- Мы улетели далеко,- сказал он. - Надо вернуться.
- Зачем? Я не хочу возвращаться к солнцу.
- Мы черпаем силу от планет. Удаляясь же от них, слабеем. И солнце невиновно, Ксения. Милая! Любимая моя! Все прошло!
Впереди только счастье!- Он поцеловал ее, она почти не ответила, но стала покорной в его руках.-На Земле есть одно местечко в конце двадцатого века, где мы с тобой любили проводить время. Летим туда.
Ксения кивнула. Ей стало все равно.
- Тогда закрой глаза и представь, что мы на Луне, на той поляне, где встретились сегодня.
Она подчинилась. Музыкант прошептал какое-то заклинание и, открыв глаза, они увидели себя на лунной поляне.
Взявшись за руки, они оттолкнулись от лунной поверхности и полетели к земле. Музыкант уверенно пикировал, Ксения следовала за ним.
11.
Скоро они оказались на пустынной городской улице. Было пасмурно. Шлифованный гранит зданий висел в насыщенном влагой воздухе печальной и загадочной нотой. Казалось, атмосферой этого города была холодная высокомерная грация.
- Мы бывали здесь часто,- сказал Музыкант.- Особенно вот в этом баре. Заходи.
Он что-то сунул швейцару, и они оказались в невероятно прокуренном помещении. Облака дыма порою открывали для обозрения висящие на стенах таблички" У НАС НЕ КУРЯТ".
Лампочки были упрятаны в какие-то странные деревянные плафоны. За грязными столиками сидели люди, в глубине располагалась эстрада.
- Вам место?
- Да, поближе к сцене,- Музыкант сунул официанту деньги,- и для начала шампанского и закуску.
- О'кей. Пройдите за мной.
Столик у сцены был тотчас освобожден, официант с вежливой улыбкой отодвинул стулья: его согревала через карман сотенная бумажка. Они сели.
- Узнаешь? - спросил Музыкант.
- Пока нет, но свинство замечательное!
- Ну вот! Ты совсем прежняя! - Ксения рассмеялась. Ей было хорошо.
Принесли шампанское. Они выпили за встречу. Музыкант спросил у официанта, что сегодня в музыкальной программе.
- О-о! Сегодня "Дриимз"!
- Это удача.
- Да, и редкая.
- А что зто "Дриимз"?- спросила Ксения.
- М-м, это привидения. Наверняка среди них есть твои знакомые. Им тоже нужно, чтобы о них помнили, вот они и подрабатывают, по здешним понятиям, бесплатно.
Эстрада осветилась. На сцене показался человек во фраке и развязно произнес:
- Друзья, сегодня мы снова собрались здесь, чтобы пообщаться, повеселиться и отдохнуть. Я вижу, здесь есть поклонники потустороннего рока. Их еще ждет сюрприз. А пока группа акробатов " ЛЕТАЮЩИЕ СКЕЛЕТЫ"!
Кое-кто эааплодировал; видимо, группу знали. Против ожидания, номер отнюдь не был отталкивающим. Скелеты были симпатичные, и летали хорошо. Правда, один развалился, но его тотчас снова собрали, и он продолжал, как ни в чем не бывало, порхать по сцене. Номер закончился.
Кто-то догадался включить вентиляцию, в воздухе посвежело.
- Ну как тебе, нравится?
- Довольно странное зрелище. И совсем не веселое,- ответила Ксения.
- Похоже, им тоже не очень нравится,- публика неохотно аплодировала, многие невозмутимо потягивали из литровых кружек, их нисколько не заинтересовало происходящее на сцене.
Снова появился человек во фраке и крикнул:
- А теперь Вы можете потанцевать! Рок-группа "Дриимз"!!!
На сцену вышли пять привидений. Одно большое, мощное, покрытое дырявым капюшоном и не менее дырявым плащом, несло клавишные, другое - морковка с ручками - село за ударник.
