Священной Римской империи в землях Италии; Адольф, епископ Льежский; Людовик, граф Фландрский, Неверский и Ретельский и сеньор Мехельна; Гильом, граф Эно, Голландии и сеньор Фризии; Рено, граф Гельдерна и Зютфена; Вильгельм, граф Юлиха; Людовик, граф Лоосский и Шинийский; Рауль, граф Э и Гина, коннетабль Франции; Жан, граф Намюрский; Жан д'Эно, сир де Бомон, и Ги де Намюр, брат вышеназванного графа Намюрского, сообщаем и объявляем всем следующее.
Мы устали видеть и наблюдать, как знатный и благородный муж Иоанн, герцог Лотарингии, Брабанта и Лимбурга, беспрестанно и ежедневно покушается на наши владения, совершает на них грабительские нападения, наносит несправедливые обиды, оскорбления и убытки нам самим, нашим землям и владениям, нашим людям и подданным, и ущемляет наши судебные права, духовные и светские. Поэтому, по согласованию со многими нашими вассалами и советниками, мы единодушно и добровольно решили составить между собой союз и конфедерацию, на срок наших жизней и жизни названного герцога, дабы давать отпор и оказывать сопротивление его несправедливым посягательствам и дабы охранять, отстаивать, оберегать и защищать наши земли и владения, наших вассалов и подданных, наши судебные и иные права таким образом, как здесь ниже указано.
Прежде всего, если в будущем мы или кто-нибудь из нас по какому-либо поводу начнем ссору и войну с вышеназванным герцогом, никто из нас не может и не должен заключать с ним мира или перемирия ни под каким видом, если на то не будет нашего общего согласия и дозволения. И если названный герцог захочет каким-либо образом досадить и нанести урон кому-нибудь из нас или же если один или многие из нас захотят каким-либо образом досадить и нанести урон вышеназванному герцогу, то мы будем должны и обязаны оказывать поддержку и помощь друг другу всякий раз, когда нас будут об этом просить. Мы будем делать это изо всех наших сил, так ревностно, как того потребуют обстоятельства, каждый за свой собственный счет, радуясь победам и не ропща на потери, не отлынивая и не подыскивая никаких отговорок и извинений, все то время, пока кто-либо из нас будет нуждаться в нашей помощи и будет о ней нас просить.
Если же случится, что один или многие из нас возьмут в плен названного герцога, он должен оставаться нашим общим пленником и ни в коем случае не сможет обрести свободу, если на то не будет нашего общего согласия, желания и дозволения.
Если же кто-нибудь из нас захватит какого-нибудь другого пленника в ходе войны между нами и названным герцогом, то сеньор, чей воин или воины захватят пленника, сможет поступить с ним по полной своей воле.
Если же мы захватим у названного герцога какой-нибудь замок, город или крепость по ту сторону реки Мааса[792], это завоевание должно принадлежать нам всем, и никто из нас ни в коем случае не может и не должен распоряжаться им единолично.
Если же случится, что кто-нибудь или многие из нас в ходе войны заболеют, попадут в плен или окажутся в дальней отлучке, это вовсе не должно служить предлогом никому из нас, чтобы не помогать всеми силами тому или тем из нас, кто в этом будет нуждаться, как оговорено выше. Как только тот из нас, кто будет в отлучке, получит извещение, что мы нуждаемся в его помощи, он будет обязан без всякого лукавства и как можно скорее вернуться к тем из нас, кто будет нуждаться в его помощи, если только это не будет вредить его чести.
Если же случится, что мы или кто-нибудь из нас сумеет захватить какие-нибудь наличные деньги у названного герцога или у его вассалов и сторонников по сю сторону Мааса, эти деньги должны быть разделены между всеми нами, в соответствии с тем количеством латников, которое будет находиться при каждом из нас, когда это случится.
Кроме того, чтобы мы до самой нашей смерти жили в добром мире и согласии между собой, мы единодушно и добровольно заключаем договор с нижеследующими условиями.
Прежде всего, если, не дай Боже, случится, что между кем-нибудь из нас возникнет какой бы то ни было повод для ссоры и раздора, то ни мы сами и никто из наших вассалов не должны из-за этого вредить друг другу и вздымать руки непосредственно против друг друга, против наших вассалов, или же каких-нибудь наших земель, владений, людей и подданных. И еще, если кто-нибудь из нас или же из наших вассалов, людей и подданных повздорит и подерется по недоразумению, без злого умысла, то никто из нас не должен мстить сам или приказывать мстить за эту ссору и драку, но мы должны будем, в любом случае, отдать это дело на рассмотрение третейских судей или верховного судьи, согласно условиям, изложенным ниже.
Те из нас, кому случится поссориться между собой, будут должны и обязаны, каждый от себя, выбрать и назвать одного из нас, вышеназванных сеньоров, коих они пожелают иметь третейскими судьями и мирными посредниками. Если ссора между кем-нибудь из нас случится в романских землях, то эти третейские судьи и мирные посредники должны будут явиться в восьмидневный срок со дня призыва в город Бенш, что в Эно. Если же ссора случится в тевтонских землях — то в город Аахен. В течение пятнадцати дней после своего прибытия в один из названных городов третейские судьи и мирные посредники должны будут разобраться в деле и восстановить мир и согласие между ссорящимися сторонами, будь то путем судебного постановления или же дружеского соглашения. Они должны это сделать согласованно и дружно, и сразу же получат для этого все необходимые полномочия, без всяких возражений ссорящихся сторон или какой-нибудь из них. Если же третейские судьи и примирители, которые будут назначены и выбраны для вышеназванного дела, не смогут прийти к единому мнению, дабы вынести свое решение и восстановить добрый мир и согласие между ссорящимися сторонами путем судебного постановления или путем дружеского соглашения, то они будут обязаны вместе назвать и выбрать в качестве верховного судьи одного из вышеназванных сеньоров, какого они пожелают. Избранный и назначенный таким образом верховный судья будет обязан явиться в течение пятнадцати дней со дня призыва в один из вышеназванных добрых городов, как положено, дабы привести к согласию ссорящиеся стороны. Сразу после того, как мирное соглашение будет достигнуто, утверждено и провозглашено вышеназванными третейскими судьями и посредниками или же одним из них, с которым согласится верховный судья, или же верховным судьей единолично, мы все будем должны честно
