построиться цепью и с факелами прочесать всё селение.
Факел очень неудобная вещь для лучника. Либо ты светишь, либо готов стрелять. В нормальной ситуации можно было разбиться по парам где один светит, второй с луком прикрывает. Но цепь из двух факелов? Так что командир послал вперёд четырёх факелоносцев с мечами а сам с полунатянутым луком отправился за ними.
И даже прошёл несколько шагов, когда я, оказавшись в его самой слепой зоне, прямо за спиной, воткнул ему нож в открытую правую подмышку, одновременно зажимая рот левой рукой. А потом, быстро вытащил нож и вонзил в шею.
Правильный способ перерезания горла таков — подходишь к человеку сзади, если он расслаблен и не ждёт нападения, втыкаешь нож в шею, лезвием обязательно от себя, придерживая другой рукой за голову, зажимая рот. А потом пилишь ножом горло изнутри наружу. А если он готов к бою, то сначала нужно вывести его из этой готовности ударом в почку. Но, с последним пунктом, я импровизировал.
Пока пилил глотку вспомнился инструктор спецназа, который проводил семинар в моей космической академии. Учить будущих пилотов настоящему рукопашному бою причин не было, так что нам давали укороченный курс, как подручными средствами справляться с непрофессиональными военными. Всякими там пиратами, террористами и экоактивистами. Ну и тут пригодилось.
На краю сознания мелькнуло окошко с поздравлением об убийстве врага 1 уровня. Смотреть не стал. Потом. Сейчас, нежно опускаю труп на землю, снимаю и одеваю на себя его колчан с шестью стрелами, беру выпавший из рук лук, накладываю стрелу, ещё одну беру в зубы. Иду за четырьмя с факелами, они смотрят вперёд и по сторонам, но не назад. Молодцы.
Сколько у меня времени? Почти две минуты. Мало. Хотя, есть и более простое решение. Оно лежит прямо передо мной. Сажусь на корточки, кладу лук на землю, поднимаю с неё свой скальп и натягиваю на голову.
Малое исцеление.
Мана уходит в ноль, а голове становится гораздо комфортней. Как там говорится, без губ зубы мёрзнут? Так вот, ответственно заявляю, что без скальпа мёрзнет мозг. Снова беру в зубы выпавшую стрелу и тут понимаю, что с шакальей пастью я вполне могу держать и несколько стрел. Беру в зубы три штуки, так чтобы не соприкасались и я мог доставать по одной и отправляюсь вдогонку за людьми.
Мои мокасины совершенно бесшумны, но один рейнджер, второй слева, всё же оборачивается. Получает стрелу между носом и лбом, туда где у высших шаманов открывается третий глаз, вот и ему повезло. Меткий выстрел. Правда и я стрелял с трёх метров. Второй выстрел не такой удачный — тот что слева, дёрнулся и стрела только срезала половину уха. Злюсь и стреляю ещё раз, теперь почти в упор, стрела выбивает ему передние зубы и выходит из затылка.
Двое оставшихся реагируют весьма профессионально. Один прыгает на меня с факелом и мечом, а второй, отбросив факел, берётся за лук и начинает обходить сбоку.
Отступаю, так чтобы нападающий защищал меня своей спиной от лучника и получаю сдвоенный удар — факелом в глаза и мечом в живот. Пытаюсь не выпустить из зрения меч, перехватываю факел правой рукой прямо за горящий конец, а левой, всё ещё сжимающей лук, ловлю лезвие — оно входит меж лучевых костей предплечья и пока я отвожу руку с застрявшим мечом в сторону, он оставляет глубокую царапину на животе. Тем временем рука с зажатым полыхающим куском смоляной пакли впечатывается в лицо врага. Он орёт, отпрыгивает назад, а я получаю ещё одну стрелу в грудь.
Правая рука обожжена, в левой торчит меч, здоровье почти на нуле. Боли почему то нет, наверно обещанные пять минут ещё действуют. Обожжённый рейнджер кричит что ослеп, второй, совершенно невредимый, не спеша накладывает новую стрелу. Конечно, я стою, пошатываясь, прекрасная мишень. Руки не действуют, в пасти стрела… стрела? Поднимаю правую руку — кисть со слезшей кожей, но пальцы немного работают. Берусь кончиками за оперение стрелы, поворачиваю голову боком, приоткрываю пасть и метаю стрелу в лучника, как нож.
Он даже целиться в меня перестал, улыбаясь смотрел, как деревянная оперённая палочка, вращаясь летит к нему. Она в него даже не попала, хоть он стоял метрах в шести, зато меч, который пока он следил за стрелой, я бросил, выдрав прямо из руки вошёл прямо в живот. Он бросает лук и хватается двумя руками за рукоятку — если вытащит и сразу наложит исцеление, то считай, выиграл. Но кто же ему позволит? Подбегаю и бью стопой в рукоять, всаживая меч по самую гарду.
Всё, он труп. Накладываю на себя малое исцеление.
Маны на всё недостаточно.
Вы можете вылечить одно из ранений.
Малое исцеление на правую руку.
Уже лучше, хотя крепко держать оружие всё равно не могу. Тем временем слепой тоже вовсю лечился. Но травмы глаз дают немного более длительные дебафы в темноте, так что он ещё плохо видит. Стоит, выставив перед собой нож и пытается по звукам понять кто кого убил.
Поднимаю брошенный лучником факел — это единственное оружие, которое не требует работоспособной кисти, подхожу к излечившемуся. Он видит факел, видит меня и… пугается. Психологическая травма от огня. Усилим её, делаю выпад по глазам, он закрывает их свободной рукой и ножом пытается отбиться от факела. Глупая затея. Нож выпадает из обожжённой руки — пользуясь тем, что он сам закрыл себе обзор, я просто прижал факел к его руке, а потом начинаю тыкать огнём ему в лицо.
Неожиданно он падает. Вышел из игры. Ну, это тоже засчитывают за убийство.
Вокруг сгущаются тени. Анубис слегка кивает мне и уводит их в темноту.
Вы умерли от ранений.
Вы победили всех врагов племени. Репутация среди шакалолюдей +100 (уважение).
Вы убили 7 человек нулевого уровня и 5 человек 1 уровня в одном бою. Опыт + 570.
Вы убили их в первый час жизни в новом мире. Бонус — опыт удваивается.
Вы убили их во время расовой войны. Бонус — опыт удваивается.
Вы защитили честь детей Анубиса. Репутация с фракцией Смерти +100 (уважение).
Получена пассивная
