просмотра документации — передо мной взметнулось голографическое меню, которое я лениво пролистал движениями глаз. Все выглядело нормально. Шестая колония порядком разрослась за почти три года существования, и люди плотно заселили семь жилых секторов, в каждом из которых размещалось по несколько тысяч человек. В новом мире жили не только ученые, военные и их семьи, но и их родственники, друзья, просто любопытствующие, туристы и любители нового, промышленники, строители, работяги и все, кому новый мир оказался интересен и показался перспективным в плане карьеры.
Но вот в пятом жилом секторе, где обитали насквозь увлеченные работой физики-практики, продолжали жаловаться на шумы и запахи, местная живность и после вчерашнего инцидента пошаливала, и я сделал в памяти зарубку — стоит туда пару оперативников и стажеров прислать, пусть тренируются. Биологи из третьего сектора хотели сопровождение на какую-то необычную точку на карте, найденную ими недавно с воздуха при голосъемке с дронов. Промышленники из четвертого, которые отвечали за исследование и выпуск в массовое производство вещей, материалов и техники из найденных в новом мире ресурсов и веществ, снова подали заявку на сборную экспедицию в труднодоступный экваториальный участок. Что они там интересного нашли, я предположить не мог и мучился от неудовлетворенного любопытства.
— Макс, зайди, — попросил я в коммуникатор.
Через мгновение в кабинет поскреблись, и ко мне зашла краса всея оперативного отдела в экзоброне. Я невольно залюбовался, хотя недостатка в девушках на Шестой колонии не было.
— Да? — вопросительно подняла брови моя заместительница.
— Смотри, у нас есть заявка от физиков из пятого, не хочешь с ребятами скататься?
— Хочу, — Макс улыбнулась. Ей всегда нравились такие спонтанные выезды: сидеть на месте без дела она не любила. Интересно, она проедется по моей безалаберности в этот раз? — А тебя не возьму, ты без брони.
Ну конечно, кто бы сомневался.
— Можно подумать, броню так долго на себя натягивать. Да я сегодня никуда и не собирался, надо геологам звонить, — делано обиделся я. — И еще мне твой совет нужен. Когда мы сможем разрешить четвертому сектору экспедицию? Промышленники копытом бьют, без нас их не пустят, а мы уже третий раз футболим.
Макс задумалась, прикидывая: текущие заявки новой колонии в пределах жилых поселений и сопровождение ученых были в приоритете, остальные — туристы, промышленники, охотники за впечатлениями и живностью и прочий люд был вынужден ждать, пока мы освободимся. А поскольку весь боевой отдел первопроходцев насчитывал, включая меня, шестнадцать оперативников, и на вызовы мы меньше, чем впятером, не ходили, то очередь могла ждать недели, а то и месяцы, особенно поначалу, пока мы не начали натаскивать новичков.
— Давай подумаем, — Макс неторопливо оперлась на мой стол, глядя в проекцию с заявками. — К физикам я сегодня съезжу, геологов ты вчера, конечно, предварительно согласовал, но раньше чем через неделю второй сектор не соберется, и не мечтай, они там ребята основательные. Промышленники… Если они будут готовы в течение трех дней и сопровождение будет не больше чем на неделю, мы согласны.
— Хорошо, — меня точно уламывать не надо было, и я, отпустив Макс, принялся за звонки.
Геологи, как она и напророчила, запросили десять дней на подготовку. На заднем плане, за проекцией немолодого, но обаятельного руководителя геологического отделения Всемирной ассоциации наук было видно и слышно, как вихрастый молоденький энтузиаст лет двадцати пытается выглянуть из-за его плеча и посмотреть на прекрасного меня и заодно под шумок запросить сроки побыстрее. Третий фигурант разговора, более солидный мужчина среднего возраста, тем временем выловил его за шкирку и тихонько выговаривал про спешку, объясняя, когда она нужна. Мне он показался знакомым, но я не стал заострять внимание, обсудил детали, согласовал сроки и завершил переговоры.
Следующими в плане были промышленники, и тут я был искренне удивлен. Звонок прошел мгновенно, нас ждали.
— Честер, доброго утра! — с голограммы на меня смотрел восточного типажа мужчина неопределенного возраста с идеальной, волосок к волоску, гладкой короткой прической, непроницаемо-темными глазами и совершенно отрешенным от мира сего выражением лица.
Проекцию промышленник выбрал строго деловую — по плечи и, помимо головы собеседника, мне был виден только край дорогого костюма с воротником-стойкой. Я же предпочитал появляться по пояс, чтобы при разговоре были читаемы руки и поза — мне казалось, что так беседа будет строиться более доверительно.
— Доброго, с кем имею честь? — нет, мне было понятно, что на Шестом нас не знают только младенцы, но чтоб сразу в лицо опознать…
— Алан, синдикат «Апостол».
Я подобрался, «Апостол» был мне хорошо знаком — эти ребята помимо прибыли следовали концепции креационизма, и пытались найти доказательства божественного промысла и присутствия Бога в каждой новой колонии. И до Шестого, значит, добрались. Их идей я не понимал, но заявка есть заявка, тем более, что в первую очередь они будут искать не доказательства бытия Божия, а материальные объекты — собирать образцы почвы, растений и животных, делать геологические исследования, наблюдать за здешним биогеоценозом, в общем, пользу приносить и добро учинять. А сведениями они с нами и научным сообществом делиться обязаны априори, так что я был скован бюрократическими рамками, как бы мне не хотелось им в четвертый раз отказать, повинуясь зову интуиции.
— Очень приятно, у нас хорошие новости — если вы успеете снарядить экспедицию в течение трех дней, мы сможем взять вашу заявку на выполнение.
— Отлично! — Алан внешне никак не изменился, будто я ему сообщил не о том, что ожидание длиной в несколько месяцев окончено, а стерилизатор на кухне посуду домыл.
— В таком случае мы начинаем подготовку? И
