весь мир, – Ты представляешь? Уже больше тысячи подписчиков по всему средиземью. Первая же новость моей социальной сети поставила на уши всю высокородную общественность. Князь Верес, новый вождь союза севера – просто герой дня, а больше всего люди заваливают вопросами про платежный строй…
– Хухля, ты молодец, – деревянным голосом похвалила Ольха, заставить себя разделить его радость она была не в силах.
– Еще бы, – Хухля сиял, не замечая ее подавленности, – А больше всего подписчики спорят, насколько выгодным окажется для князя его проект. Многие считают, что благодаря своему «Пласту» князь сравняется богатством с самим ханом. А? Ты сама как думаешь?
– Хухлик, извини, мне не до того сейчас, – Ольха тяжело вздохнула, – Поговори лучше с самим князем.
– А ведь ты права. Попрошу князя ответить на вопросы подписчиков, он и сам должен быть в этом заинтересован, – окрыленный новой идеей Хухля хотел уже мчаться, разыскивать князя, но сообразил уточнить, – Волчица, а где князя искать?
– Можешь подождать здесь. Обещал скоро сюда прийти.
*
Ефим стоял на крепостной стене, взгляд его блуждал по окрестным лесам:
– Ты знаешь, Прохор, – сказал он своему товарищу, – А я был уверен, что здесь Ваську встречу.
– По всему так и должно было выйти, – согласился Прохор, – Леха говорил, а ему писарь замковый рассказывал, кого призывали по осени, те в роту Вепря попадали. Надо поговорить вон хотя бы с сотниками. А то давай княжну попросим разузнать, она тут всюду вхожа и нам чай не откажет.
*
Ольху окрикнул знакомый голос. Она обернулась и обрадовалась:
– Ясень, леший тебя закрути, как ты здесь оказался? – она заулыбалась и позволила старшему порученцу себя обнять.
– Познакомься, Ольха, – сказал Ясень, – Это Миха из медвежьего племени. Он научил нас передавать нифриловый посыл по воде.
Ольха посмотрела на молодого парня в одежде из выделанных шкур. Он и впрямь по оборотню был медведем.
– Да, уже наслышана. Рада знакомству. А вот познакомьтесь, это Хухля, тот кто изобрел социальную сеть. Без водной передачи посыла, полагаю, он бы тысячи подписчиков так быстро не набрал.
– И я рад, – Миха пожал Хухле руку и перевел взгляд на Ольху, – Тоже о тебе наслышан. Ясень мне все уши прожужжал. Мол Ольха у нас то, да Ольха у нас се…
– Да ладно, – Ольха немного смутилась, но ей было приятно убедиться, что Ясень о ней помнил все это время.
К ним подошли Ефим и Прохор, они остановились в нескольких шагах, вежливо дожидаясь, когда на них обратят внимание.
– Ой. А вот те матерые дядьки, что спасли меня на Ойсбургском базаре. Знакомьтесь, – Ольха представила Ефима и Прохора Хухле, Ясеню и Михе.
После обмена рукопожатиями Ефим обратился к Ольхе:
– Послушай, дочка, я надеялся в роте Вепря найти своего сынишку, Ваську. Тебе случаем про такого ничего не известно?
– Так вы Васин отец? – она потрясенно смотрела на Ефима.
– А ты с ним встречалась?
– Встречалась, и не раз, – Ефим с не меньшим потрясением выслушал ее рассказ, как она познакомилась с Васей, как потом он дважды со своей десяткой ее выручал.
– Так это что получается, – не удержавшись, перебил ее рассказ Прохор, – Васька тебя в Ойсбурге в тот же день видел, что и мы?
– Получается так, – подтвердила пораженная Ольха, – Вы же с ним буквально чуть разминулись.
– То-то я тогда на реке его чуял, – сокрушался Ефим, – Как же нас судьба-то разводит. Я ведь с ним и попрощаться не успел, трое Лисов прямо с делянки забрали, совсем, кстати, недалеко отсюда.
– Трое Лисов? – удивляться пришел черед для Ясеня.
– Ну, самих Лисов мы не видели, только следы, – Ефим пожал плечами, – А ни кто они, ни как их звать нам не известно.
– Ну, положим, как их звать известно, – поправил Ефима, подошедший к ним бывший заставник.
– Дядя Леша, – обрадовалась Ольха старому наставнику, что помогал ей обрести двуцветный образ на запястье, – А вы-то откуда про Лисов знаете?
– Мне бы не знать, – хмыкнул воин, – Гаврила Михалыч как никак там при замке писарем штаны протирает. Он говорил, что мальчишек к ним трое Лисов приводили: Дроло, Мегул и Фидол.
– Вот уж тесен мир, – Ясень потер переносицу, – Не знаю, как вы расцените новость, но двое из троих сегодня умерли. Один был виновен в смерти нашего товарища, а другой был кровником Михи.
*
Дроло спешил с хорошими новостями. Лисий бог внял его молитвам, у Лисов теперь будет своя земля. Его мечта осуществится, у него будет свой дом, где он сможет провести старость. Дроло пока не собирался совсем оставлять кочевую жизнь, но сыновьям пора заводить семьи. Пойдут внуки, кому как не деду озаботиться их воспитанием? Его внуки не будут кочевать, они станут землевладельцами, он это решил для себя твердо.
Уже подходя к их лесной устроенной особняком стоянке, он почувствовал тягучее затишье. Неужели его непоседливые сыновья ослушались и опять сорвались куда-то? Но, нет. Вот вьется дымок от костра, их кони на месте. А вот и оба его сына, тихие и умиротворенные, какими никогда не были при жизни. Их с детства нельзя было оставлять друг с другом наедине. Сразу находился повод для ссоры. Если и могло их что-то заставить забыть о вечных распрях, то только сказки про хитрого лиса. Эти сказки они могли слушать сколько угодно.
Дроло спешился с коня и подошел к сыновьям. Судьба распорядилась с потрясающей точностью, назначив каждому смерть в соответствии с его нравом. Фидол был скрытен и себе на уме, не выпускал наружу свои чувства. Он получил едва заметный укол острого меча, даже крови почти не вытекло. А Мегул был порывист, как говорят душа на распашку. Распахнули ему душу, рассекли грудь двуручным топором, от страшной раны обнажились осколки ребер. Вот и все, никогда больше не будут они ругаться и ссориться. А слушать отныне будут, не перебивая, как слушали детьми. Дроло уселся на землю рядом, уложил их головы себе на колени и стал рассказывать их любимую сказку про то, как хитрый лис обманул волка и медведя…
*
– Мне судьба тех
