Читаем без скачивания Темное сердце - Артем Михалев

Комментарий Игоря не заставил себя ждать:

— Недолго, но другого я и не ждал. Теперь ты понял, почему мы начали с основ? Истинное зрение — это инструмент, значение которого трудно переоценить.

Менторский тон священника слегка напрягал, а у меня в последнее время с терпением дела обстояли неважно. Хватило одного пылающего взгляда, чтобы богослов понял свою ошибку.

— Ладно, не заводись. Нити видел? — Дождавшись кивка, он продолжил: — Это — «сигналка». Так или иначе ее осваивает каждый отступник. Все они параноики, поэтому запоминай. Столкнешься еще не раз. Детали могут отличаться в зависимости от специализации, но основа у заклинания всегда одна. Нередко им защищают жилище или тайник. Сам понимаешь, при нашей работе как раз они и представляют основную ценность. Очень важно суметь незаметно войти и взять клиента тепленьким.

— Как-то слишком легко получается. — Я озвучил не дающую покоя мысль: — Что мешает подвесить какую-нибудь пакость вместо звоночка? Это же сразу напрашивается.

— А ничего не мешает. — Священник оперся спиной о колонну и развел руками. — Помнится, гонялись ваши за одним умником, и была у него премерзкая привычка — любил, понимаешь, «гильотину» на входе оставлять. Зацепишь такую хреновину, и получится как в том анекдоте — слева пол-Пети и справа пол-Пети.

— И как? Чем кончилось?

— Давно это было, да и подробностей я не знаю. Ходили слухи, что начальство ваше сильно осерчало. Кто-то из «чертей» пострадал сильно от его придумок. В общем, погиб тот парнишка под собственной игрушкой. Зарубило его. Говорят, Графа работа, но это так, на уровне слухов.

— Бабка бабке сказала? — Я задумчиво уточнил, вспоминая характер покойного координатора. Сказанное было очень на него похоже.

— Угу. Ладно, первый урок окончен, переходим ко второму. Отдохнул?

Дождавшись моего кивка, Игорь продолжил:

— Вот и замечательно. На будущее запомни, истинное зрение не имеет отношения к твоим глазам. Приноровившись, им можно пользоваться даже через повязку. — Тут он хмыкнул. — Или вообще без глаз. На самом деле ничего сложного в этом нет, главное — практика. Давай еще разок. Постарайся расслабиться.

Вторая попытка потребовала меньше усилий. Тело оборотня вспоминало и подстраивалось под новые задачи. Думаю, моей заслуги в этом не было, но легкую гордость я все же испытал. В этот раз туман выглядел довольно четко, его границы не расплывались.

— Молодец, почти идеально.

Для меня осталось загадкой, каким способом отец Игорь почувствовал мою готовность, но факт оставался фактом. Заговорил он ни раньше ни позже нужного.

— Смотри внимательно. Повторить ты пока не сможешь, но запомнить — запомни!

С этими словами священник вытянул руку перед собой и недолго думая подцепил одну из нитей. Серая и невзрачная аура священника на мгновение полыхнула серебряным, и «звонилка» послушно поползла вслед за пальцами.

— Видишь? За нитями.

— Вроде… Нет, ничего не вижу.

— Расслабься. Время еще есть, пару минут я смогу удержать. Обрати внимание на детали, ищи полутона. Она прячется сразу за нитью, чтобы понахватавшиеся там и сям неучи обязательно вляпались.

Слова священника раззадорили и разбудили во мне охотничий азарт. Неприятно, когда тебя считают неучем, наплевав на высокое звание ключника и сильный дар, но в тот момент мне было до чертиков интересно, что именно пряталось на втором слое заклинания. Надоело чувствовать себя обезьяной, бегающей по пороховому складу с зажженным факелом.

Обидно, но как я ни старался, у меня не получилось рассмотреть, о чем говорил священник.

— Не вижу. — Я покачал головой.

В моем голосе прозвучало искреннее сожаление. Наверное, именно поэтому ответ Игоря был таким спокойным и даже подбадривающим, хотя я отчетливо видел его подрагивающие пальцы. Удерживать туман было нелегко.

— Мы не торопимся. Не получится сейчас, попробуешь завтра. Тут главное не перетрудиться и не сорваться. Перестанешь верить в себя — начнутся проблемы. В искусстве главное вера. И не смотри на меня так! Я не про веру в Господа, а про веру в себя. Тоже мне, нашел дурака — проповеди тебе читать. И без меня найдутся желающие. Чего стоишь? Зри давай!

