вот и поедем.
Но никуда поехать они не успели, так как зазвонил стационарный телефон, и Морис, сняв трубку, заученно произнес:
– Детективное агентство «Мирослава» слушает.
– Здравствуйте, – проговорил взволнованный женский голос на другом конце провода, – меня зовут Елена Львовна Яковлева, и мне нужно срочно поговорить с Мирославой Волгиной.
– По какому вопросу?
Морис включил громкую связь, и ответ звонившей они уже услышали вдвоём:
– У меня с особой жестокостью убили отца. И я хочу, чтобы вы нашли, кто это сделал.
У Мориса промелькнула мысль, что если они заключат договор с клиентом, то не смогут продолжить поиск вампира. Ему стало грустно, но он всё-таки спросил:
– Кто вам нас рекомендовал?
– Усольцев Павел Трофимович.
И так как Морис замедлился с ответом, женщина быстро проговорила:
– Павла Трофимовича обвинили в убийстве собственной жены, и его адвокат обратился к вам.
Морис посмотрел на Мирославу и вздохнул:
– Да, мы помним это дело.
– Усольцев близкий знакомый друга моего отца, Игоря Валентиновича Павловского, – заторопилась женщина, – я у него работаю, и он посоветовал…
– Работаете у Усольцева? – переспросил запутавшийся в её пояснениях Морис.
– Нет, у Павловского.
Мирослава взяла у Мориса трубку и сказала:
– Здравствуйте, Елена Львовна, это Мирослава.
– Здравствуйте… – Чувствовалось, что женщина растерялась.
Вероятно, она не ожидала, что её так быстро соединят с Мирославой.
– Как убили вашего отца? – спросила Волгина.
– Я не знаю точно, как его убили. Но его разрубленное на куски тело подбросили Ирине Михайловне Валентовой.
– Кто это?
– Женщина моего отца.
– Любовница?
– Я бы так не сказала, – отозвалась Яковлева.
Понимая, что выяснить нюансы возможно только при личной встрече, Мирослава сказала:
– Когда вы можете к нам подъехать?
– Сейчас, – быстро ответила женщина и тут же поправилась: – Точнее, через час или чуть больше. Мне потребуется время, чтобы доехать до вас.
– Приезжайте, – сказала Мирослава и опустила трубку на рычаг.
– Значит, мы остаёмся дома, – скорее констатировал, чем спросил, Морис.
– Значит, – ответила она и добавила: – Кажется, небо услышало твои молитвы.
– Мои молитвы? – не сразу понял он.
– Ну ты же хотел, чтобы по этому делу у нас появился клиент и мы могли бы рыть землю на законных основаниях.
– Мы оба этого хотели, – поправил он.
– Ой ли? – Её правая бровь взлетела вверх.
– У вас этот номер не пройдёт, – заявил он ей серьёзно.
– Какой номер? – спросила она, изобразив полное недоумение.
– Убедить меня в своей святой невинности.
Мирослава весело расхохоталась.
– Я что-то не так сказал? – озадачился он.
– Да нет, для человека, которому русский язык не является родным, ты выражаешься прекрасно. И даже более того.
– Великолепно! – заявил он.
– Можно принять и этот эпитет.
– Кстати, от этих ваших «да нет» и «нет да» любой иностранец может просто свихнуться.
– Но ты же не свихнулся, – улыбнулась она.
– Это только потому, что я с раннего детства слышал рядом с собой русскую речь и сам говорил на русском со своими многочисленными русскоязычными друзьями.
– С русскими? – уточнила она.
– Почему же это именно с русскими? – повёл он своими широкими плечами. – Вы думаете, что для того, чтобы говорить с украинцами, узбеками, грузинами, киргизами, евреями, молдаванами, я учил украинский, узбекский, грузинский, киргизский, идиш, молдаванский и прочее, прочее, прочее?
