак усмехнулся, – Вместе с полковником Такамоном мы отправляемся в ставку хана.
– Азум-хан только что частично вернул мое к нему доверие, – негромко сказал царь Вакула, обращаясь к Карине, – Хотя для нас это мало что меняет.
Однако князь Верес останавливаться на достигнутом не собирался. Переговоры для него еще только начинались:
– А теперь ваше слово, барон, – обратился он к лисьему барону Накалаю, который до сих пор не обмолвился ни словом.
Только теперь все обратили внимание, что Лисья конница стоит на льду особняком, чуть в стороне от обоих войск.
– Подтверждаю верность нашему с вами союзу, князь, – невозмутимо сказал барон, – Лисы на вашей стороне.
– В чем дело, барон? – воевода Гоцек возмущенно округлил глаза, – Вы нас предали?
– Не вам рассуждать о предательстве, – возразил Лис, – Я вам ничего не обещал и на верность не присягал.
– Совершенно не понимаю, что здесь происходит, – гусиный воевода явно был сбит с толку, – Азум-хан вот так запросто оставляет крепость, отказываясь от подчиняющего договора, а лисий барон занимает заведомо проигрышную сторону. Ущипните меня, наверно я сплю.
Воевода Гоцек смотрел на Фарадора, будто ожидая от него объяснений, но воловий царь похоже и сам мало что понимал. Он смотрел неотрывным взглядом на Вереса:
– Вы умеете удивлять, князь, – он выглядел бы совершенно спокойным, кабы не выдавала его выступившая на лбу испарина, – Может вы и наемников средиземья сейчас домой отправите?
Ни выход из игры пяти сотен Азума, ни даже внезапный переход на сторону противника восьми сотен Лисов существенно расклад сил не меняли, пока три тысячи наемных воинов из средиземья стояли за его спиной.
– Я, нет, – просто ответил Верес и усмехнулся – А вот он отправит.
Верес поманил кого-то рукой, и из рядов волчьей дружины отделился и направился к группе переговорщиков невзрачного вида невысокого роста человечек в нелепом зеленом сюртуке и таком же зеленом колпаке. Пока человечек с опаской семенил по льду, глядя себе под ноги и что-то шепча, возможно молитву, чтобы бог его не позволил ему провалиться под эту странную отвердевшую воду, Гоцек даже облегченно рассмеялся, не замечая, как напрягся воловий царь.
– Таких «могущественных» воинов, князь, мне встречать еще не доводилось. Хотел бы я посмотреть, как он одолеет трехтысячное войско.
Тем временем человечек дошел до переговорщиков, поклонился, видимо всем присутствующим сразу, достал из-за пазухи плотный, свернутый в трубочку лист, развернул его, прокашлялся и принялся читать:
– Сим обращением Торговый Союз Средиземья ставит в известность любые заинтересованные стороны, что голосование по принятию в члены союза царя Фарадора состоялось, – человечек оторвался от чтения и оглядел присутствующих, видимо желая убедиться, что его слушают. Слушали его с полным вниманием. Он снова обернул взор на свой лист, – Голосование состоялось… Так. А, вот здесь… Голоса в очередной раз разделились поровну, так как представляющие Объединенную Зерновую Компанию в этот раз проголосовали против вступления Фарадора в союз. Сие означает, что царь Фарадор не набрал большинства для вступления в союз и не может использовать любые военные силы Средиземья для решения своих земельных споров. Отдельно данное обращение должно быть доведено до личного сведения командора наемного подразделения внешних сил Средиземья.
Над переговорщиками повисла оглушительная тишина, а смешной человечек в зеленом требовательно уставился на стоящего особняком с отрешенным и даже слегка скучающим видом вожака наемников. Не моргнув глазом, полководец средиземного войска развернулся и отдал короткий приказ. Три тысячи бойцов сделали «кругом» и зашагали обратно к руслу Бунары. Последним шел их вожак.
– Как же так? Я же вам заплатил, – Фарадор попытался его остановить, – Вы не можете уйти. Как же так?
– Оплата будет зачтена в качестве неустойки, – наемник развернулся только чтоб отвесить короткий поклон Фарадору, – Вступайте в торговый союз, и наши мечи будут к вашим услугам. Желаю здравствовать.
Наемники ушли, будто привиделись на короткое время, будто и не было их здесь никогда. Одновременно с их уходом, Змей и Мангуст дали приказ своим войскам отойти в сторону, а лисья конница перестроилась так, что стало ясно на чьей она стороне. Теперь девятьсот оставшихся бойцов Гоцека и Фарадора перед двумя с половиной тысячами противостоящего им войска во главе с князем Вересом смотрелись довольно жалко.
– А я ведь подзабыл, как это порой бывает весело, воевать
