Читаем без скачивания Сын цирка - Ирвинг Джон Уинслоу

— Следует ли фиксировать имплантируемый сустав специальным костным цементом или надо использовать метод биологической фиксации? — Эту фразу Десаи говорил вместо обычного вопроса о здоровье жены и детей.

Легче оказалось вести с ним дела в офисе. А теперь Фарук приказал Ранджиту отменить встречу, что казалось Дарувалле равносильным тому, чтобы признать отсутствие у себя интереса к собственной профессии ортопеда.

Фарук сидел за своим рабочим столом, поставив стул с противоположного его конца. Он переменил место, чтобы не видеть обычной картины — госпитального дворика для прогулок детей-калек. Трудно было не замечать, как занимались физиотерапией некоторые прооперированные пациенты. Даруваллу больше увлекал мир его фантазий, чем тот мир, в котором он жил.

Чаще всего создатель Инспектора Дхара не замечал вокруг реальных жизненных явлений. Бедняжка Нэнси с глазами, как у енота, одевалась, чтобы понравиться Инспектору Дхару. А он, даже не находясь на сцене и не стоя перед кинокамерой, продолжал исполнять роль. Мистер Сетна, неодобрительно относившийся ко всему на свете, к своему глубочайшему отвращению обнаружил, что человеческая моча убивает цветы бугенвиллей. И это было не единственное убийство в клубе Дакуорт, поскольку Рахул уже видел себя вдовой мистера Догара. Но Даруваллу не касались реальные трагедии. Призывая вдохновение, он пристально всматривался в цирковую фотографию, стоявшую у него на столе.

Там он видел прекрасную Суман, артистку, исполнявшую номер «хождение по воздуху». В последний раз, когда доктор ее видел, артистка еще не вышла замуж. Эта 29-летняя звезда цирка была идолом всех детей-акробатов. Но Фарук считал, что в ее возрасте Суман пора выйти замуж и заняться иными делами, чем хождение вверх ногами под куполом основного шатра цирка на высоте примерно 27 метров без страховочной сетки. Такая красивая женщина, как Суман, обязательно должна иметь семью, думал сценарист. Она ведь акробатка, а не актриса.

Доктор мечтал написать своим любимцам из цирка такие роли, чтобы они не требовали актерского таланта. Мальчик Ганеша должен быть артистом, но его сестра Пинки будет настоящей и реальной Пинки из «Большого Королевского цирка». Пинки будет выступать в роли акробатки и ей совсем не требуется произносить реплики. Создатель сценариев подумал, что сведет их к минимуму.

В своих мечтах Фарук зашел слишком далеко, уже выбирая актеров на роли. В фильме ему еще надо придумать, как он устроит детей в цирк. Именно в этот момент доктор Дарувалла подумал о новом миссионере. В кино доктор не станет называть его Мартином Миллсом, потому что эта фамилия слишком распространена. Сценарист назовет его просто «мистер Мартин». Иезуитская миссия станет заботиться о детях, поскольку их мать погибла в храме Святого Игнатия. Разумеется, миссия возьмет на себя ответственность за случившееся. Итак, все получится так, что детей сумеет взять с собой правильный лимузин Вайнода. Этот карлик в роли доброго самаритянина получит разрешение иезуитской миссии на то, чтобы отвезти детей в цирк. Доктор Дарувалла подумал, как это великолепно. Именно там и встретятся Суман и мистер Мартин. Вечно озабоченный вопросами морали и нравственности миссионер привозит детей в цирк. Олух влюбляется в актрису, которая ходит вверх ногами под куполом цирка!

А почему бы и нет? Иезуит вскоре станет думать, что Суман гораздо лучше, чем выполнение обета о целомудрии. Придуманный им мистер Мартин должен быть очень тренированным актером. Сценарист придаст этому персонажу более выигрышные черты характера, чем они есть у реального Мартина Миллса. В фильме сексуальное удовлетворение мистера Мартина явится историей его перехода в другую веру. Следующая идея сценариста имела изрядную дозу озорства, поскольку положительного мистера Мартина должен сыграть Джон Д. Как счастлив он будет. , в другой роли!

Какой исключительный сценарий должен получиться! Как хорошо он исправит и дополнит реальность! В этот момент Дарувалла подумал, что ничего не мешает ему придумать роль в картине и для себя. Роль не героическую. Возможно, ему подойдет эпизодический персонаж с прекрасными намерениями. Однако как себя описать? Симпатичный? Нет, он не считал себя таким. Высокоинтеллигентный? Это неприлично. Вообще в фильмах нужно описывать только как выглядит герой.

