Их теперь трое… — вздохнул Максим, и Рей легонько ткнула его в бок. — Ну серьёзно! Пока был один Шард, мы воевали с флотом ксеносов. Два Шарда — флот Старших под управлением ИскИна. Что будет с тремя — межгалактическая война?
Рей было собиралась его снова ткнуть в бок, но остановилась и с вопросом посмотрела на меня. Шериф заржал так, что закашлялся.
— Юра, добро пожаловать в команду, — повторил я. — Или тебя как раньше называть Икар?
— Э, не стоит, — на его лице отразилось смущение.
— А откуда позывной? — поинтересовался Шериф.
Во взгляде Юрия была просьба не говорить, но я её проигнорировал.
— Сам придумал и носил до момента, пока он не подлетел слишком близко к звезде и чуть не поджарился. После того случая сменил и всячески открещивался от старого.
Клэр хихикнула, а Юрий набычился. Ну всё, теперь не могу их не посвятить.
— А до того у него был позывной «Нептун». Потом он утопил свой истребитель. Когда его подняли со дна, решил, так сказать, стать ближе к солнцу.
Смешки стали громче. Даже Анна улыбнулась.
— Знаешь, после всего увиденного, трудно не стать суеверным. Главное никаких позывных, вроде «апокалипсис» или «сверхновая». Резонанс проклят, к лучшему или худшему.
Блондинка задорно подмигнула мне. К нам подошёл Громов с деревянной коробкой в руках. Причём то ли имитация очень хорошая, то ли дерево настоящее.
— Шард, а уход Юрия из МОГ — тайна? Мы говорили, но он не уточнял детали отставки и возвращения.
А… вообще молодец, на всякий случай лишний раз не болтает первым встречным. Я посмотрел на него, и Юра пожал плечами. Раз уж он сам не против, то не вижу причин не отвечать.
— После расформирования из Резонанса за уже больше чем десять лет все разбежались. Кто-то подался на волю дикого фронтира. Из них живы только я и Эш. Отслужившие много лет в основном окончательно ушли на пенсию и в космос уже не собирались. Ну а кто-то решился на смену нейросети на стандартную. Юре не повезло, при снятии слегка повредил мозг, без ущерба рассудку, но ставить что-то новое уже было опасно. И, если кратко, с моими возможностями появился шанс это исправить.
Громов явно удивился, а Юра, широко улыбнулся и продолжил за меня.
— На пенсии было скучно, но у меня имелись проблемы с подключением даже к простейшим внешним нейроинтерфейсам. Нормально пилотировать не мог, ощущал себя слепым инвалидом. Работал инструктором, возил туристов, когда хотелось полетать не без цели… чего только не делал. Смысла бегать по фронтиру с пушкой не видел, а тут объявился Осколок. Как говорится, шансы что поможет были пятьдесят на пятьдесят — или да, или нет. Мне повезло.
Анна усмехнулась и немного смутилась.
— Прости, представила со стороны туристов — пилот возит их на яхте мимо астроидного поля и говорит: «вообще-то я майор МОГ на пенсии, а это так, для души».
Юра улыбнулся и захохотал, ведь сам наверняка понимал, как смотрелся со стороны! Причём это чистая правда! Ему не нужно было возить туристов ради денег, но он скучал по космос. Бесцельно скитаться по внутренним системам слишком скучно, а большего он себе позволить не мог.
И правда очень хорошо, что удалось восстановить повреждённые участки и нейронные связи для установки нейросетки! Я бы и сам на месте Юры лез на стенку.
После того как мы покинули Эгида Прайм, первым делом занялись покупками в итоге оставив Дарью участвовать в аукционе. А сами умотали по полученным координатам к ранее не обнаруженной планете Старших. Увы, саму планету разбомбили в ноль, зато были вакуумные базы и станции. Подавили оборону и занялись вывозом полезностей, помогая Торговцу. С Анной выходило гораздо ловчее. Правда и учёные там побывали.
За это время Дарья купила Небосвод и с оставшейся Марси занялась подбором людей. Как раз нашлись те из бывших наёмников, кто заскучал на отдыхе. Мы вернулись с новыми модулями и вложились в Камуй. Устроили первый рейд по секторам, а потом я вспомнил про старого знакомого. Уточнил проблему Юры, а после предложил АКсИ свои идеи. Не сказать, что они горели желанием снова пускать меня в медотсек Иштара, но с экспериментальным методом восстановления согласились помочь. Захотели только оплату самой нейросети модели Кирин.
У Юры были деньги, а о шансах он особо не думал. Я же заодно занялся своими делами по патенту. Правда, ему пришлось остаться на какое-то время под наблюдением, а мы как раз решили достать Тэнгу. Вышли очень продуктивные почти три месяца.
— Эрик, доверишь продажу экзотики по моим каналам? — спросил Громов, сменив тему. — Шесть процентов и лучшие цены!
— Пять, — я сразу же пожал медвежью лапищу.
— А эту я приберу себе. Восемьдесят тысяч, больше не проси!
Шериф присвистнул, рассмотрев надпись — ничего так коньяк!
— Пятьдесят лет выдержки. Думаешь, настоящий, без ускорения производства?
— Это марка! Их бренду доверяют! В грузе даже антикварный нож ручной работы есть, двадцать второй век. И механические наручные часы из двадцать первого — золотой корпус, ювелирный циферблат с алмазами и сапфирами. Похоже, Пираты ограбили любителя антиквариата и решили оставить заначку.
Это было логично: самые ценные вещи на единицу объёма и массы, которые можно засунуть на склад и не беспокоиться. В общем, экзотику отдали на реализацию Громову, который имел контакты ценителей и аукционистов. Золото и иные ценные ресурсы просто выставили на рынок, через систему аукциона их раскупят. Правда, столь ценные товары да в таком количестве в нашем захолустье брали не слишком быстро.
Техника, которую мы не сочли нужным оставить, тоже отправилась на аукцион. Нанятый распорядитель прямо с этого склада будет отдавать товар. Из трофейных кораблей нам требовался только Скальд, но также решили оставить приличный истребитель класса М, который назвали «Трикстер», и малый буксир. При желании последний сможет перемещать корабли класса С, но медленнее и без прыжков.
И ещё оставили один подбитый «малый корабль сопровождения» — подтип истребителя, который заточен на ближний бой и быстрое уничтожение мелких целей. Очень мощный реактор и много пушек, но без действительно больших калибров. Неплохая манёвренность, однако слабые маршевые и автономность ни к чёрту. Идеальный защитник и поддержка, причём модель современная.
Его мы подбили, но достаточно филигранно, чтобы ремонт не стал нерентабельным. Пока дали назвали «Еретик», чётко понимая, что нет ничего более постоянного, чем временное. Но нам
