Ксения все больше вспоминала свою доземную жизнь. Она вспомнила даже этот кабачок, и то, что было с нею после рождения, представлялось ей теперь тусклым, полузабытым сном, бытием неизвестно зачем. В эту ночь она впервые уснула без мысли о муже. Она думала о Музыканте, о себе, о зеркалах Иеговы, и о сотне других важных вещей. Так началась новая вечность земной ведьмы Ксении.
12.
Город осоловел от слухов. Во многих районах введены были талоны на хвосты, создавался городской центр по изучению нечистой силы, профессор Алинов написал и опубликовал в местной газете очень странное сочинение под названием "Тайны сливного бачка", а в филиале Российской Академии Наук была защищена диссертация какого-то профессора-скотовода "О процессе превращения носок в валенки". Подумав, его после защиты упрятали в сумасшедший дом, и кажется, не ошиблись, потому что на следующий день он преложил переименовать Каспийское море в Озеро Революции.
Но в городе мало кто мог уверенно сказать о себе "Я нормален".
Пожалуй, это мог сделать только один человек: приехавший после долгого отсутствия полковник Конторы Глубокого Бурения Саитов.
Сказать честно, города он не узнал. Переговорив со своими домашними, он тотчас позвонил мэру. Было утро субботнего дня, и мэр только недавно покинул теплые объятия своей супруги. Узнав Саитова, Карел Ярсович от души обрадовался.
- Здравствуйте, полковник, заждались мы Вас. Конечно, хотите знать, что происходит?
- Желательно бы, Карел Ярсович.
- Ну что ж, последняя новость печальна: вчера скончался минхимпром Павел Афанасьевич.
- Не убийство?
- Нет, что Вы, от истощения сил.
- Я займусь этим. Что еще?
- Ну об остальном надо говорить лично.
- Когда я могу Вас увидеть?
- Знаете что, приезжайте к Алексею Герасимовичу часика этак через два. Там и поговорим.
- Хорошо.
Полковник пришел к Нефедову раньше мэра, и тот уже успел ему многое рассказать, когда Карел Ярсович к ним присоединился.
Через час полковник располагал необходимой информацией.
- Н-да... Вижу, этот Аркебузов запугал вас крепко. Говорите, сегодня в клубе собираются?
- Да, только не рекомендую Вам туда ходить, если у Вас нет приглашения,- посоветовал Нефедов.
- Не учите меня жить,- ответил полковник. Он где-то слышал, что это известная цитата и всегда пользовался ею в подобных случаях.- А Сатану вы не видели? - спросил он.
- Только на портрете,- ответил мэр.
- Восстановить сможете?
- Смогу.
- Поедете сейчас со мной. Объявим в розыск, хотя надежды мало. Скорее всего, окажется покойником.
Портрет был успешно восстановлен, и уже к вечеру милиция отыскала в доме Ксении еще одну фотографию Сатаны. Взяв портрет с собой, Саитов приказал группе захвата быть наготове, расставил наблюдателей и к 18.00 отправился в клуб. Было не холодно, хотя и морозно. В чистом небе звезды прокалывали лучами острые дырочки.
Хотя была суббота, клуб встретил его недружелюбным молчанием. Промокший ковер на лестнице сохранял на себе следы полковничьих ботинок, в кабаре царил беспорядок запустения. Войдя в ту самую боковую дверь и пройдя по коридору, Саитов вступил в кабинет с зеленой лампой.
Аркебузов сидел за столом и писал что-то красными чернилами.
Похоже было, что список.
- Гм!Гм!- сказал Саитов.
- Я жду Вас, полковник. Располагайтесь здесь,- он указал на кресло.- На службе Вы не пьете?
- Я пришел...
- Знаю, знаю... Вы пришли арестовать меня. То, что Вы один, конечно, весьма похвально. Вы смелый человек. Но забудьте на миг о цели Вашего визита, и положите на стол портрет, он Вам мешает.- Полковник вытащил портрет. Чувствовал он себя глупо:
противник перехватил инициативу.- Полковник! Посмотрите на меня! Разве может человек с таким лицом лгать? Ведь на нем все написано,- лицо Аркебузова и в самом деле изображало кристальную честность.
- Гражданин Аркебузов! Мне бы не хотелось, чтобы Вы заговаривали мне зубы!
- Не будьте грубы, полковник, вспомните о профессиональной этике.
- Хватит! - Саитов резко встал и выхватил оружие,- Вы арестованы! Руки вверх!
- Посмотрите, что у Вас в руке,- тихо посоветовал Аркебузов.
И полковнику пришлось убедиться, что сжимает он вовсе не грозный кольт, а маленькую белую крысу, которая, к тому же, кусает его за палец.
- Прекратите Ваши фокусы!..- крыса, пронзительно пища, полетела в угол.
- Это не фокусы, полковник,- голос послышался сзади, Саитов резко обернулся, готовый переломать противнику ребра, но оторопел, увидев висящего перед ним Слонозмея. Его хобот мерно покачивался из стороны в сторону, а неподвижная голова гипнотизировала полковника взглядом.
- Кто Вы?
- Один из тех, в чье существование Вы не верите.
- Прекратите меня мистифицировать!
Аркебузов улыбнулся.
- Вы уже и сами знаете, что здесь нет ни грана мистификации, но все мистика.
Полковник упал в кресло, но не мог оторвать взгляд от Слонозмея: так и сидел с перекрученной шеей.
- Я понимаю остатки Ваших сомнений, полковник... Слонозмей, ты свободен...- чудовище исчезло; шея полковника медленно вернулась в нормальное положение.- Так вот, я понимаю Вас. Но в Вашей, пардон, голове такой сумбур!.. Я предлагаю Вам, полковник, десять тысяч лет бытия после смерти в обмен на энергию Вашей души при жизни. Соглашайтесь, Вы необходимы нам. Все останется в тайне. Соглашайтесь...
Прошло несколько минут в течение которых Аркебузов беспрерывно говорил, излагая Саитову систему мира. Еще через пять минут договор был заключен. Полковник выторговал себе сто тысяч лет.
Назавтра Аркебузов должен был предстать перед Критом с отчетом об апокалипсической работе. После ухода полковника он внес его имя в список душепродавцев и навсегда исчез из странного школьного здания. Осталась гореть на столе зеленая лампа, освещая загадочный портрет. Впрочем, скоро ее потушил вернувшийся Слонозмей. Потом он взял портрет Рибо Андера и перенесся во флигель вдовы. Влетев в спальню, Слонозмей бережно повесил его на прежнее место и, повиснув в воздухе, задумался. Похоже, о нем все забыли. Аркебузов не дал никаких инструкций.
- Эх, жизнь!- вздохнул Слонозмей.- Чем теперь заняться?
Рок-группу, что ли сколотить? Из привидений. И в Питер на гастроли лечиться от хандры!
Часы пробили семь. Слонозмей, мурлыкая какую-то мелодию, медленно растворился в вечернем воздухе.
13.
Кобрин проснулся в свите престолонаследника. Слева от него стоял красивый брюнет в роскошном мундире. Это был Георг Греческий. Слава ощутил на лице черную маску и краем глаза заметил японца, крадущегося к своей жертве. Миг приближался.
И тут ему вспомнился сон. Теперь уже наяву Слава ощутил насколько легко может он сокрушить великолепие своего соперника. Толкнув Георга, Кобрин кивком головы указал ему на приближающегося врага.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