В офисе доктора не было зеркала, поэтому он представил себя таким, каким видел в зеркале клуба Дакуорт: элегантный джентльмен в стиле этого клуба. Такому доктору-джентльмену можно дать маленькую, но центральную роль в сценарии, поскольку творящий добро миссионер, разумеется, будет одержим идеей того, что можно вылечить уродливую ногу Ганеши. В идеале персонаж, представленный мистером Мартином, должен привести мальчишку на прием только к доктору Дарувалле. Тогда врач объявит ужасную правду о том, что имеются упражнения, которые может делать Ганеша и которые укрепят его конечности, включая и покалеченную ногу. Однако мальчик навсегда останется хромым. Сценарист полагал, что парочка сцен, когда мальчик-калека будет мужественно выполнять эти упражнения, помогут возбудить симпатии зрителей.

Как и Рахул, доктор Дарувалла наслаждался этой фазой сочинения истории. Составляя план, он испытывал нервное возбуждение, продумывая варианты развития событий. В начале истории всегда много таких вариантов.

Однако эйфория — вещь ненадежная, она быстро улетучивается как при убийстве, так и при написании сценария. Фарук стал беспокоиться о том, что его шедевр уже сократился до уровня романтической комедии. Двое детей скрылись в правильном лимузине. Их спасение — цирк. Суман перестает ходить под куполом цирка, чтобы выйти замуж за миссионера, который порывает с религией. Даже создатель образа Инспектора Дхара подозревал, что такой конец слишком счастливый. Сценарист подумал, что обязательно должно случиться какое-то несчастье.

Так доктор размышлял, сидя в госпитале для детей-калек, повернувшись спиной к дворику для прогулок, в самом центре трагического. Было ли ему стыдно из-за того, что он хотел выдумать какую-нибудь трагедию?

Неромантическая комедия

Предположение Рахула не подтвердилось, поскольку полиция не нашла половинку серебряной ручки с надписью «Индия». Колпачок для зажима денежных купюр уже не валялся в кустах, когда заместитель комиссара полиции осматривал тело убитого мистера Лала. Блеск серебра в лучах утреннего солнца заметил глаз вороны. Она подлетела к серебряному предмету и первой обнаружила труп. Ворона начала с того, что стала выклевывать глаз мистера Лала. Птица была занята, отрывая куски мяса в районе открытой раны за ухом и на виске мистера Лала, когда первый стервятник приземлился около девятой лунки на поле для гольфа. Ворона сражалась за свою добычу до тех пор, пока не прилетели другие стервятники. Перед тем, как улететь, птица схватила серебряный колпачок шариковой ручки, поскольку вороны любят блестящие предметы. Однако птица потеряла свою находку в потолочном вентиляторе, расположенном в обеденном зале клуба Дакуорт. Это не была какая-то сверхинтеллигентная ворона — просто лопасть вентилятора в то утро ярко сверкала, отражая солнечный свет, и привлекла внимание острых глаз птицы. Однако потолочный вентилятор оказался явно неподходящим местом отдыха, и официант грубо согнал гадящую сверху птицу.

Что же касается вещественного доказательства в ее клюве, то блестящий объект остался лежать там, где на некоторое время он помешал работе механизма вращения вентилятора. Доктор Дарувалла обратил внимание на этот скрип. Он также видел, как испражнявшаяся ворона оказалась на потолочном вентиляторе. Таким образом, колпачок серебряной ручки существовал теперь лишь в переполненной впечатлениями памяти доктора Даруваллы, который уже забыл о том, что вторая миссис Догар ему напоминает кого-то, похожего на кинозвезду из старого фильма. Фарук также забыл боль от столкновения с миссис Догар в фойе клуба Дакуорт. Эта блестящая штучка, которую вначале потеряла Нэнси, затем — Рахул и после него — ворона, могла теперь потеряться навеки, поскольку возможность ее обнаружения находилась лишь в пределах ограниченных способностей доктора Даруваллы. Говоря по правде, и память и наблюдательность тайного сценариста оставляли желать лучшего. С гораздо большим основанием можно было надеяться на то, что механизм потолочного вентилятора вытолкнет верхнюю половинку шариковой ручки, и она как чудо явится детективу Пателу или Нэнси.