Пошли шагах в десяти друг от друга. Вскоре я заметил гадюку. Она лежала у кочки, почти вся скрытая свисающей травой. Мне был виден только ее бок.
- Ребята! - позвал я. - Не топая, осторожно подойдите ко мне. Парни подошли чуть ли не на носочках.
- В трех шагах от нас лежит гадюка. Найдите ее. Несколько минут Петр и Григорий старательно таращили глаза, но змеи так и не заметили.
- Нет здесь гадюки, - сердито сказал Григорий.
- Вот она, - показал я на гадюку крючком.
- Вижу! - обрадовался Григорий.
- Коли видишь, то покажи, как ты берешь змею. Григорий шагнул к кочке, но змея не стала дожидаться, пока ее прижмут. Она исчезла, будто ее и не было.
- Где же гадюка? - растерялся Григорий. - Куда она делась? Я подошел к кочке и крючком отвел свисавшие стебли травы. Змея уже забралась между ними, и наружу торчал только хвост. Я осторожно подвел лапки пинцета к хвосту, быстро сжал их и резко рванул змею на себя.
Такая операция довольно рискованна. Змея может зацепиться своими чешуйками за переплетенные стебли и в момент рывка удержаться за них, а в ответ на раздражающий рывок выбросить голову рядом с хвостом. Рука, держащая пинцет, в таком положении ничем не защищена, и укус почти неминуем. Все это я знал, но очень уж мне не хотелось упускать эту гадюку.
Мне повезло. Гадюка не успела зацепиться туловищем за стебли, и я выдернул ее из кочки. На какую-то долю секунды гадюка повисла в воздухе, но тут же рванулась к моей руке. Я едва успел отбросить ее прочь. Гадюка шлепнулась на землю, крючком я прижал ее к земле. Когда змея полетела в мешок, я повернулся к Григорию и сказал: - Вот она, твоя гадюка. Только доставать таким образом змей из кочки не советую. Опыта у тебя еще мало, и ты наверняка попадешь на змеиные зубы.
Григорий молча вздохнул.
Следующая гадюка лежала возле кустика совсем открыто, но и ее Григорий не заметил, хотя прошел от кустика в двух шагах. - Гришка, ты прошел мимо змеи!
Ловец растерянно огляделся.
- Где же она?
- Сзади тебя!
И эта гадюка не стала дожидаться, пока ее прижмут: шмыгнула в куст. Григорий погнался за ней; прижимая, не рассчитал усилия и раздавил. Петр молча отбросил в сторону еще извивающуюся змею. Григорий опустил голову.
- Пошли дальше, - сказал я, чтобы хоть что-то сказать. Третью гадюку заметил Петр. Он действовал умело, не торопясь, но и не медля. Торжествуя, он посадил змею в свой мешок.
Перед обедом я показал новичкам семь гадюк. Они нашли только по одной. У Илларионыча было десять гадюк, у Виктора - четыре, у Рустама - одна.
- Понял теперь, в чем дело? - спросил Рустама Илларионыч.
- Понял, - буркнул Рустам, - и все же гадюк здесь мало. Чабан Бостандык говорил, что возле его аила много змей. Нужно переехать туда.
- На новом месте придется несколько дней осматриваться и привыкать к местности. Не будем терять времени, останемся пока здесь, - отрезал Илларионыч.
За два следующих дня мы с Илларионычем поймали полсотни змей, четверо новичков - два десятка. Рустам же - всего три змеи. Вечером он снова потребовал, чтобы мы сменили место охоты. Его поддержал Григорий. Петр и Виктор промолчали. Илларионыч спорить с новичками не стал.
- Переезжать всем сразу смысла нет. У нас две машины. Если вы хотите ехать, то возьмите грузовик. Я останусь здесь.
- Ну, а я поеду! - заявил Рустам. - Кто со мной?
- Я тоже поеду, - отозвался Григорий.
- И я с вами, - сказал Виктор. - Петр, ты как?
- Я останусь, - ответил Петр, - нужно еще подучиться у опытных ловцов.
- Учись! - усмехнулся Рустам. - Учись, милый! Домой вернешься без копейки!
- Когда и где встретимся? - спросил Рустама Илларионыч.
- Приезжайте в аил Бостандыка. Мы будем там!
- Если возле аила Бостандыка сразу змей не найдете, возвращайтесь. Еще неделю мы будем здесь.
- Ладно, - буркнул Рустам. - Постараемся обойтись без нянек.
- Желаю удачи! - усмехнулся бригадир.
Уехали они на рассвете следующего дня.
Мы продолжали искать змей в низине у озера. Особого успеха не было, но и пустыми мы не приходили: Илларионыч и я ловили за день два - три десятка гадюк, Петр тоже приносил пять - шесть змей. Прошло четыре дня. На пятый, когда мы еще завтракали, в степи появилось облако пыли, и через несколько минут к нашему лагерю подкатил грузовик с "бунтовщиками". Они подошли к нам и поздоровались.
- Как дела? - спросил Петр.
