Люсьена? Среди них Леон Блюм (
Léon Blum), Куртелин, Анатоль Франс, Октав Мирбо, Жюль Ренар, Лоран Тайяд (
Laurent Tailhade)[16]... Некоторые из них уже известные авторы, но все они могут похвастаться грозным званием полемиста. И страсть, которую они обычно вкладывают в мир искусства и письма, через недели, месяцы и годы будет постепенно переходить к борьбе дрейфусарда. Они вложат в неё задор, необычайное рвение, которые заставят восхищаться Люсьена.
Его репутация велика, его имя авторитетно, поэтому его друзья используют его, чтобы подписывать петиции: «Люсьен Гитри с нами!» Но он позволяет это делать, он позволяет говорить, потому что в любом случае он твёрдо убеждён, что капитан Дрейфус — невиновный человек, заслуживающий справедливости.
Саша, следивший за ходом «Дела» во времена юности, вспомнит об этом, когда, при Освобождении, почувствует, что становится искупительной жертвой очищения. Но мы ещё далеки от этого...
2
Лорси
Если бы ты знал, как мало нужно, чтобы быть счастливым!
Саша Гитри, «Мой отец был прав»
В марте 1900 года, ровно 15-го числа, Люсьен и Сара впервые после шести бесконечных месяцев репетиций сыграют «Орлёнка», новую пьесу Эдмона Ростана. Несколькими неделями ранее Саша отпраздновал свое пятнадцатилетие. Теперь это молодой человек привлекательной внешности, который чаще бродит по кулисам театра «Ренессанс», чем по коридорам учебного заведения, где встретить его — задача не из лёгких. Театр привлекает его всё больше и больше, но он медлит с признанием своему отцу, что хочет пойти по его стопам, всё-таки опасаясь сдержанного приёма...
Однако другое, куда более значимое, беспокоило его. Разговоры друзей отца о женщинах, пусть даже очень грубые, привели к тому, что он охотно исследовал бы тайны этих очаровательных созданий. Жан, который старше него только на два года, уже бегает за ними с большим успехом. Но он не хочет обременять себя младшим братом в своих ночных похождениях, которые ему стоят бурных сцен с матерью. Она не выносит того, что расценивает как распутную жизнь.
Поэтому Саша приходится выпутываться самому, и эта перспектива его совершенно не радовала, но вскоре один из его товарищей по лицею Марио, некто Колен (Colin), согласился сопровождать его в этом предприятии, которое должно было приоткрыть эти самые женские прелести самым что ни на есть интимным образом...
Встреча с женщиной для этих единомышленников не любовное свидание, а, скорее, вопрос денег. Это правда, что мы живём в то время, когда большинство молодых людей из буржуазных семей лишаются невинности «девочками» в заведениях, стыдливо называемых «закрытыми», часто по инициативе их отцов. Однако, поскольку Люсьен не часто бывает в этих специализированных заведениях и, конечно, не горит желанием это обнаруживать, Саша не мог на него рассчитывать... Он также не видит себя стучащим в дверь борделя, поскольку опасается, что щёки его могут приобрести такой же красный цвет, как цвет фонарей у входа. Нет, он должен найти что-то ещё.
Как Саша мог заметить, отец его легко добивался успеха с молодыми актрисами, желающими сделать карьеру, он сказал себе, что, вероятно, ему было бы достаточно пригласить одну из них на обед в отдельном номере, чтобы наконец испытать тот экстаз, о котором Жан часто говорил, глядя на него одновременно с надменным и насмешливым видом.
Собрав сумму в 30 франков, двое парней набрались храбрости и в конце спектакля отправились встречать одну из самых известных молодых премьерш «Мулен Руж», Мелиниту (Mélinite), которая позже взяла псевдоним Джейн Авриль (Jane Avril)[17].
Саша тайком проскальзывает за кулисы и между двумя номерами входит в гримёрку Мелиниты. Заикаясь, он спрашивает её:
— Для моего друга Колена и меня было бы большой честью пригласить вас на ужин после представления.
Джейн Авриль посмотрела на этого молодого человека, который ей показался старше своих лет, и ответила немного сухо:
— Да, может быть... Но мы увидим это после спектакля, если у меня не будет никого другого.
В полночь ревю заканчивается, и, поскольку ни один претендент не пришёл, она, наконец, решает пойти с двумя юношами на ужин. Итак, вот они, с объектом вожделения, в отдельном кабинете хорошего парижского ресторана, дегустируют несколько блюд, запивая шампанским.
Атмосфера становилась всё напряжённее, а двум юношам было трудно «играть во взрослых» и поддерживать непринуждённую беседу. Актриса начинает задаваться вопросом, что она здесь делает, и уже сожалеет о том, что ввязалась в эту историю. Чтобы изменить ситуацию в свою пользу, Колен, говоря о театре, внезапно намекает на отца Саша, но не упоминая имени прославленного актёра. Это, кажется, наконец, вывело Джейн Авриль из оцепенения. Она обратилась к Саша:
— А как зовут твоего отца?
— Люсьен Гитри.
Услышав имя Гитри, юное создание чуть не задохнулось! Опрокинув в себя бокал шампанского, чтобы оправиться от нахлынувших эмоций, она преподала Саша урок:
— Ты сын Гитри, и ты не можешь найти ничего лучше, чем таскаться в «Мулен Руж» за девочками! Но сколько вам обоим лет, наконец?
— Пятнадцать лет, мадам...
— Пятнадцать лет, и вы гоняетесь за танцовщицами! Но вы могли наткнуться на кого угодно, и всё могло очень плохо кончиться. Ты представляешь, что подумали бы твои родители, если бы узнали, что ты здесь! Сын Гитри шляется один среди ночи! Ты сбежал из дома, полагаю?
— Эээ... нет. В действительности, мы пансионеры в частном учебном заведении XVI века, и мы... самовольно отлучились...
— Всё лучше и лучше!
И после хорошего урока морали Джейн Авриль берёт на себя обязанность самой проводить озорников посреди ночи к дверям пансиона Марио. Горькое разочарование для Саша, который и в этот раз не откроет для себя столь долгожданное блаженство...
Возможность представится следующим летом. Его дед Рене де Пон-Жест, обеспокоенный здоровьем дочери, снял тихую виллу в Дьеппе (Dieppe). Саша живёт с ними, и ему тоскливо на этом принудительном курорте. Чтобы отвлечься, он заинтересовался сплетнями слуг, особенно теми, что касаются соседнего дома, где живёт девушка, которая представляется ему совершенно неземной... Домашние не говорят открыто в присутствии Саша, но он легко понимает, что это создание его мечты не очень застенчивая женщина, и многие мужчины, кажется, крутятся вокруг неё.
На самом деле речь шла о кокотке, содержанке господ более-менее приличного достатка, которая никогда не говорит «нет» и некоторым другим. Конечно, это происходит в достаточно закрытой, очень буржуазной среде, а остальные жители квартала делают вид, что ничего не знают... Всё дело в терпимости!
Саша повезло, что окна его комнаты выходят на окна девицы, рассматриваемой в качестве кандидатки. Он узнал, что её зовут Одетта Валери (Odette Valéry). Часто он видит её в более или менее лёгкой одежде через оконные стёкла... Это его беспокоит так, что он теряет сон и придумывает тысячу хитростей, чтобы добраться до неё. Но он чувствует себя немного беспомощным в создавшейся ситуации и не может решиться пойти и позвонить ей в дверь, чтобы потом не начать жалко заикаться, если она согласится принять его.
В
