и величиной их вклада в победу. И это условие будет действительно на обоих берегах Мааса.
Далее, наше желание состоит в том, чтобы вышеназванные постановления никоим образом не пошли во вред частному союзному договору, заключенному между нами, графом Фландрским и графом Эно, в том, что касается устранения ссор, которые могут возникнуть между нами, нашими людьми и нашими землями.
Кроме того, как указано в вышеприведенных статьях, наше намерение состоит в том, чтобы если какой-нибудь печати будет недоставать на настоящей грамоте, она все равно должна считаться столь же достоверной, как если бы все печати на ней присутствовали…, это должно подразумеваться теми, кто эту грамоту будет скреплять печатями; и в ближайший день Обрезания Господня[793] мы должны снова собраться в Кенуа или прислать туда свои печати, дабы скрепить ими союзный договор и вышеназванные постановления, когда они уже будут набело переписаны и подправлены в соответствии с вышезаявленными намерениями, но без изменения и искажения самой их сути, на основании этой грамоты, скрепленной нашими малыми печатями и записанной в Кенуа, в день Святого Андрея[794], в год 1333.
(Архив города Лилля.)
Проект договора между Эдуардом III и герцогом Брабантским[795]
(составлен около 1337 года)
Это пункты соглашения, которые должны быть представлены монсеньору королю Англии послами монсеньора герцога Брабантского и добрых городов Брабанта.
Прежде всего, монсеньор герцог Брабантский готов служить монсеньору королю сам лично или через доброго заместителя с пятьюстами рыцарями и оруженосцами по сю сторону моря, а именно в Нормандии и в земле Французской, за счет и на средства монсеньора короля.
Далее, монсеньор король будет служить монсеньору герцогу и его земле сам лично или через доброго заместителя с двумястами рыцарями и оруженосцами и тремя тысячами лучников за счет и на средства названного монсеньора герцога.
Далее, монсеньор король возместит герцогу все имущество, которое тот потеряет на войне во Франции в ходе действия между ними союза; и король ни в коем случае не заключит мира или перемирия, пока монсеньор герцог не получит возмещение за все имущество, которое он там потеряет.
Далее, монсеньор король никогда не заключит мира или перемирия с королем Франции, если монсеньор герцог, вся его земля и его люди не будут включены в договор о мире или перемирии на равных с ним условиях.
Далее, в ходе действия союзного соглашения вся шерсть, которую англичане, ломбардцы и генуэзцы привезут из-за моря, должна доставляться на продажу только в Антверпен и никуда больше.
Далее, все враги монсеньора короля Англии должны будут считаться врагами монсеньора герцога, и все враги монсеньора герцога должны будут считаться врагами монсеньора короля Англии.
И этот союзный договор должен иметь силу на протяжении пяти или шести лет.
Союзный договор епископа Льежского с Филиппом VI против Эдуарда III и Людвига Баварского[796]
(29 июля 1337 года)
Мы, Адольф, Божьей милостью епископ Льежский, даем знать всем, что в благодарность за любовь и расположение, которые превосходнейший и могущественнейший правитель, наш дражайший сеньор, мессир Филипп, Божьей милостью король Франции, всегда выказывал нам самим, а также нашей Церкви и нашей земле, мы, зная из общей молвы, что король Англии вместе со своими союзниками и сторонниками несправедливо затевает против него большую войну, хотим и клятвенно обещаем ему верно служить и помогать с отрядом, в котором будет насчитываться до пятисот латников, в любом месте, где ему понадобится, но только не удаляясь от епископства Льежского дальше Компьеня. Мы явимся служить королю Франции не позднее чем через двадцать дней после того, как мы или наш наместник в Льеже получим его призыв, и будем служить до тех пор, пока мирное соглашение не положит полный конец названной войне, каковую король Франции ныне поведет против названного короля Англии, Людвига Баварского и против всех других, кого он сочтет своими врагами, если только названный Людвиг не помирится с нашим Святым Отцом, папой, как король и император Рима, и не станет послушным сыном Святой Церкви, как положено, прежде чем война завершится. В противном же случае мы должны будем служить на войне против названного Людвига во владениях короля Франции и во владениях его сына, нашего дорогого сеньора монсеньора Жана Французского, Божьей милостью герцога Нормандского, все то время, пока названный король Франции будет жить и война будет длиться; и будем мы защищать его самого, его названного сына и их владения честно, верно и без всякого обмана.
И дабы мы и наши люди могли лучше служить названному королю Франции на этой войне, он нам теперь выдал и пожаловал для заготовления припасов и снаряжения 15 тысяч парижских ливров звонкой монетой, в свидетельство чего мы ему дали полные расписки. Когда же он призовет нас вступить в названную войну и служить и помогать ему, как сказано, то, прежде чем мы выйдем из нашей земли, он должен будет выдать и выплатить нам еще 15 тысяч парижских ливров. Кроме того, он обещает ежедневно выдавать нам на наши расходы 50 турских ливров, а нашим людям платить такое жалованье, какое он и его предшественники всегда имели обычай платить и выдавать, а именно: двойному банерету — 20 су, рыцарю — 10 су, а оруженосцу — 5 су, и все это турской монетой. Оные 50 ливров и указанное жалованье он должен нам за свой счет посылать, доставлять и выплачивать в аббатстве Святого Николая в Реймсе, ежемесячно, всегда за месяц вперед, все то время, пока он будет нуждаться в нашей службе.
И если, не дай Бог, случится, что мы или кто-нибудь из наших людей попадем в плен в ходе названной войны, то король Франции обязуется и обещает со всей возможной поспешностью нас выкупить и вызволить за свой собственный счет, не вводя нас в расход и в убыток. Кроме того, он должен, согласно французскому обычаю, без обмана, возместить нам стоимость всех наших боевых коней, коих мы потеряем, сражаясь на этой войне или же выполняя какие-нибудь иные его распоряжения. Все пленники, которых мы и наши люди возьмем на предстоящей войне, будут отданы названному королю Франции, но только без их коней, вооружения и иного имущества, которое при них окажется. Оное имущество мы возьмем себе, чтобы распорядиться им по собственному усмотрению.
И если мирное соглашение положит конец этой войне, прежде чем нам будут выплачены вышеназванные 15 тысяч парижских ливров или прежде чем мы начнем нести службу