- Никак. За четыре дня - четыре гадюки. И тех Гришка поймал случайно. Отворотил камень, а под ним четыре змеи. Там змей еще меньше, чем здесь. А у тебя?
- Двадцать две змеи! - гордо ответил Петр.
К моему удивлению, Илларионыч не стал читать новичкам наставления о пользе послушания. Во всяком случае, мне бы он такого не простил. Когда мы с ним остались наедине, я не преминул язвительно справиться у него, чем вызвана такая терпимость к ослушникам.
- Они сами себя наказали, - ответил бригадир, - отчитывать их, все равно что сыпать соль на свежую рану. Нужно быть милосердным к пострадавшим.
- Даже если они пострадали от собственной самонадеянности? В ответ я услышал то, что, по - моему разумению, должно было предназначаться ослушникам.
У озера мы оставались еще три дня. С каждым днем гадюки попадались все реже. Дневной "улов" у нас с Илларионычем сократился до десяти змей на двоих. Новички ловили по одной - две гадюки, однако после поездки в аил Бостандыка они и этому были рады.
- Пора переезжать к аилу Бостандыка, - решил Илларионыч, - берега озера мы почистили основательно.
- Зачем ехать к Бостандыку? - возразил Рустам. - Мы же были там: нет там змей. Поедем на луга в пойме реки Или. Там, говорят, гадюк очень много!
- На Или мы еще успеем, а пока проверим, есть ли гадюки возле аила Бостандыка.
Аил чабана Бостандыка стоит в широком распадке у подножия хребта Кунгей-Алатау. С юга распадок теснят крутые высокие горы, с севера обнимает холмистая степь. Между горами и аилом - высокая насыпь автострады. Под ней две широкие бетонные трубы, через трубы текут речки - Светлая и Грязнуха. Русло Грязнухи - узкий глубокий каньон. Русло Светлой - приветливая, заросшая камышом и травой зеленая долина. Через Грязнуху перекинут широкий мост, через Светлую моста нет, ее переезжают вброд. Чуть ниже аила Светлая впадает в Грязнуху, образуя речку Кескелен. К аилу мы приехали рано утром, и вода в обеих речках была кристально чистой. К вечеру же в Грязнухе вода стала похожей на кофе с молоком, а в Светлой осталась такой же, как была утром.
Берега Кескелена заросли травой и кустами. Вдоль приречных зарослей вилась пыльная дорога. Здесь в первый же день мы увидели следы гадюк.
Следы тянулись из зарослей, пересекали дорогу и исчезали в сухой траве. Разбрелись мы вдоль берега и начали поиски змей. Новички держались группой невдалеке от лагеря, а мы с Илларионычем ушли подальше. Скоро Илларионыч углубился в заросли и скрылся из глаз. Следов гадюк на пыли было много, самих же змей не было. В лагерь я пришел с пустым мешком.
Новички были уже в лагере. Все четверо хмурые, молча возились с костром и котелками. Спрашивать о числе пойманных змей было излишним. Я положил пустой мешок в кабину "Москвича" и подошел к костру.
- И ты пустой, - скорее подтвердил, чем спросил Рустам. - Я ведь предупреждал, что змей здесь нет. Не поверили. Теперь убедились? Нужно завтра же ехать на Или!
- Не горячись, друг, - пытался я остановить слишком бурное словоизвержение, - подожди решения бригадира!
- Плевать мне на бригадира! - закричал Рустам. - Меня не бригадир кормит, а мои руки и ноги! Завтра же уедем!
Остальные новички молчали, но их взгляды говорили о том, что они согласны с Рустамом.
- Придет бригадир, посоветуемся и решим, что делать дальше, - сказал я, - без него все равно же не поедем. Разве не так?
- Так, - согласился Петр, - давайте, хлопцы, ужинать! На голодное брюхо разговора не получится!
С похлебкой, несмотря на плохое настроение, управились быстро. Принялись за чай. Пили долго, не торопясь. Солнце село. Илларионыча все не было.
Я спросил: - Ребята, кто последним видел Илларионыча?
- Я, - отозвался Виктор, - он резал ветки тальника. Я ему еще веревочку дал, чтобы метлу связать.
- Какую метлу?
- Обыкновенную. Как у дворника.
- Зачем ему метла?
- А я откуда знаю?
- Давно это было?
- Часов в семь.
- Сейчас десять часов. Если через полчаса Илларионыч не явится, нужно идти искать его.
- Старик чудит, а мы ноги бить должны! - заворчал Рустам.
- Кто не хочет бить ноги, может не ходить! - отрезал я.
- Ты, Рустам, не очень зарывайся! - одернул Рустама Петр. - Искать все пойдут.
Но искать бригадира не пришлось. Он пришел сам, с пустым мешком. У новичков хватило терпения и такта, чтобы дать ему спокойно поесть, но едва он отставил пустую миску и взял кружку с чаем, как Рустам сказал: - Ну, бригадир, что дальше делать будем?
- Как что делать? - удивился Илларионыч. - Гадюк ловить!