Вторая попытка едва не стоила мне зрения. Перед глазами уже двоилось, когда я нащупал ее! Дверной проем перечеркивала паутинка, едва заметная в ярком свете солнца. При своей тонкости она выглядела чудовищно острой, словно магический эквивалент титановой лески. Зрелище насквозь эфемерное, и я против воли потянулся пальцами — удостовериться.

— Стоять! — Священник едва успел перехватить мою руку. — Урок еще не закончен! Вижу, заметил. На леску похожа, верно?

— Угу.

— Отлично. Эта паутинка — собственная разработка Макарова, и знают о ней единицы. Заметить, если не знаешь куда смотреть, невозможно. Эта лапочка липнет к каждому, кто ее пересекает. После команды — спутывает по рукам и ногам.

Игорь коснулся струны пальцем, и та немедленно обвила его ладонь до самого запястья. Все произошло так быстро, что я даже не успел разглядеть. Мгновенно.

— Ходят слухи, что непрошеных гостей выносят отсюда по частям. Так что мой тебе, Саша, совет — перед тем как войти в незнакомое помещение, ты все же осматривайся.

Разыгравшееся воображение живо подсунуло картинку оторванной конечности, но организм отреагировал вяло. Сейчас меня интересовало другое.

— Хорошо, — я задумчиво кивнул, — а как можно через эту хреновину пробраться? И вообще, можно?

— Теоретически — да. Видел, как я оттянул первую? Примерно так же следует поступить со вторым слоем заклинания и успеть проскользнуть внутрь. К сожалению, сдвинуть леску я просто не смогу, только очистить налипшее. — С этими словами он резким движением стряхнул на землю извивающееся заклинание. — На большее моих способностей не хватает.

— Уже немало.

— В принципе ты прав, но сигнализация-то сработала. Впрочем, менее ловкого она скрутит сразу. Можно порвать, но тут играет роль сходство с леской. Легко остаться без пальцев. Первый уровень просто встряхнет, чтобы не лез куда не следует, второй — убьет при сопротивлении. — Игорь побарабанил пальцами. — Случись что, и я бы рекомендовал входить через стену или потолок. Редкий псих станет опутывать магией всю квартиру целиком. Хотя мне встречались и такие.

Во время разговора священник смещался в сторону, ненавязчиво разворачивая меня спиной ко входу. Честно признаюсь, я бы ничего не заподозрил, если бы не хитринка, мелькнувшая в глазах священника. Второй урок был не последним. Мгновенное озарение заставило меня шагнуть в сторону, разворачиваясь полубоком к двери. О чужом присутствии я скорей догадался и только поэтому не подпрыгнул, когда над ухом раздалось громогласное:

— Уважаемые, долго вы еще будете дверью мастурбировать? У меня уже голова раскалывается от ваших игр!

Игорь даже не скрывал своего разочарования. Идея научить меня всему и сразу целиком его захватила. Он же специально отодвинулся, чтобы я встал именно так, разведчик хренов! Начитался детективных романов: спиной к дверям не сидеть, осматриваться при входе. Но в этот раз я его сделал и даже не пытался скрыть довольное выражение лица — мне было чем гордиться.

Ехидно подмигнув Игорю, мол, знай наших, я обернулся. Передо мной стоял крепкий мужик, по виду — слегка за пятьдесят. В глаза бросалась его кривая, полупрезрительная ухмылка. Только заглянув ему в глаза, я понял, что первое впечатление — обманчиво. Внимательные и спокойные, они разительно отличались от остальной гримасы. Передо мной стоял опытный и знающий себе цену человек.

Только вырвавшись из плена его взгляда, я понял, откуда взялась эта ухмылка. Горизонтальные ниточки шрамов были практически незаметны, но изменяли мимику до неузнаваемости. Складывалось впечатление, что по лицу собеседника постоянно гуляла ухмылка. Чаще мерзкая и издевательская, и значительно реже — одобрительная. Макаров редко проявлял положительные эмоции и был крайне скуп на похвалу. Об этом я узнал значительно позже, но догадываться начал уже после слов:

— Зря набычился, неук. Святоша все правильно делает. Маг должен по сторонам смотреть чаще, а рот разевать — реже. Тогда и проживет дольше и поумнеет.

Игорь как-то задумчиво хмыкнул и представил незнакомца:

— Знакомься, Саша. Твой будущий тренер — Петр Игнатьевич Макаров. В узких кругах известный как Макарыч или ПээМ. Человек…

Судя по всему, он собирался чем-то подколоть старика, но тот довольно резко оборвал священника:

— И пароход! Закругляйтесь с байками. У меня там десяток неслухов зал разносят, пока я с вами цацкаюсь.

Развернувшись, он скрылся за дверью, и нам ничего не оставалось кроме как последовать за ним. В тот момент пресловутая «сигналка» совершенно вылетела из моей головы.