Предслава искренне жалела Святополка, попавшего в немилость у отца. Она и поселилась в Вышгороде потому, что хотела поддержать брата в несчастье. Но опальный князь не пожелал принять заботу сестры и посматривал на нее со злостью и недоверием. Обозлившийся на весь мир Святополк заподозрил, что князь Владимир с умыслом отправил Предславу в Вышгород — якобы для того, чтобы она присматривала за опальным братом. Горькая обида печалила доброе сердце княжны, но Предслава не хотела верить тому, что брат по своему разумению отталкивает ее от себя. Княжна была склонна видеть в этом происки супруги Святополка.
Княгиня Регелинда с трудом переносила присутствие юной золовки и при всяком удобном случае бросала ей обидные слова. Полячка невзлюбила сестру своего мужа со времени сватовства к Предславе короля польского. Сперва — за то, что отец вздумал жениться на дочери князя Владимира, а потом — за то, что княжна отказала ее отцу. Королю Болеславу Храброму покорились многие страны и народы, а для русской княжны он недостаточно хорош? Что о себе возомнила эта девчонка, вне церковного брака рожденная?
Не было покоя в княжьем тереме Вышгорода.
* * *
От тоски и безделья Святополк искал утешение в хмельном и нередко впадал в сумрачное бешенство. Он готов был растерзать каждого, кто окажется у него на пути. Против своей воли князь все чаще вспоминал девку, с которой провел купальскую ночь. По ночам ему снились ее огромные зеленые глаза, пышная грудь, манящие губы. С трудом Святополк припомнил, что девка назвалась Рутой.
Он велел найти ее. Доверенные люди вернулись ни с чем. Единственное, что они смогли узнать, так это то, что девушка оказалась дочерью боярина Блюда. Эта весть слегка отрезвила вышегородского князя. Злые языки давно посвятили Святополка в историю гибели его настоящего отца. Участие в заговоре против князя Ярополка боярина Блюда казалось чудовищным деянием, и Святополк долго отказывался этому верить. Но то, что Блюд, самый близкий Ярополку человек, после смерти своего господина оказался в чести у его убийцы, служило слишком явным доказательством страшного предательства.
И вот теперь выяснилось, что шалая девка, забывшаяся в объятиях Святополка — дочь боярина, которому давно стоило предъявить счет. Что ж… В этом, пожалуй, видится рука судьбы. Опозорить на весь свет заклятого врага, сделать презренной наложницей его красавицу дочь, которой отец, разумеется, думал устроить выгодное замужество — это вполне может свести с ума старого боярина, привыкшего к почестям. Блюд слишком зажился на белом свете, добрые люди так долго не ходят по земле, пора и на покой. Князь Владимир лет на пятнадцать моложе его будет, а здоровье в последнее время у него сильно пошатнулось.
Киевский князь, приемный отец Святополка, болел тяжело и давно, плохо ел и мало спал. Эльжбета, молодая супруга пятидесятичетырехлетнего Владимира, неотлучно была подле мужа, ведь князь доверял заботу о себе только ей да еще своей старшей дочери, княжне Предславе. К Владимиру приводили самых умелых лекарей, и они старательно изыскивали новые снадобья для государя. Но, несмотря на все их усилия, страшная болезнь медленно и неумолимо разрушала тело великого князя. Не мог помочь даже сын Владимира Позвезд, унаследовавший от своего деда по материнской линии умение врачевать.
Хорошо бы помочь им обоим завершить земной путь. И князю, и его ближнему боярину. Убийцам Ярополка. А заодно и занять свое законное место — княжий стол в Киеве.
Эти мысли все чаще и чаще наведывались в размышления Святополка. Из северных земель доходят слухи, что новгородский князь слишком много о себе мнить начал. Если замешкаться, этот многомудрый хромец может раньше всех оказаться в Киеве. Великого князя Ярослав любит не больше, чем сам Святополк: сын Рогнеды не может простить отцу смерть полоцких родичей и позор матери. Что ж, если родной сынок на князя зубы точит, то приемному сыну стыда в этом и вовсе не будет.
Но немедленно заняться исполнением тайных замыслов Святополку мешали думы о невесть куда запропастившейся девке. Из-за рыжеволосой красавицы в душе опального князя связались в тугой узел и любовная страсть, и кровная месть. Святополк велел своим людям хоть из-под земли достать Руту, но все поиски оказались напрасными. Неужто боярин узнал о ночных забавах распутной дочери и упрятал ее от греха подальше? Подручные князя не смогли даже с помощью звонких монет разговорить холопов Блюда. Смерды упорно отмалчивались, а быть может, и впрямь не ведали, куда увезли рыжеволосую хозяйскую дочь.
Впрочем, выяснилось кое-что интересное. Оказалось, что новая подруга Предславы — меньшая дочь Блюда и сестра той девки, из-за которой князь потерял покой.
ГЛАВА 4
Отпросившись у княжны, Купава спешила знакомой тропинкой к домику ведуньи и думать не могла, что кто-то окажется у нее на дороге.
— Тебя как звать, чернявая? — небрежно бросил в лицо девушке вышегородский князь. Святополк так неожиданно появился перед Купавой из-за могучего ясеня, что она от испуга громко вскрикнула, и эхо разноголосицей понеслось по осеннему лесу.
— Купавой нарекли, — девушка с опаской взглянула Святополку в глаза и сторожко огляделась по сторонам. Одному Богу известно, что задумал князь, а помощи в случае чего ждать не приходится.
— У тебя, я слышал, есть сестра Рута. Мне нужно повидаться с ней. Ты знаешь, куда ее увезли?
Купава с облегчением вздохнула. Для чего же еще она могла понадобиться Святополку… Не могла ведь она сама привлечь внимание князя. Но как теперь быть? На днях девушка с трудом дозналась от слуг отца, что Рута находится в дальней деревушке в глухом лесу под надзором весьма суровой старостихи. Судьба сестры весьма беспокоила Купаву, и она решила изыскать какую-либо возможность помочь ей. Скорее всего — кинуться в ноги Предславе, чтобы та замолвила словечко перед князем Владимиром. Но опоздала: вышегородский князь опередил выполнение ее замыслов. Что же теперь делать?.. Сердце подсказывало, что ни к чему доброму встреча Руты со Святополком не приведет.
— …Почему молчишь? Не поняла разве? Где мне найти сестру твою? — нетерпеливо повторил свой вопрос князь.
Глаза Святополка обжигали хищным огнем, на губах играла ухмылка. Он привык к испуганным взглядам, которые бросали на него молодые женщины и спелые девки. В их глазах дрожал ужас, смешанный с глупым желанием любопытных мотыльков прикоснуться к опасному пламени. Вот и эта девчонка ничуть не отличается от всех прочих. И вовсе она не похожа на сестру: яркая, рыжеволосая Рута подобна пламени, а эта тонкая и бледная, словно утопленница, даже в глазах вода плещется. Пожалуй, только очи ее и красят…
