— Так что вы хотите, чтобы я сделал? — спросил Сид, в душе уже смирившись с неизбежным.
— Пожалуйста, не позволяйте ей все отменить, — умоляюще сказала Бланш. — Вы просто не можете уйти, Сид! Я имею в виду, вы ведь никуда сегодня вечером не торопитесь, а?
— Нет. Никуда.
— Слава богу! Ну, так вы сделаете это? Посидите с Рони, чтобы у Лоры не было повода снова все отменить?
— Конечно. Нет проблем. — Сид понял, что сдался. Честно говоря, в глубине души ему самому не хотелось уходить. Сегодня его благородство побило все рекорды. Посвятить целый вечер ребенку и его трудной мамаше, даже не рассчитывая на близость с женщиной в качестве награды!
— Я знала, что вы согласитесь! — Бланш была очень довольна собой. — Вы были так добры ко мне. Могу сказать, что за вашей строгостью и грубоватой внешностью скрывается золотое сердце.
— Э-э-э… — Сид поскреб все еще небритый подбородок.
— Да, я понимаю, — прошептала она тоном конспиратора. — Вы не можете говорить. Теперь нам осталось только уговорить Лору, а это может быть не просто.
— О-о-о, это я могу себе представить, — протянул Сид. К сожалению, Лора была от него не в восторге. С ее точки зрения, он был бродяга-рокер, который сначала смутил ее своим неприличным видом, а потом усилил эффект, посмев открыть рот и разглагольствовать о том, как ей воспитывать своего ребенка.
— Да, девочка бывает ужасно упрямой. Знаете что, а вы сыграйте на ее сострадании ко мне. Скажите, что я чувствую себя виноватой в том, что ее вечеринка сорвется, а врач запрещает мне волноваться.
— Вы имеете в виду того глупца, который считает, что у вас сердце не в порядке? — притворно сурово спросил Сид.
Бланш засмеялась.
— Да, это он, Сид, а вы шутник!
Сид только головой покачал. Вот неугомонная! Но зато какая добрая, благородная душа! Ей невозможно было сказать «нет».
— Ваше желание для меня закон, Бланш, — сказал он. — Только вы уж полегче там. Не все доктора так несведущи, как это кажется на первый взгляд.
— О, вы очень умный, Сид! Ну, я вешаю трубку, а то Лора схватит телефон и начнет со мной спорить.
Сид печально усмехнулся. Увидеть Лору во всеоружии было поистине угрожающей перспективой.
— О'кей. Счастливо, Бланш. — Он медленно положил телефонную трубку, явно раздумывая, как начать с Лорой трудный разговор.
— Она это сделала, да? — глухо проговорила Лора.
— Сделала что? — невинно спросил Сид, поднимая на нее глаза.
Он понимал, что лишь оттягивает взрыв, но ему очень нравилось наблюдать, как Лора медленно закипает. Чудесные голубые глаза горели холодным огнем. Сид легко мог представить, какими они бывают в момент сексуального наслаждения.
Она скрестила руки на груди и теперь смотрела на него в упор.
— Бланш уговорила вас остаться и посидеть сегодня вечером с Рони, чтобы помочь мне.
— В общем, да. Она также просила передать вам, что чувствует себя ужасно при мысли, что из-за нее сорвется ваша вечерника, а для ее сердца вредно волноваться.
Лора воздела руки, окончательно выведенная из себя.
— Ради всего святого, только не говорите, что вы попались на эту банальную чушь!
Сид невольно улыбнулся. Она была очень соблазнительна, когда злилась.
— Поздно. Я пасую перед дамами, попавшими в беду.
— У меня нет никакой беды.
— Вообще-то я говорил о Бланш.
У Лоры вытянулось лицо, она принялась мерить гостиную шагами, невнятно бормоча про себя. Сиду показалось, что это были выражения, совсем не свойственные настоящей леди.
— Советую вам красиво сдаться, Лора, — сказал он. — Я бы поступил именно так.
Она приостановилась.
— Но вы же не хотите сказать, что в самом деле останетесь?
— О, не знаю. У меня нет никаких более интересных планов.
— Во что верится с большим трудом, — ядовито сказала Лора. — Что, разве вас нигде не ждет леди, с ног до головы одетая в кожу? Сегодня, между прочим, субботний вечер!
Сид молчал, пораженный яростной силой ее сарказма. Да, похоже, она с трудом переносит его присутствие.
— И вообще, я совсем не хочу устраивать эту чертову вечеринку! — почти в бешенстве крикнула Лора.
— Почему не хотите?
— Потому!
— Почему потому?
— Потому что не готова к ней. Вот почему! Потому что я не хочу всем улыбаться и делать вид, что… что…
— Что вам уже не так больно при мысли о Роджере? — закончил Сид за нее.
Она остановилась и взглянула на него в упор.
— Как, черт побери, вы узнали о Роджере? О господи — Майкл! Майкл все разболтал обо мне, да? Что вам еще известно?! — Лора была на грани истерики.
— На самом деле Майкл до сего дня даже не упоминал о вас, — тихо сказал Сид. — Да и сегодня он не сказал ничего особенного, кроме того, что вы можете иногда быть крепким орешком. Боюсь, что здесь виновата Бланш. Я и сейчас знаю немного — только голые факты. Должен признаться, я согласен с Бланш. Вы храбро поступили, Лора, когда решили оставить ребенка после гибели его отца. Может быть, даже слишком храбро. Нужно быть таким же храбрым, чтобы заслужить вас.
— О! — Лора задохнулась, лицо ее сморщилось. — О боже! — Она закрыла его руками и бурно разрыдалась.
Сид заскрипел зубами. Судьба явно не благоволила ему сегодня. Тяжело вздохнув, он встал с софы, стараясь не потревожить спящего Рони, и сделал то, что обычно делают мужчины, чтобы успокоить женщину, попавшую в беду.
Он заключил Лору в объятия.
5
Лоре было очень хорошо.
Сид с трудом контролировал себя, изо всех сил стараясь не выйти из принятой им роли благородного советчика.
— Ну, ну, все хорошо, — тихонько приговаривал он, поглаживая Лору по спине. — Поплачьте. Это пойдет вам на пользу.
Сам он не мог плакать, даже когда сходил с ума от горя. Его боль была похоронена глубоко в душе, а на поверхности были только чувство вины, отвращение и гнев.
В конце концов, плакать ему уже поздно. Но женщины — другое дело. Иногда Сид даже завидовал им. Они плакали часто и долго.
— Все хорошо, все хорошо, — автоматически приговаривал Сид, стараясь не думать о ее нежной груди, мягко прижавшейся к его собственной, и не замечать у горла легкого тепла ее дыхания.
Лора знала, что ведет себя абсолютно нелогично, но ничего не могла с этим поделать. Она плакала не столько от тоски по Роджеру, сколько от внезапной горькой мысли о том, во что превратилась ее жизнь. Сочувственные слова Сида, сказанные в ответ на ее грубость, задели ее. Лора вовсе не была храброй, решив завести Рони. Она просто дура! Решение пришло к ней в первые горькие дни после смерти Роджера и было в высшей степени эмоциональным и непродуманным!
