— Да, это действительно бывает, — неохотно признала Флориан. — Но вы же меня знаете, к тому же вы — друг семьи. Уж не думаете ли вы…
— Флор, вы не можете сказать, что мы знаем друг друга со времен Адама, — цинично отмахнулся Рок, проходя в дом и бесцеремонно оттирая Флориан в сторону. — Что же касается друга семьи… — он поймал быстрый взгляд Ирэн, и в его глазах загорелись иронические искорки, — то и это вряд ли. А вам пора навестить отца. Вы ведь для этого приехали, — сухо сказал Рок и, не оглядываясь, пошел в сторону кабинета. — Кстати, как долго вы собираетесь здесь пробыть? — спросил он, останавливаясь в дверях и глядя на несмирившуюся с отказом Флориан.
— О, сколько угодно… — с пробудившейся надеждой улыбнулась та.
— Тогда уверен, мы еще встретимся.
Рок плотно прикрыл дверь и посмотрел на Ирэн.
Она спокойно выдержала его взгляд. Ирэн чувствовала себя ужасно неловко, но твердо решила, что первым должен заговорить мужчина. Теперь, когда Арнольд опять был рядом, она вновь ощутила его пугающую силу и необъяснимую власть. Ирэн с изумлением думала о том, что еще никогда не встречала человека, исключая отца, который так самоуверенно, не сомневаясь в успехе, пытался подчинить ее себе. Еще утром во время телефонного разговора она была настроена более чем примирительно. Сейчас от ее миролюбия почти ничего не осталось.
— Прошлым вечером я вел себя не лучшим образом, — нарушил становившееся уже невыносимым молчание Рок. — Мое поведение вполне можно было бы расценить как грубость и невоспитанность, если бы не одно оправдывающее обстоятельство — оно было спонтанным, я сам не ожидал, что меня так потянет к вам.
Такое признание было для Ирэн полной неожиданностью. В растерянности она тупо смотрела на Рока, не в состоянии произнести ни слова.
— Вы очень на меня сердиты? — спросил Рок.
— Я…
Ирэн смущенно замолчала. Она вспомнила, как накануне набросилась на него, оскорбила, устроила безобразную сцену. В самом дурном сне она не могла представить, что способна на такое. Рок блестяще вышел из этой ситуации. Он действовал хладнокровно, умно, и поцелуй его был таким приятным.
Скорее всего, он сделал это не ради удовольствия, а в наказание за необоснованные обвинения, так сказать, преподал ей урок дисциплины. Другое дело, как ошеломляюще это на нее подействовало, думала Ирэн, молча раскладывая на письменном столе отца приготовленные бумаги.
— Я не сержусь на вас, — тихо сказала она после долгой паузы. — Знаю, что сама вела себя неправильно. Главное, что вы все-таки приехали и пытаетесь помочь. Поверьте, я высоко ценю ваш поступок.
Обернувшись, она увидела, что на какое-то мгновение лицо Рока приняло выражение, ранее ей незнакомое. Она успела заметить его уязвимость, даже неуверенность. Но он заговорил, и иллюзии исчезли. Его голос снова звучал холодно, сдержанно. Словом, он был опять таким, как всегда.
— Вы не могли бы заварить чашку кофе, пока я посмотрю все это? — попросил он, не глядя на нее, поскольку все его внимание было сконцентрировано на бумагах. — Когда закончу, мы поедем обедать, а затем сделаем копии документов.
— В этом нет необходимости, — смущенно сказала Ирэн. — Вы просто вернете их, когда они станут не нужны.
— Мы сделаем копии после обеда, — тихо повторил Рок, подняв голову и отрываясь на мгновение от бумаг.
Кажется, Флориан права, подумала Ирэн, быстро выходя из комнаты. Эти серые глаза кого хочешь сведут с ума. Арнольд — не просто хорош, он — слишком хорош и, без сомнения, знает об этом. Она представила, какие женщины охотятся за ним…
Когда она вернулась, на ее лице уже не осталось и следов расслабленной мечтательности. Карие глаза смотрели уверенно и твердо. Она не забыла день их знакомства и знала, что Рок на самом деле представляет из себя. Он действительно интересный мужчина, но она не может испытывать никаких чувств к человеку, воплотившему в себе все самое худшее, что она так не любит в людях. И она не так наивна, чтобы не понимать стиль его жизни. Уже то, как он ее поцеловал, говорит о многом.
В двенадцать они вышли из дома. Был солнечный морозный день. Черные ветви деревьев резко контрастировали с покрытыми чистым снегом лужайками и ярко-голубым небом.
— Какая красота! — невольно воскликнула Ирэн, глядя на прекрасную в любое время года Филдстоун. — Как в сказке!
— Да, как в сказке, — густым, низким голосом согласился Рок, внимательно глядя ей в лицо. Подойдя к машине, он открыл дверцу и добавил равнодушно: — Но дороги в такие сказочные дни весьма опасны.
От его изучающих глаз Ирэн стало не по себе, и она сделала глубокий вдох, стараясь успокоиться. Все, что произошло вчера, должно послужить предостережением. Надо как можно дальше держаться от этого человека, не только избегая физических контактов, но и стараясь не поддаваться его психическому воздействию. Она полностью отдавала себе отчет в том, что, несмотря на всю внешнюю холодность и угрюмую властность, Арнольд излучал особую ауру, способную очаровать и пленить любого человека.
— Итак… — Рок вывел «мерседес» на автостраду и, быстро взглянув на Ирэн, полностью переключил внимание на дорогу. — Расскажите немного о себе.
— Мне двадцать три и последние два года я работаю учителем.
— В какой школе? — быстро спросил Арнольд.
— В Скайвью.
Она не думала, что ему знакомо название этого квартала Ривердейла, но он утвердительно кивнул.
— Вы знаете ее? — удивилась Ирэн, и он снова кивнул. — Отцу не понравилось, когда я согласилась там работать, — грустно призналась она, все еще переживая из-за резко отрицательного отношения Альберта к ее профессии. И замолчала, подумав, что, наверное, Рок придерживается таких же взглядов. — Он считает, что мой выбор говорит об отсутствии честолюбия. У меня приличный диплом, и отец полагал, что я могла бы найти себе применение в другой области. Но мне всегда хотелось работать с детьми. К тому же эта школа расположена близко от дома. Мне там сразу понравилось и нравится сейчас.
— Значит, вы сделали правильный выбор, — холодно подвел итог ее собеседник. — Кстати, какие предметы вы преподаете?
— Математику и химию.
— Это серьезно, — слегка улыбнувшись, похвалил Рок. — Но еще серьезнее то, что вы самостоятельно избрали жизненный путь и занимаетесь тем, чем, по-вашему, вы должны заниматься. Уверен, что ученики такого же о вас мнения.
После этих слов Ирэн почувствовала, что больше неспособна сердиться на Рока. Впрочем, может, здесь применен хитрый прием? Неужели он и в самом деле так думает? Рок, безусловно, невероятно тщеславный человек, иначе он не добился бы так многого в свои годы.
