моего имени….
Далее друзья вспомнили молодые годы, пожаловались на день сегодняшний, попили чай, и Николай Игнатьевич покинул этот красивый и уютный дом.
Решив не откладывать на потом свое расследование, Руденко сразу же позвонил еще одному асу швейпрома, Сергею. Это его координаты сообщил судье Владимир Петрович. Назначили встречу, и через час сыщик снова вертел перед глазами специалиста свою неприкасаемую улику.
– Да, это наше, – начал Сергей, – мы покупаем ткани в Нидерландах, ну, и попутно, берем там нитки. Это оттуда. Пуговицы «ZUKO» с другого места. Вот и получилась рубашка. Маловероятно, чтобы кто-то повторил такую комбинацию. Да и рынок я знаю.
– А куда попадает ваша продукция?, – поинтересовался Николай Игнатьевич.
– Этой партии было немного. Всю продаем на рынке, в нашем магазинчике, – ответил Сергей.
– Сережа, большая к вам просьба. Нельзя ли переговорить с продавцами, может быть, они помнят покупателей. Разыскиваем одного из владельцев этой интернациональной рубашки, – продолжал Руденко.
– Никаких проблем. Продавец там один – Светлана. Думаю, вспомнит, так как реализация не очень. Почти все висит, не сезон, – подытожил собеседник.
Поблагодарив Сергея, Николай Игнатьевич решил на сегодня закончить свои изыскания и с усталостью побрел к автомобилю. Домой.
За ужином он подробно рассказал Ирине Сергеевне о событиях дня – о своей, так и не разгаданной тревоге, об убийстве, о найденной пуговице и о том, куда он дошел, идя за пуговичкой, как за клубочком. О надувном шарике с бензином судья промолчал.
– Неугомонный. Тебя, наверное, только танк остановит, – очень спокойно, как всегда, прокомментировала сообщения мужа Ирина Сергеевна.
– Раз уже начал, надо до конца размотать этот клубок. Наверняка в милиции сделают фото всех подозреваемых с видеозаписей. Попроси у Левченко по одному экземплярчику и вперед к своей Светлане Швейпромовне. Может и узнает преступника. Это хороший шанс, – так же ровно, как и в начале, проговорила жена.
– Не буду даже и восхищаться. Так уже стало привычно получать ценные данные и указания от подчиненных, – с радостью завершил тему сыщик-любитель.
… Утром Руденко, как дежурный по райотделу, у входа в здание встретил эксперта Сергеева и виновато произнес:
– Иван Семенович, извините. Вчера нашел пуговичку в коридоре супермаркета. Немного задержал, но следов своих не оставил, она все время была в пакетике. Не говори Левченко.
– Детский сад. Николай Игнатьевич, вам что, буквы латинские понравились или слово, – улыбаясь ответил Сергеев, – плохо, что потеряли время, но не переживайте, сейчас проверим. На ней могут быть отпечатки преступника.
Потом, кстати, выяснилось, что никаких следов и отпечатков на найденной пуговице не обнаружили.
Следующим, кого ждал Николай Игнатьевич, был Левченко. Когда он появился на горизонте, Руденко поспешил навстречу и, не давая следователю опомниться, быстро и напористо зачастил:
– Александр Юрьевич, доброе утро! Две минутки. Просьба. Чувствую, будет результат. Пока без подробностей. Есть одна ниточка, пока оборванная, но с вашей помощью она может привести к убийце. Нужны фото подозреваемых лиц с видеокамер магазина. Думаю, вы, как опытный опер, уже подготовили себе такую подборочку. Александр Юрьевич, гарантирую конфиденциальность. В случае успеха все результаты вручаю вам.
Что мог ответить пенсионеру опытный сыскарь в данной ситуации?
Да, он так и ответил:
– Сейчас вынесу.
Вручая копии, Левченко все-таки прокомментировал:
– Николай Игнатьевич, хочу напомнить, что на этих фото может быть только один преступник. Может быть! Все остальные невинные люди. Не допустите утечки и не потеряйте эти копии. Жду с докладом.
Всего было двенадцать снимков. Хотелось бы иметь изображения лучшего качества. Мужские разные лица – без бороды и с бородой, без усов и с усами, без очков и в очках, молодые и зрелые… Кто-то из них мог быть убийцей, а мог и не быть. Просматривая изображения, Руденко снова почувствовал волнение. Да что так тревожит. Или кто?
Поблагодарив следователя, Николай Игнатьевич сел в машину и поехал в город на рынок.
Магазин со Светланой, по наводкам Сергея, нашел быстро. Войдя в торговый зал, Николай Игнатьевич первым делом пробежался взглядом по вешалкам и стеллажам. Найдя знакомые буквы, перевел взгляд на продавщицу. Он тут же вытащил перед девушкой пакет со снимками:
– Света, извините, что отвлекаю. Нужна ваша помощь. Не узнаете ли на этих картинках мужчину, который покупал у вас, допустим в последний месяц, вот такую рубашку. И сыщик указал на рубаху с надписью «ZUKO» на пуговицах.
Светлана, большую часть рабочего дня пребывавшая в одиночестве, с азартом отнеслась к просьбе Николая Игнатьевича. Подойдя к окну, она начала внимательно всматриваться в снимки. Первый просмотр был обзорным и быстрым. Затем выборочным – на некоторых задерживала внимание. В итоге она вернула пакет, мгновенно сникшему было, Николаю Игнатьевичу и после некоторой паузы произнесла:
– Номер семь.
Как сник, так и оживился. Руденко быстро нашел нужный снимок и начал всматриваться в, не очень четкое, как по качеству, так и по ракурсу, фото предполагаемого убийцы. Он его не знал и никогда не видел в поселке, но что-то снова заставило волноваться. Борода, усы, большие очки, надвинутая на лицо кепка – все это скрывало неопределенный возраст и лицо этого человека.
– Света, вы не представляете, как вы нам помогли. Не знаю, как благодарить. Спасибо вам, – Руденко слегка пожал руку девушке, попрощался и поспешил к автомобилю.
Левченко, после полученного телефонного звонка и сообщения о поездке Николая Игнатьевича, с нетерпением ждал сыщика. Когда тот появился, следователь первым нетерпеливо произнес:
– Ну, где наш враг? Показывайте, Николай Игнатьевич.
Затем он долго и внимательно изучал фото и, наконец, высказался:
– Очень ценная работа. Спасибо, Николай Игнатьевич, за помощь. К сожалению, для беседы мало времени. У нас ЧП. Сегодня ночью кто-то пытался проникнуть в райотдел милиции. Дежурный услышал непонятный шум во дворе с правой стороны здания. Освещенность там слабенькая, видеообзора нет, за условным ограждением ничейная на сегодня территория бывшей почты со старыми постройками. Дежурный со двора подошел к этому месту и увидел на земле возле ограждения лестницу. Мы до сих пор не можем понять, что бы это значило. Там до сих пор работают наши.
Далее. Утром к нам пришла жена Ворвуля, немного взволнованная и испуганная. Кто-то ночью пытался проникнуть в ее сарайчик. Она так перепугалась, что побоялась даже звонить в милицию. Ей казалось, что ее услышат и нагрянут в дом. Мельком увидела в темноте какие-то силуэты и слышала возню возле двери хозпостройки. Ранее, при Ворвуле, там и замка не было, но после его ареста жена позаботилась о своей безопасности и сохранности имущества.
И последнее. Николай Игнатьевич, мы вынуждены перед вами извиниться. Не знаю, правы ли мы
