Если поддаться и расслабиться, особенно если, не дай бог, закрыть глаза – всё, через пару минут ты обнаруживаешь своё сокровище тыкающим пальчик в розетку, или грызущим циновку у дивана.
Гуляли с Наташей по мартовскому лесу. А мартовский лес, если честно, зрелище не очень приглядное. Играли в следопытов.
Вот там покакала большая собака, а вот там пописала собачка поменьше. Вот эти кружева по старому снегу – ворона потопталась. А вот эта вышивка мелкими стежками – не то воробьи, не то синички.
Наташе было плохо видно из коляски, так что она запросилась домой.
Пошли к нам в гости. Там нас ждало большое событие. Наташина мама доверила нам первый раз в жизни попробовать желток яйца.
Есть примета, когда первый раз в жизни пробуешь какую-нибудь еду – загадай желание.
Торжественно передовая внучке из рук в ручку её первое яйцо (в скорлупе), я, лично, никакого желания загадать не догадалась, а она и подавно.
Глаза у Наташи округлились от удивления, яйцо она приняла в крайней степени любопытства, стала посасывать скорлупу. Полизала, постучала зубками, вытащила изо рта и изо всех сил стукнула им об пол.
Мне 48, а мне до сих пор иногда нравится разбивать скорлупу на яйце, меня прикалывает тот самый момент, когда твердое яйцо перестаёт быть твёрдым. Было такое надежное, как камень, а оказалось хрупким и с сюрпризом внутри.
Разбитое яйцо пришлось у Наташи отобрать. Она даже не сопротивлялась, только очень удивилась, что нечто, если его ударить оземь, может разбиться.
Яйцо почистили и поделили. Бабушка съела белок и засунула в рот внучки кусочек желтка, предвкушая эффект и завидуя ей.
У Жванецкого была миниатюра, в которой он переживал о том, чего никогда уже в жизни не сможет, «крейсер под моим командованием никогда не войдёт в нейтральные воды». Я не имею привычки жалеть об упущенных возможностях, но в тот момент я пожалела, что никогда уже не попробую впервые желток на вкус.
Цып-цып, Натус, ты съела своего первого в жизни цыпленка. Мы – не вегетарианцы, дорогая моя, мы – хищники. Добро пожаловать в наш мир.
Видели с внучкой мартовского кота. Дворник повесил ковер из нашего подъезда на заборчик, видимо помыть под дождём. Здоровенный лохматый котище бросался на этот ковер, забирался по нему наверх, издавал сверху вопль и валился оттуда на землю.
Вот, говорю, Наташа, это и есть весна. Всех переполняет энергия. Скоро почки полезут на ветках, из них листочки. Люди снимут шапки, будут греть под солнышком макушки. Мой самый долгожданный момент московской весны, Наташа, это когда мать-и-мачеха расцветает. Я сорву желтенький цветочек и пощекочу тебе нос.
У меня подружка есть, она живёт в Кейптауне. Очень скучает по нашему демисезонью. Когда сначала все белое, потом всё серое – а потом как зазеленеет!
Жил, Натус, сто лет назад такой поэт, Саша Чёрный. У него есть стихи про весну. Слушай, дружок. Нам еще до мая далеко, но помечтать уже можно.
«Зеленеют все опушки,
Зеленеет пруд.
А зеленые лягушки
Песенку поют.
Елка – сноп зеленых свечек,
Мох – зеленый пол.
И зелененький кузнечик
Песенку завел…
Над зеленой крышей дома
Спит зеленый дуб.
Два зелененькие гнома
Сели между труб…»
Неожиданно выяснилось, что Наташу в её восемь месяцев прикалывает разглядывать альбомы с семейными фотографиями. Не книжки, не журналы, а именно наши лица разных периодов жизни. Что это? Первые впечатления о том, какими люди были до тебя?
А еще Наташа любит танцевать с дедом. Сегодня они танцевали под первое подо что можно было танцевать из найденного в ФМ диапазоне. Им повезло, с какой-то ретро-волны к нам занесло «Ветер с моря дул». Маленькой Натали песня её тёзки очень даже понравилась. Слезла с дедовых рук, уселась на пол, самозабвенно махала ручками, и что-то бормотала в бэк-вокале.
Вот, что интересно, Наташа. Когда твоей маме было года три, я водила её в Третьяковку, позже в Пушкинский, потом по выставкам. Даже не знаю почему водила её по музеям, не такой уж я любитель изобразительного искусства. Но ведь сработало, она теперь учится на художника.
Да, девочка моя, теперь я знаю, в какой музей мы пойдём с тобой, когда ты научишься ходить. В исторический музей. Не зря же ты любишь разглядывать альбомы с семейными фотографиями.
Гуляли сегодня по мартовскому парку. Наталье никак не удавалось поспать, всюду сновали дворники. Они пилили мертвые ветки, они чистили лес. На проезжающие мимо трактора внучка реагировала недружественно, куксилась и ругалась. А когда проснулась совсем, стала заглядываться на эти трактора с любопытством и неослабевающим вниманием. Я тут же придумала себе новую инструкцию:
хочешь чему-то научить – выбери подходящий момент.
А между тем родители научили Наташу целоваться. Мы сегодня с дедом прочувствовали, какое это ценное умение. Когда восьми-месячный человек лезет к тебе целоваться, ты теряешь себя в этот момент, ты становишься просветленным, ты понимаешь, что ты крут, мир вокруг крутой, и всё на свете возможно.
Наталья сегодня улыбалась нашему чайнику. Она первый раз сегодня обнаружила чайник на полке, на уровне глаз, увидела в нём своё отражение и долго ему улыбалась. А мне стало интересно, почему она улыбается? Это же не то чувство, когда взрослый смотрит на себя в зеркало и радуется себе самому. Иногда нам удаётся понять, что мы со всем миром – единое целое, и мир не может нас не любить. А Наталья так живёт. Она же не знает всякой ерунды про отражение. Она воспринимает информацию напрямую: чайник ей улыбается.
И пусть муж мне объяснил, что Наталья улыбается потому, что в никелированном чайнике отражение искажается и ей просто смешно как в доисторической комнате смеха, я уверена: чайник ей улыбается. Без дураков.
У внучки первая в её жизни весна. Март выдался щедрым на хорошую погоду. Человек из теле-прогноза погоды объяснил, что всему виной солнечный ветер в Арктике. Спасибо тебе, Солнечный Ветер. Говорю за всех бабушек с внучками и внуками, которые в совершенной нирване переползали сегодня с одной скамейки на другую, догоняя солнышко.
Прочитала статью о том, что бабушки и дедушки, которые общаются со своими внуками, хотя бы раз в неделю, имеют гораздо меньше шансов заполучить болезнь Альцгеймера. Внуки спасают от слабоумия. Не берусь пересказывать, как наука объясняет эту зависимость, но могу предположить её метафизический смысл. За восемь месяцев прогулок с детской коляской я как никогда стала