– А! Вот с прочего-прочего-прочего и надо было начинать! – проговорила она голосом «Чуда-Юда беззаконного» в исполнении Георгия Милляра из сказки «Варвара-краса, длинная коса».
Морис, глядя на неё, не смог удержаться от смеха.
– С вами не соскучишься, – проговорил он, вытирая слёзы.
Будущая клиентка появилась возле их ворот только через полтора часа. Её «Опель» въехал на подъездную дорожку и сразу остановился.
Морис стоял рядом и ждал, пока женщина выберется из салона, потом представился:
– Детектив Морис Миндаугас.
– Елена Яковлева. Простите, я попала в пробку.
– Мы понимаем, Елена Львовна.
– Просто Елена, – сказала она и подумала: «Это он брал трубку. И отчество моё запомнил».
Даже находясь в подавленном состоянии и будучи влюблённой в другого мужчину, она не могла не заметить, как он красив. Но восхищение, всего на миг промелькнувшее в её глазах, тотчас сменилось печалью.
– Проходите в дом. Мирослава ждёт вас, – мягко произнёс Миндаугас.
Он провёл молодую женщину в кабинет детектива и, оставив их наедине, вышел в приёмную. Связь, специально установленная на его столе, позволяла ему слышать всё, о чём говорили люди, находящиеся в кабинете.
– Проходите, садитесь, – прозвучал голос Мирославы, – насколько я понимаю, вы Елена Львовна Яковлева.
– Да, – кивнула женщина и села на стул.
– А я Мирослава Волгина.
– Да, – снова повторила Яковлева.
– Я вас слушаю, – сказала Мирослава, вглядываясь в тёмно-карие глубокие глаза клиентки. Потом взгляд детектива скользнул по небольшому прямому носу, пухлым губам и упрямому подбородку.
Мирослава прикинула, что девушке не меньше двадцати пяти и не больше двадцати восьми лет. И скорее всего, она пока не замужем…
– Моего отца, Льва Сергеевича Яковлева, зверски убили, – начала с самого главного для себя Елена.
– Когда?
– Я не знаю.
– То есть?
– Понимаете, мы с моим молодым человеком Русланом Мищенковым уехали отдыхать в Крым.
– В мае?!
– Да, мы улетели на майские праздники. Так получилось, что у Руслана было десять свободных дней. И меня отпустило начальство. Мы, конечно, не собирались купаться в море, загорать, просто хотелось посмотреть Крым.
– Понимаю. Ваш отец был в курсе?
– Конечно! Он отвёз нас в аэропорт на своей машине и обещал встретить по прилёте назад. – Елена неожиданно смолкла.
Мирослава догадалась, что у девушки перехватило дыхание, и не торопила её.
– Я сейчас, – выдохнула Елена, – просто папа… Мама умерла, когда мне было три года. И меня растил отец. Он и не женился во второй раз из-за меня. Не хотел приводить в дом мачеху. Потом я выросла, – она смахнула слезинку тыльной стороной правой руки, – а папа так и не женился.
– В этом нет вашей вины, – тихо обронила Мирослава.
– Есть, – тряхнула гривой смоляных кудрей Елена, – я ведь не хотела, чтобы он женился! Нет, я никогда не говорила ему об этом. Но папа всё чувствовал сам. – Она тихо всхлипнула, но быстро взяла себя в руки и продолжила свой рассказ: – Короче, мы с Русланом улетели, а папа остался. Мы договорились созваниваться. Я позвонила ему по прилёте в Симферополь, мы мило поболтали и поехали с Русланом в Ялту. Вечером я позвонила отцу из гостиницы, и мы проговорили около получаса. Потом он позвонил мне утром и спросил, как наши дела. Я ответила, что всё отлично. Последний раз я дозвонилась до него в середине следующего дня. А потом его телефон замолчал. Но я не сразу встревожилась.
– Почему?
– Понимаете, у папы есть, – она осеклась, –
