Глава 6. Создатели кровавого контента
Я — яблоко. Или апельсин. Или любой круглый фрукт из тех, что висят на ветке. Только я ещё свечусь. Изнутри. Нас тут много. И веток и фруктов. И всё светится. Из меня выходят светящиеся пучки энергетических каналов (?) — не знаю, почему подумал о каналах, по виду похоже на светящиеся трубки, тянущиеся внутри прозрачных веток. Да, всё Дерево, все ветки и фрукты на них прозрачны, просто светятся внутренним светом.
Нет, это не свет, это моя энергия поймана внутри круглой маленькой сферы. Нет, я и есть эта энергия… я? Что есть — я? Или кто? Я это осознание. Тот, кто осознаёт это дерево, яблоки и энергию? Но если энергия это и есть я, то что такое дерево? И кто кому отдаёт энергию?
Просыпаюсь. Чёрт бы их всех подрал. Чтоб я ещё раз заснул в сфере!
Вылезаю из неё и иду в душ. Хотя, это скорее психологическая необходимость. В старые времена, во время эволюционных прорывов из тела с потом выходила всякая дрянь, после чего приходилось выбрасывать игровой костюм. А в сфере эволюции используются нанотехнологии, которые растворяют все выводимые токсины, оставляя кожу и одежду чистыми. Прогресс, однако.
— Как спалось? — спрашивает Локи.
Что-то он подозрительно добрый сегодня. Это не к добру.
— Отлично. Приснилось что я яблоко на громадном древе.
— Познания добра и зла?
— Нет, скорее это был Иггдрасиль. Не заговаривай мне зубы. Что случилось?
— Ты попал в новости.
— В какие?
— В Кровавые!
— Да иди ты! В галактические?
— Ну, не так круто. В местные.
— Это тоже замечательно! Буду богатым и знаменитым. Или наоборот.
— Ага, — не очень уверено соглашается он, — тебе виднее.
— Как там с нашей репутацией? Добились ненависти?
— Об этом не беспокойся. Приводи себя в порядок и иди на кухню. Там тебе и завтрак и новости.
…
— Тебе всю программу или только касающуюся тебя?
— Только меня.
Напротив настоящего кухонного стола (сейчас мало кто знает, но раньше есть на кухне было признаком естественного образа жизни) появляется объёмное изображение дерева (опять дерево — совпадение?) со свисающими с его ветвей, подвешенными за ноги связанными человеческими фигурами. Подробностей не видно, но я знаю, что у них перерезаны глотки, а стекающая с них кровь собирается в логотип старейшей новостной программы в Квантовом мире — «Кровавые новости».
Картинка пропадает и вместо неё прогружается чёрно-красная-белая студия. На чёрной стене, являющейся по совместительству объёмным экраном изображён уже видимый логотип, только с припиской — «Спящего разума».
— Сейчас будет новость из главного офиса, — предупреждает Локи, — за просмотр без неё с тебя спишут 10 социальных очков, а мы и так поиздержались.
— Хорошо, посмотрим.
Прямо передо мной появляется белый, в виде изогнутого клыка стол с двумя ведущими — демоницей и высшим вампиром. Вампир в чёрном смокинге и белой рубашке, демоница в красном платье с чёрными длинными волосами и небольшими рожками.
— С вами, в старейшей новостной программе Квантового мира, Кровавые Новости, в студии великого Спящего разума ведущие — Мэри, — вампир показал на демоницу, — и Паша! — демоница показала на вампира.
— А теперь, сразу, с места в карьер, — объявляет вампир, — новость о нашем старейшем логотипе. На нашу компанию подали в галактический суд по правам человека. Неким гражданам с гипер активной позицией не нравится расовое единообразие нашего кровавого дерева!
— Точнее не нашего, — вмешивается демоница, — а Жертвенного дерева кровавых эльфов, которое со времён Квантового Апокалипсиса является эмблемой нашей программы!
— И вот эти исторически неграмотные личности, — продолжает вампир Паша, — протестуют против того, что все жертвы на Древе — кровавые эльфы! Будто они могут быть кем-то иным!
— Да! — поддерживает своего партнёра рогатая, но очень красивая ведущая, — наша редакция выступает за сохранение историчности и традиций коренных народов, существовавших задолго до Апокалипсиса! Но так же мы выступаем за уважительное отношение к нашим зрителям. И хотя нам плевать на альтернативно одарённых сутяжников, мы предлагаем вам прямо сейчас проголосовать за один из предложенных вариантов нашего логотипа.
— Вариант первый, — объявляет вампир и на экране появляется всё тоже дерево с теми же жертвами.
— Вроде ничего не изменилось? — уточняет у него Мэри.
— Изменился сам подход! Если приблизить изображение, — дерево сразу приближается и на экране остаётся только одна ветка с тремя повешенными эльфами. — Вот видишь, — поясняет Паша, — теперь они не просто истекают кровью, они улыбаются! А это значит, что то, чем они тут занимаются — их личное, добровольное дело!
— Давай посмотрим второй вариант, — говорит демонеса. — Всё таки расовое единообразие некуда не делось!
— Второй вариант, — объявляет вампир и на экране оказывается дерево с эльфами разного цвета кожи. От белого до чёрного, включая серый оттенок. — Теперь, — объясняет он, — у нас на дереве все расы эльфов! Кровавые, светлые и тёмные. Даже несколько сумеречных!
— Но, — показательно хмурится ведущая, — не станут ли нас обвинять в дискриминации метисов?
— Возможно. Но в третьем варианте, — Паша показывает на новое дерево на экране, на котором повешенные стали сильно разниться по росту и телосложению, — у нас кроме всех эльфийских рас представлены и все возможные субрасы полуэльфов!
— А теперь, — продолжает настырная демоница, — не придёт ли в голову этим креативно мыслящим личностям, обвинить нас в пропаганде превосходства эльфийской расы? Раз никто, не связанный с эльфами, на наше Древо не допущен?
— Для этого существует четвёртый вариант! — Вампир устало махает рукой и на дереве оказываются представители всех рас и субрас магической части Квантового мира.
— Что-то их очень много, — жалуется демоница, — действительно, количество повешенных увеличилось почти в десять раз, а само дерево вымахало до размеров баобаба. А уж стекающей по нему крови стало достаточно не только для прорисовки громадных кровавых букв логотипа, но и для вызова Кровавого Сотоны. Раз этак девять.
— Даже для меня, — признаёт вампир, — крови многовато. На счастье, есть ещё пятый вариант. Может, он удовлетворит всех. — На экране появляется обычных размеров дерево со свисающими с него обычными, но разнообразными жертвами. —