Вышли еще двое с гитарами, отдаленно похожие на средневековых рыцарей, и последним на сцену вылетел Слонозмей, держа в хоботе микрофон.
- Тот, большой,- Великий Могол, гитаристы Ричард Первый и Вильгельм Завоеватель,- пояснил Музыкант,- а солировать будет Слонозмей.- Музыкант приветливо помахал солисту рукой, и тот кивнул в ответ, подмигнув Ксении.
- Узнаешь?- спросил Музыкант.
- Еще бы!- то ли от шампанского, то ли от атмосферы, царящей в кабаке, ей становилось все веселее.
- Как Вам известно, поем мы на полузабытом английском,- сказал Слонозмей.- Но танцевать под такую музыку вполне можно!
Кое-кто уже вставал со своих мест, преимущественно молодые парочки.
- Пойдем, потанцуем?- предложил Музыкант.
- Пойдем! Сто лет не танцевала!
- Сначала мы исполним адский шлягер шестидесятых годов "Любимое привидение". And one, two, three, four!-и Слонозмей запел зажигательный рок-н-ролл.
- Нравится? - крикнул Музыкант сквозь гремящие ноты.
- Очень! - Ксения была прекрасна, она словно стала частью звучащей музыки, ее гармонией, ее сутью. Музыкант все больше узнавал в ней ту прежнюю Ксению, которую столько лет помнил и, наконец, обрел.
Музыка закончилась аплодисментами. Женщины визжали.
- Еще, Слонозмей!
- Еще!
В отставшей от мира Российской Империи такая музыка находила себе все больше поклонников.
- Сейчас композиция в стиле хард-рок "Дрожащая ягодица"!- крикнул Слонозмей и начал летать по сцене, словно подбрасываемый звуками ударника. "О чудак-человек! Почему при встрече со мной у тебя так дрожат ягодицы? кричал Слонозмей на полузабытом английском.- Наверное, потому, что ты меня боишься!"
- Наконец!.. Наконец мы исполним Вам песню, нашу новую, можно сказать, лирическую песню "Я выпью с тобой, крошка, если ты меня не испугаешься".
Композиция началась с соло Ричарда, звуки его гитары были слегка печальны, но уже таили в себе какие-то искорки зажигательного ритма, и вот вступил ударник и мелодия понеслась по кабаку, сшибая стулья и вовлекая в бешеный танец всех, кто попался на пути. Композиция была сумасводящей.
Теперь уже танцевали и стар и млад, за столиками никого не осталось. Во время припева, который в переводе звучал:"Если ты испугаешься меня, с тобой выпьет кто-нибудь из моих приятелей" все хватались за руки и, расшвыривая столы, начинали изображать некое подобие русского хоровода.
Музыка кончилась. Счастливая и уставшая Ксения опустилась на предусмотрительно поднятый Музыкантом стул.
- Ффу! Мне никогда не было так весело!
Музыкант, довольный, засмеялся.
- Я счастлив, Ксения...
Они ушли оттуда поздним вечером. Под конец Музыкант подозвал Слонозмея, и они выпили за добрые старые времена, когда привидениям не надо было зарабатывать на жизнь таким образом - достаточно было появиться один раз в столетие, и все говорили об этом без умолку.
- Я не жалуюсь,- говорил Слонозмей,-Мне Вильгельма с Ричардом жалко. У Могола предки могучие, он блажит, а они ведь существуют только по протекции Шуры Македонского, и положение у них безвыходное - хоть в домовые иди.
Ксения все больше вспоминала свою доземную жизнь. Она вспомнила даже этот кабачок, и то, что было с нею после рождения, представлялось ей теперь тусклым, полузабытым сном, бытием неизвестно зачем. В эту ночь она впервые уснула без мысли о муже. Она думала о Музыканте, о себе, о зеркалах Иеговы, и о сотне других важных вещей. Так началась новая вечность земной ведьмы Ксении.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
