В коробке лежали ее брюки для верховой езды, сапоги, каска, а также рубашка и пара старых свитеров. Удивительно, но никаких признаков моли Хлоя не заметила. А разве такое возможно в хозяйстве тети Либби?
Хлоя развернула брюки и внимательно их изучила.
«Они, вероятно, мне уже малы, — подумала она. — Прошло уже столько времени! В конце концов, я уже не та худенькая девочка».
Но брюки оказались ей впору и все так же обтягивали длинные, стройные ноги.
«Теперь у меня нет серьезной причины не явиться в конюшню», — подумала она, кусая губы.
Голубая рубашка тем не менее не сходилась на ее груди. Хлоя уставилась на свое отражение с застывшими от удивления глазами, пытаясь кончиками пальцев застегнуть перламутровые пуговицы.
Быстрым, почти резким движением она стянула с себя рубашку, оторвав пуговицы, и выбросила ее в мусорное ведро.
— Ну вот, — шепнула она себе, — вот и конец всему этому.
— Ты не торопилась, — сказал Артур. — Мы ждали тебя всю неделю. — Он вывел Ориона из стойла во двор. — А мистер Дариус просил передать — он уехал в Уорн-Кросс, чтобы посмотреть новую плантацию. Может быть, ты тоже хочешь поехать туда?
— Нет! — Хлоя легко запрыгнула в седло и подождала, пока Артур подгонит по ее ноге стремена. — Я подумала, мы для начала проедемся не спеша около парка, а затем поскачем на холм.
— Орион повезет тебя в любую сторону, в какую только захочешь! — Артур с любовью пробежался рукой по лошадиной холке. — Мистер Дариус брал его с собой во Францию, перевозил на корабле. Классный конь, не правда ли? Своенравный, но в то же время добросердечный, в отличие от того дьявола, — добавил он и показал головой в сторону конюшни. — Только Бог знает, зачем мистер Эндрю вообще его купил... В любой момент на нем можно шею сломать, и даже нет необходимости ходить в горы.
— Но Эндрю был хорошим наездником. — Хлоя погладила Ориона, который уже начинал медленно ходить, терпеливо ожидая, когда же его выпустят на волю.
— Это правда, — сказал Артур с неохотой. — Но он слишком часто подвергал свою жизнь опасности. Я неоднократно говорил об этом Эндрю, но разве он меня когда-нибудь слушал? — мужчина замолчал. — Но я так рад видеть тебя, девочка, снова в наших краях! Ты всегда хорошо сидела в седле, и у тебя крепкие, цепкие руки. Не сомневаюсь, ты и этот мальчик хорошо поладите.
— А иначе он вернется домой без меня, — усмехнулась Хлоя и направила Ориона в сторону арки.
Но это произошло не сразу. Орион, в самом начале прогулки, начал позволять себе некие вольности, но вскоре, осознав, что наездница, сидящая на его спине, не позволит такое поведение, решил успокоиться и вести себя хорошо.
И когда они наконец добрались до тропинки, ведущей на вершину холма, Хлоя дала коню долгожданную волю. Она могла только кричать от удовольствия, когда Орион, словно на крыльях, летел вверх.
Хлоя каталась значительно дольше, чем планировала. Возвратившись, она думала, что Артур ждет их там, и уже начала искать подходящее оправдание за задержку, но двор был пуст.
Заведя Ориона в конюшню, Хлоя налила ему воды и в тот же момент услышала беспокойное движение, доносившееся из противоположного стойла. Приглядевшись, Хлоя увидела в темноте красивую черную голову с белым пятном и пару светящихся глаз, которые с подозрением следили за ней.
«Так это же Самсон!» — подумала Хлоя, чувствуя нарастающий интерес.
Девушка мягко заговорила с ним, назвав его по имени, а Самсон, раздув ноздри, отступил назад. Она подошла поближе.
— Красавчик, — пробормотала она, — хороший мальчик. Ну, расскажи, что случилось.
— Да ничего особенного. Он просто ждет, когда же ты подойдешь к нему поближе, чтобы он смог откусить твою руку, — произнес Дариус, стоя в дверях. — Не советую давать ему такую возможность.
Настала очередь Хлои отступить назад.
— А мне говорили, будто ты уехал в Уорн-Кросс, — сказала она с придыханием.
— Я только что оттуда вернулся. Не могу же я торчать там целый день, даже если тебе этого так сильно хочется! Я и так пробыл там достаточно долго и задал Кросби столько глупых вопросов, что он, должно быть, подумал — Дариус сошел с ума. — Он вошел в конюшню, закрыв собой проход к двери. — Артур ушел обедать?
— Предполагаю, что да, — ответила она и быстро повернулась, чтобы подобрать седло, которое лежало у двери в стойло Ориона. — Я только отнесу седло на место.
— Оставь, — сказал он, — я сам сделаю это попозже.
— Я отнесу, это не проблема.
Дариус слегка развеселился:
— Ой, наконец-то речь идет о проблеме, с которой ты можешь справиться. Но тебе нет нужды волноваться, дорогая. Ты же у нас неприкосновенная, обещанная другому — нашему достойному младшему ветеринару.
— И ты считаешь, что для меня это надежная защита? — слова слетели с ее уст прежде, чем она успела их остановить. — Твой брат тоже так думал?
— Нет, — ответил Дариус очень тихо, — он так не думал. Но тебе не следовало напоминать мне о таком существенном факте — особенно здесь и сейчас.
За этими словами наступила странная тишина. И Хлое показалось — она как будто слышит свое слабое дыхание и чувствует, как кровь течет по ее венам.
— Прошу прощения, — сказала она тихо. — У меня не было права говорить такое и причины тоже.
— Да. Особенно если ты вспомнишь, что между нами было.
Хлоя подняла голову:
— Ты чуть не стал для меня бедствием, Дариус, вот и все! Поэтому хватит притворяться. — Она затаила дыхание. — Если ты подойдешь ко мне ближе, я стану кричать — до тех пор, пока Артур не прибежит ко мне на помощь.
Дариус притих на одно мгновение. Затем демонстративно отодвинулся в сторону.
И когда она прошла мимо него, он тихо сказал:
— Однажды, моя дорогая, ты поймешь, что притворяешься именно ты. И я буду ждать этого момента.
Глава 5
Открыв дверцу машины, Хлоя вышла и вдохнула теплый воздух. Перед ней был спуск к озеру Уилоу. Она медленно пошла по узкой дорожке к воде — до большого плоского валуна. Взобравшись на него, Хлоя села на гладкую поверхность камня, согнув колени и уткнувшись в них подбородком.
Сколько раз она приезжала сюда на велосипеде, чтобы искупаться в глубоких и прохладных водах озера, а затем ложилась загорать на валун!
С этим местом связано много воспоминаний. Оно напоминало Хлое: когда-то у нее была невероятная мечта, которой так и не нашлось места в ее жизни. Это была мечта, которую — слава богу! — стремительно и жестоко спугнули.
Вот только последние годы усилили глубокое разочарование. Теперь приходилось больше думать о своем будущем, которое должно быть стабильным, ведь в этом и заключается настоящее счастье! Следует придерживаться ценностей, на которых она выросла и которые действительно имели значение! В каком-то смысле прошлое преподало ей ценный урок.
